Гибнущий мир - Карина Крылова

Стыд вновь окатил Айрин, и она принялась искать свою одежду.

Минос помедлил, словно хотел добавить что-то еще, но сдержался. Квинт вышел вслед за ним, так ни разу и не взглянув на нее. Впрочем, не то чтобы это расстроило Айрин: она действительно стояла почти голой.

Оставшись в одиночестве, она наконец оделась, попутно попивая воду из принесенной Квинтом фляги. Демон сказал, что для их встречи были причины и что-то произошло, но не сказал, что именно. Минос и Квинт вели себя крайне странно и тоже не пожелали ей ничего рассказать. У нее не оставалось иного выхода, кроме как узнать все самой, но для этого нужно было выйти на улицу и лицом к лицу встретиться с возможными последствиями.

Стоило поднять полог, как мелкий песок царапнул щеки. Караван остановился недалеко от гребня – он возвышался стеной, перекрывая горизонт. Айрин медленно окинула взглядом залитую солнцем равнину – солдаты рассыпались по открытой местности и разбивали лагерь. Они посматривали на нее с опаской, но на лицах больше читалось облегчение, чем злость или отвращение.

Айрин отвыкла от яркого света, и у нее сразу заслезились глаза. Но она упорно шла в направлении, где, как она думала, мог находиться лаэт Фэнрис. Положение солнца подсказывало, что время для привала еще не настало. Значит, они остановились потому, что слишком долго находились в пути. Стоило взглянуть на взмыленных лошадей и вспомнить слова Миноса, как Айрин осознала: из-за ее состояния каравану пришлось передвигаться практически без отдыха. Она почувствовала, как поднимается внутри злость на существо, против ее воли ставшее ее спутником.

– Айрин.

Она обернулась на голос и успела ухватить выражение облегчения на лице Фэнриса, прежде чем тот принял свой обычный спокойный вид. Лаэт выглядел изможденным, от него пахло лошадьми и долгой дорогой.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Способной съесть маграша.

Айрин хотела разрядить обстановку шуткой, но из-за выражения лица Фэнриса ее охватили смятение и стыд. Она опустила взгляд; понятное дело, что уставший, выбившийся из сил лаэт не был настроен веселиться.

Он подошел к ней вплотную и проверил температуру точно так же, как это сделал Минос. Не почувствовав ничего необычного, он остался стоять рядом, опустив руки. Айрин очень хотелось поделиться тем, что с ней произошло, тем, что она видела и узнала, но… Поделиться означало перенести часть ответственности за происходящее на него, а лаэт Фэнрис и без того выглядел обессиленным.

– Маграш непригоден в пищу, – сказала вдруг возникшая рядом Алиеонора. – Согласно собранным данным, наблюдениям и исследованиям останков, они имеют ядовитые свойства. Скорее всего, едва ты положишь часть монстра в рот, то умрешь.

Вновь наступила тишина. Айрин посмотрела на Миноса и Квинта, неподвижно застывших за спиной Фэнриса, и вновь опустила глаза, разглядывая песок. Умение разрядить обстановку или вести непринужденные беседы точно не являлось сильной стороной Айрин.

Со стороны доносились приглушенные голоса солдат, разбивавших лагерь.

– Теперь я могу провести эксперимент? – спросила Алиеонора. – Если мы останавливаемся на долгий привал, разумеется.

Айрин заметила нетерпение Алиеоноры: ее длинные тонкие пальцы подрагивали, а взгляд был прикован к затылку Фэнриса в ожидании ответа. Обычно ее ничего не интересовало, если дело не касалось экспериментов или интересных находок среди библиотечных книг, которые приносили гильдейцы.

Внезапно Минос сделал шаг вперед, вытащил из-под плаща затянутую веревкой промасленную бумагу и протянул ее Айрин. Все это время он внимательно смотрел на нее, и Айрин вновь стало не по себе. Она до сих пор размышляла над тем, что же произошло, но спрашивать пока была не готова.

– Позже ты сможешь начать, Алиеонора, – мягко ответил Фэнрис, покосившись на Миноса.

Алиеонора, удовлетворенная полученным ответом, кивнула и неспешным шагом отправилась к повозке, которую не так давно покинула Айрин.

Айрин старалась смотреть куда угодно, но не на Фэнриса. Страх, что лаэт все поймет, пересекись они взглядами, сковывал ее. Она теребила край веревки, не решаясь есть, хотя живот уже сводило от голода.

– Что произошло? Ты так долго спала, – нарушил тишину Фэнрис. – Это из-за видений?

Айрин искоса посмотрела на Миноса, пытаясь понять, успел ли он что-то рассказать или нет.

– Да. Но в этот раз я хотя бы выспалась. – Айрин постаралась ответить бодро.

Не без раздражения вздохнув, Фэнрис повернул голову, и боковым зрением Айрин заметила, что он смотрит на Миноса. То, что лаэт проявлял столько эмоций при посторонних, не могло не настораживать. Видимо, путешествие вкупе с предшествующими ему событиями повлияло на него гораздо сильнее, чем он всем демонстрировал. Ей стало обидно, что Фэнрис не поделился с ней даже частью своих забот, и она гадала, не разделил ли он их с Отисом, но тут же устыдилась своих мыслей. Отис был ей словно брат, и ей не стоило ему завидовать. В конце концов, он провел с лаэтом гораздо больше времени.

– Ты что скажешь? – требовательно спросил Фэнрис у Миноса.

– Я не лекарь, – ответил он спокойно.

– Но мнение у тебя какое-то есть?

Айрин, движимая интересом, тоже посмотрела на Миноса. Казалось, подобный разговор происходил не в первый и не во второй раз.

– Я уже говорил тебе: у нее метка на руке. И это не просто метка, это знак, который оставляют демоны. Ей снятся сны, где она наблюдает за происходящим глазами кого-то другого. Что ты еще хочешь услышать? Пойдет ли она убивать твоих солдат? Этого я знать не могу.

– Но она выглядит здоровой, – возразил Фэнрис.

– Пока что. Демоны захватывают сосуды постепенно, – Минос покачал головой, – и вскоре никто из вас уже не сможет отличить настоящую Айрин от сидящего в ней демона.

– Как мы можем этого избежать?

Минос пожал плечами.

– Нет такого способа. Или он мне неизвестен. В Газ-ан-Даладе не любят делиться тем, что может дать власть.

– Ты говорил, что в истории Газ-ан-Далада были случаи, но не сказал, что тогда произошло с носителем, – сказал Фэнрис без всякого выражения.

Сердце Айрин пропустило удар. Она почему-то уже знала ответ на этот вопрос.

– Он умер и унес с собой сотни тысяч невинных жизней. Если ты действительно о ней беспокоишься, лучше убить ее сейчас.

– Она не демон! – возразил до этого молчавший Квинт. – Послушай, Минос, Айрин не причинит никому вреда. Я понимаю, что на твоей родине привыкли решать проблемы радикально, но я знаю, что ничего не произойдет. Я это просто чувствую.

Он стоял, вцепившись в нарукавник газдаладца, словно тот готов был в любую секунду сорваться с места и прикончить ее. Айрин таращилась во все глаза