Гибнущий мир - Карина Крылова

и нахмурился. Смотря на спокойное лицо Айрин, на ее мерно поднимающуюся и опускающуюся грудь, он понимал, что обычный успокаивающий разум и чувства настой не мог вызвать подобной реакции.

– Возможно, дело не в снадобье, – озвучил он свои мысли, вставая. – Он безопасен, применяется везде, и я еще ни разу не видел подобных последствий. Значит, дело не в нем.

– Тогда в чем?

Судя по голосу, Фэнрис уже взял себя в руки. Что-то подсказывало Миносу, что людей, видевших его в моменты слабости, можно пересчитать по пальцам одной руки. Оставалось надеяться, что их столько же и останется.

– Не знаю, – ответил Минос. – Может, ты мне скажешь?

Он обернулся, глядя на Фэнриса. Казалось, между ними накалился даже воздух. Минос ощутил, как ему сдавило горло и как опасно близко он был к тому, чтобы этот спокойный с виду лаэт избавился от него. Неизбежность подобного исхода зависла над ним невидимым мечом.

– Если с ней что-то случится, это будет признанием твоей вины и знаком для меня, – наконец нарушил тишину Фэнрис. – В твоих же интересах, чтобы она пришла в себя.

– В Цзиньшу есть лекари, – сказал Минос. – Хорошие лекари.

– Молись, чтобы они помогли.

Путь к выходу Фэнрису преградила путь Алиеонора. Все это время она молчаливо ждала, сжимая в одной руке объемную книгу, а в другой – стопку бумаг. Минос по-прежнему не заметил и следа волнения на ее лице.

– Лаэт Альтего, мне нужно провести испытания созданного мной заклинания, – сказала она, протягивая ему бумаги, – и чем быстрее, тем лучше. Нужно задержаться на несколько часов для подготовки и расчистить пространство для работы на прямой местности.

Минос сам не знал, что ожидал услышать от мага, но точно не это.

– Сейчас не время для этого, Алиеонора, – устало сказал Фэнрис, но бумаги все-таки принял, убирая их во внутренний карман. – Позже. Когда доедем до Цзиньшу, сделаешь все, что тебе нужно.

Проводив уходящего Фэнриса взглядом, Алиеонора посмотрела на мирно спящую Айрин. В ее позе и выражении лица Минос увидел легкое недоумение, которое быстро исчезло. Она собрала свои вещи и, не сказав ни слова, вышла, а он остался сидеть рядом с Айрин и ждать.

Время вокруг замерло. Айрин плыла сквозь кромешную тьму, дрейфуя в теплых ласкающих водах, защищавших ее со всех сторон. Она увидела приближение тонкого лучика, который постепенно окутал ее светом, принесшим с собой облегчение. Он словно наделил ее весом и силой в этом бескрайнем пространстве пустоты.

Мельтешивший впереди темный силуэт постепенно обрел очертания человека, стоящего в окружении яркой зелени. Борясь с тяжестью тела, Айрин медленно приближалась к коридору, в конце которого проступал яркий, слепящий глаза островок. А затем оказалась лежащей в прекрасном саду.

Перед ней предстала огромная тень, заслонявшая собой свет. Проморгавшись, Айрин постаралась разглядеть лицо, но не получалось. Непонятный сгусток из темноты не желал исчезать, а только плотнее окутывал ее. Ее охватило чувство, что внутри этой темноты было какое-то сознание или, еще хуже, живое существо. Айрин постаралась открыть рот, чтобы окликнуть это существо, но вместо слов вырвался странный рев, походивший на звук умирающего раненого животного, загнанного в угол. Тень разделилась, и Айрин поняла, что одна из частей напоминает человеческую руку с направленным в ее сторону копьем.

Звук, исходящий из нее, прервался, тяжесть, сдавливавшая со всех сторон, исчезла. Ее вытолкнуло из тьмы на свет. Черная сущность отодвинулась, давая ей место, и Айрин вышла на поляну. Деревья обступали ее плотным кольцом, прижимаясь друг к другу и шевелясь от гуляющего ветра.

Бесформенный сгусток обрел очертания бледного незнакомого мужчины. Его длинные красные волосы, стянутые кое-где кольцами, ниспадали до самой земли и блестели в лучах солнца почти так же ярко, как и его доспехи. Под ними была весьма широкая одежда, в руках он держал копье, листовидный наконечник которого теперь ткнулся Айрин в горло.

– Ты же не рассчитывал прятаться от меня вечно?

Она не успела ничего ответить, как боль пронзила все тело. Айрин зажмурилась, пытаясь оттолкнуть от себя мужчину и избежать неприятных ощущений, но ей не хватало на это сил.

«Не самое приятное воспоминание».

Тихий голос заполнил ее сознание, а боль, пронзающая, казалось, даже кости, сменилась приятным успокаивающим теплом. Какое-то время Айрин слышала лишь шорох листьев и журчание воды. Как только ее лица коснулся прохладный морской бриз, она решилась открыть глаза и сразу же наткнулась взглядом на своды пещеры, которые были залиты отблесками света, исходившего от заполнивших ее маленьких камней.

«Здесь намного приятнее. Я провел в этом месте несколько сотен лет».

В голове было свежо воспоминание о последней попытке заговорить, поэтому сейчас раскрыть рот Айрин не решилась.

Она украдкой осматривала место, в котором оказалась. Пещера была небольшой и пустой. Рядом с Айрин высилась гора из камней, на самом верху которой в небольшом углублении лежал сверкающий алмаз, формой походивший на гальку.

Айрин хотела дотронуться хотя бы до одного из камней на стене, но, протянув руку, замерла: та стала полностью черной, а пальцы удлинились и заострились, словно на них надели черную броню или перчатки.

«Ничего не выйдет. Взять что-то в руки здесь не получится».

Айрин вздрогнула. Голос в голове становился все громче.

– Кто ты? – тихо спросила она.

«Подумай. Ты знаешь ответ. Из всех ныне живущих тебе обо мне известно больше всех».

– Я не знаю тебя.

«Разве?»

Айрин услышала смех, и, несмотря на ужас от происходящего, голос казался ей очень приятным и мелодичным, а самое страшное – знакомым, но она никак не могла вспомнить, где могла его слышать.

– Ты демон?

Она чувствовала себя странно. Это точно были не ее эмоции: ликование, радость, предвкушение. Все, что она испытывала, – это страх, но другая ее часть, которая была с ней единым целым, ни капли не боялась.

«Не совсем. Но если тебе приятнее относиться ко мне как к демону, можешь считать, что я демон».

– Тогда кто ты?

«Я – это ты».

Айрин замолчала. Она рассматривала переливающиеся камни, стараясь прислушаться к себе, отделить одно от другого – себя саму и чужое для нее сознание, но, сколько бы ни пыталась, ничего не выходило. У нее даже не получалось почувствовать, действительно ли внутри нее демон или это очередной обман ее уставшего разума.

– Это сон? – спросила она.

«Верно. Видишь ли, недавно кое-что произошло – то, что помогло нам воссоединиться».

– Кое-что… Что именно?

«Этого я не могу тебе сказать. Пока что».

– Тогда что тебе от меня нужно? Я не стану… – Айрин запнулась, – я не стану твоей марионеткой,