Вектор силы - Энтони Гард

Освобожденные от огненного капкана люди спешно ломанулись к выходам. В наступившем хаосе никто не смотрел под ноги — лаковые туфли и форменные ботинки с часто застучали по полу.

Дилара покачнулась. Внутренний энергоцентр, перенасыщенный эффектом обратного поглощения, отозвался режущей болью под ребрами.

Родион среагировал, подставив ей плечо. Перекинув её обмякшую руку через свою шею, он тихо прохрипел:

— Уходим.

И в этот самый момент с улицы донесся громыхающий механический рёв:

— СНЕ-ГУ-РОЧ-КА!

* * *

Ворон сильнее сжал железную лапу, перехватывая тело Акселя.

— Если ты сейчас же не выйдешь, я спалю его к чертям! Я не шучу!!! — искажённый голос механомонстра прорезал округу.

Ответа не последовало. Лишь пожарная сирена продолжала монотонно надрываться где-то в недрах полуразрушенного судебного здания.

Акустические датчики механомонстра зафиксировали внезапный шорох.

Из-за обломков рухнувшей арки, вышла Агата. Девушка двигалась с трудом, еле переставляя ноги.

Ворон издал торжествующий смешок, который динамики превратили в скрежещущий рокот. Жертва шла в капкан. Больше не заботясь о заложнике, Степан брезгливо отшвырнул бессознательное тело Акселя в сторону — парень безвольной куклой отлетел на газон.

Сотрясая землю многотонным весом и утробно тарахтя генератором, «Титан» развернулся и пошел навстречу беззащитной княжне.

— Не бойся, — прохрипел Ворон, активируя вольфрамовые тесаки под кистями. — Это будет быстро.

Агата замерла посреди серого переулка. Понимая, что бежать некуда, она просто зажмурилась, прижав дрожащие кулачки к груди. Багровый механо-монстр уже навис над ней, заслоняя тусклое осеннее небо. Ворон решительно занес лапу для одного сокрушительного удара.

Резкий выпад. Стальные когти с визгом рассекли воздух. Но своей цели они не достигли.

Бронированная лапа «Титана» ударила о преграду. Наперерез чудовищу, прямо из клубов пара, выскочил Гриша. Богатырь принял страшный удар Ворона в жесткий блок своими предплечьями. Сталь звякнула о затвердевшие словно камень мышцы биоманта. Глаза Гриши яростно полыхали неоновым светом, а вены на «бычьей» шее вздулись до предела. Демидов, издав утробный рык, всем телом рванул вперед и мощно толкнул «Титана» в грудную пластину, прямо по выжженному символу Прометея.

Металлоконструкция заскрежетала, гидравлика в коленях жалобно взвизгнула, и багровая махина, тяжело перебирая опорами, сделала несколько размашистых шагов назад, теряя баланс.

— Беги! — яростно рявкнул Демидов, даже не оборачиваясь к девушке.

Агата распахнула глаза. Оцепенение спало, и, сориентировавшись, она поспешила к бессознательному брату, упав рядом с ним на колени.

— Опять ты! — проревел Ворон, и этот металлический рык из динамиков брони перерос в оглушительный свист, когда он до упора вдавил гашетки огнемётов. Сопла изрыгнули сплошной вал жидкого химического пламени. Напалм накрыл Демидова с головой, скрывая уральского великана в бушующем оранжево-красном коконе. Температура в переулке подскочила так, что за секунду поплыл и запузырился асфальт.

Крик богатыря поглотил пожар. Пламя не просто жгло — оно пожирало воздух, заставляя легкие гореть изнутри. Мундир обуглился и осыпался пеплом в первые же секунды, оставив Демидова обнаженным по пояс, лицом к лицу со слепой яростью химического огня. Кожа покрылась черной коркой копоти, под которой лопались и сочились сукровицей кошмарные ожоги, несовместимые с жизнью. Грише было больно. Адски, невыносимо больно. Каждая клетка его тела кричала, умирая в этом термическом аду, а сознание балансировало на грани тёмного небытия.

