Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

Лор посмотрел на него.

— «По обстановке» означает то, что означает. Я офицер короны. Мои люди находятся на территории, защищённой указом короля. Нападение на эту территорию в период присутствия коронных солдат является нападением на корону. Я не имею права отступить.

Формально. Юридически. По уставу. Но за формулировками стоял человек, который видел, как Раст кладёт пулю в центр мишени на четырёхстах шагах, и понимал, что здесь решается будущее армии, которой он служил.

— Принято, — сказал я. — Тогда к делу.

Я повернулся к карте.

— Усадьба не годится для обороны. Стены ветхие, двор тесный. Как в первый раз, когда Граф послал людей, я не буду обороняться за стенами. Нам нужна позиция, которая даёт преимущество в огне и не позволяет обойти.

Я указал на холм к северо-востоку от усадьбы.

— Этот холм. Высота тридцать аршин. Склон пологий с запада, крутой с востока и юга. Единственный подход для пехоты в строю: с запада и северо-запада. Дорога от Серой Броды проходит мимо западного склона.

— Если обойдут с севера? — спросил Лор.

— Лес. Густой, без дорог. Конница не пройдёт. Пехота потеряет строй и выйдет к крутому восточному склону. Подъём под огнём снизу вверх.

— С юга?

— Овраг. Глубокий, с водой на дне. Медленная переправа, тоже под огнём.

Лор встал, подошёл к карте. Провёл пальцем по склонам.

— Западный склон пологий. Пехота пойдёт по нему. Сколько от подножия до вершины?

— Триста шагов. На двухстах от вершины заложим фугасы. На вершине три линии траншей: передняя для стрелков, задняя для резерва, боковые площадки для пушек.

— Пушек, — повторил Лор.

— Три пушки. Две на левом фланге, одна на правом. Картечь на сто шагов, ядра на триста.

Лор достал угольный карандаш и, не спрашивая разрешения, начал рисовать на карте. Линии траншей. Позиции пушек. Сектора обстрела. Овал фугасного поля. Путь отхода к восточному склону. Тим наклонился, наблюдая.

— Резерв, — сказал Лор. — Где?

— За гребнем. Стрелки Дорна и мечники. Контратака сверху вниз, если прорвут переднюю линию.

— Маги. Где будут маги?

Главный вопрос.

— За спиной наёмников, — сказал я. — Пиромант обработает склон перед атакой. Геомант поднимет камни. Щитовик прикроет первую волну. Они не пойдут впереди. Они будут стоять на трёхстах-четырёхстах шагах от вершины и работать оттуда.

— За пределами эффективной стрельбы аркебуз.

— За пределами гладкоствольных аркебуз, — уточнил я. — Не за пределами нарезных.

Лор поднял голову.

— Раст. Грит. Фольк. Нарезные стволы на четырёхстах шагах.

— Четверо. Четвёртый ствол готов. Я дам его Тиму.

Тим посмотрел на меня. Он знал о нарезке, но до этого момента не знал, что получит свой ствол.

— Тим, — сказал я. — Завтра начнёшь тренировки на дальнем поле. Раст покажет.

Тим кивнул. Без слов. Принял как приказ.

— Четыре нарезных стрелка, — сказал Лор. — Задача: маги. Четыреста шагов, из укрытия.

— Не до начала атаки, а во время. Маги не станут работать заклинаниями на пустой холм. Они начнут, когда наёмники пойдут в атаку. В этот момент они сконцентрированы на цели и не думают о собственной защите. Тогда и стрелять.

— Где будут нарезные стрелки?

— Не на холме. На отдельных позициях. Два на западном фланге, в кустарнике у оврага. Два на северном, у края леса. Перекрёстный огонь. Маги окажутся между нашими стрелками и холмом.

Лор записал. Долго. Я видел, как он мысленно проигрывает каждый этап: подход наёмников, фугасы, залп с холма, контратака магов, работа нарезных стрелков.

— Отход, — сказал он. — Если не удержим.

— Восточный склон. Тропа к усадьбе. Запас пороха, свинца и продовольствия на десять дней. Держим, пока не подойдёт помощь короны. Письмо до Аркенбурга пять дней. Мобилизация гарнизона два-три. Марш на восток пять. Двенадцать-тринадцать дней.

— Тринадцать дней в усадьбе с ветхими стенами, — сказал Лор. Закрыл записную книжку.

— До этого не дойдёт.

Лор посмотрел на меня.

— Барон. Я не слышал от вас ни одного пустого обещания за две с лишним недели. Не начинайте.

— Хорошо. Скажу иначе. В прошлом бою шестеро магов и пятьдесят мечников атаковали двадцать крестьян с аркебузами. Мы потеряли двоих. Они потеряли всех. Сейчас у меня пятьдесят стволов, три пушки, четыре нарезных аркебузы, траншеи и фугасы. Противник не знает о нарезке, не знает всего о пушках, не знает, что мы его ждём.

— Условия лучше, — согласился Лор. — Противник тоже.

— Но внезапность на нашей стороне.

Лор встал.

— Принято. Оставшиеся дни: тактика полевого боя. Стрельба с позиций, перемещение под огнём, работа расчёта в обороне. Никаких учебных упражнений. Только то, что пригодится через неделю.

— Ещё одно, барон. Мой рапорт Вейну после возвращения будет содержать полную картину. Включая оценку угрозы со стороны маршала Мора.

— Я на это рассчитываю.

Лор вышел. Тим за ним.

Остались я, Олаф, Крис и Бурт.

— Бурт. Литьё стволов приостановить. Хорст переходит на фугасы. Двенадцать пороховых зарядов в глиняных горшках к послезавтра. По три фунта пороха, обломки железа и гвозди для осколков. Масляные фитили, горение тридцать секунд. Горшки крупнее, чем в прошлый раз. Не кувшины, а горшки для засолки.

Бурт кивнул и вышел.

— Крис. Позиция на холме. С завтрашнего дня Эверт и четверо шахтёров копают траншеи. Глубина по пояс, три линии, как на карте. Настил из брёвен над передней линией от каменных шипов. Мокрые шкуры от огня.

Крис ушёл.

Олаф остался.

— Что ты хочешь сказать? — спросил я.

— Лор останется. Он не уедет.

— Лор выполнит приказ.

— Лор выполнит приказ, если приказ не противоречит тому, что он видит. Если наёмники подойдут до конца срока, он будет драться. Если подойдут после, он будет драться, потому что уедет через наших врагов. Дорога на запад пройдёт мимо людей Мора. Лор не дурак.

Олаф был прав, и я это знал. Лор не уедет. Не потому что я попросил, а потому что отступление через территорию, которую контролировали наёмники, было опаснее, чем оборона холма.

Двадцать шестой день.

Пятый нарезной ствол я закончил к полудню. Шестнадцать минут на канавку. Час на четыре. Впайка эфирита за тридцать пять минут. После впайки мана саднила, как мышца после длинного марша, но не горела. Запас оставался. Дар рос.

Бурт собрал аркебузу к вечеру. Пять нарезных стволов. Раст, Грит, Фольк, Тим и один в запасе.

— Кому пятый? — спросил Бурт.

— Мне.

— Вам.

— Мне. Запасной, но если понадобится пятый стрелок на четырёхстах шагах, я выйду сам.

— Вы барон.

— Я инженер. И я стреляю на четырёхстах лучше, чем кто угодно, кроме Раста. Не потому что глаз лучше. Потому что я знаю, как летит пуля.

Бурт не стал спорить. Он давно перестал спорить с вещами, которые не мог