И в этой агонии, на самом дне гаснущего разума, зашевелилось то, что он так долго и отчаянно пытался в себе усыпить. Чудовищная, первобытная сила, которой он всегда панически боялся. Сила, способная перекраивать саму плоть, превращая человека в безжалостное оружие. Раньше он сдерживал её, запирал на замок, боясь потерять себя. Но сейчас, среди рёва огня и скрежета механического чудовища, Демидова осенило: этот зверь внутри — не проклятие. Это он сам.

Гриша перестал бороться со своей природой. Он распахнул настежь ржавые затворы и выпустил внутренний огонь, позволяя ему слиться с внешним пламенем.

Что-то внутри него бесповоротно изменилось. Словно глубоко под ребрами щелкнул колоссальный тумблер. В ту же секунду лазурный свет в его глазах перестал просто мерцать — он вспыхнул яростным, слепящим сиянием, пробивающим завесу копоти.

Вокруг Демидова соткалось плотное, пульсирующее биополе, со свистом раздвигающее языки напалма. На глазах у ошеломленного Ворона обугленная кожа великана начала стремительно, с влажным шипением стягиваться. Клетки регенерировали с такой безумной скоростью, что ожоги исчезали, оставляя после себя монолитные, бугристые мышцы, чистые от ран и отливающие в сполохах пожара благородной бронзой. Гриша медленно расправил широкие плечи, словно сбрасывал невидимые оковы. Огонь больше не властвовал над ним. Теперь огонь служил для него декорацией.

Демидов ломанулся на Ворона, вырываясь из пламени, словно восставший из преисподней голем. Своими почерневшими кулаками он начал яростно молотить по броне «Титана», выбивая из неё снопы искр и оставляя глубокие вмятины на композитных листах, когда удавалось пробить кинетическое поле.

— Ты… просто… большой… смартфон!!! — орал Гриша, вкладывая в каждый хук всю мощь своей биомантии.

* * *

В зале суда шла спешная эвакуация. Охрана выводила людей через чёрный ход.

Командир отряда гвардии Елизаветы, майор Рощин, припал на колено у пролома, оперативно оценивая периметр через тактический визор карабина.

— Неизвестная цель вступила в бой с Демидовым! — крикнул он, перекрывая грохот с улицы. — В соседнем здании на крыше снайпер! Ведёт координацию! Нужно срочно увести княжну! Ваше Высочество, уходим!

Лиза понимала — если не убрать снайпера, он расстреляет Гришу, не оставив ему и малейшего шанса.

— Приказываю! — её голос, усиленный даром, прозвучал как удар набата. — Следовать за мной и уничтожить снайпера!

— Мы не можем так рисковать, Ваше Высочество! — возразил Рощин, пытаясь увлечь её за собой к выходу. — Нужно немедленно двигаться в безопасное место!

— Вы либо идете со мной и защищаете меня, либо я вас тут всех на месте вырублю!!! — непререкаемым, царским тоном прокричала она, и запустила ментальный импульс в пространство. Гвардейцы невольно качнулись назад.

Лиза не блефовала.

Рощин мысленно выругался, но понял, что с самонадеянной княжной спорить бесполезно: «Моя задача защитить её, и если княжна решила сунуться в пекло, что ж… Было бы проще, не будь она менталистом.»

Рощин перестроил тактический план в голове, и коротко кивнул:

— Командуйте, княжна.

Ивана упрямо потащила за собой Ника. Парень даже не успел возразить, провожая взглядом Лизу.

Пытаясь пробиться сквозь толпу испуганных людей к чёрному ходу, Ника путалась в пышных кружевах фрейлины, но хватку не ослабляла ни на секунду. Слова сыпались из неё сплошным потоком:

— Токарев, едрить твои шестеренки, быстрее! — причитала она, испуганно озираясь. — Ты вообще соображаешь, что происходит?! Жесть! Скорей,