Блистательные - Стивен Бакстер

Кард нетерпеливо сверкнул глазами. Казалось, он впервые увидел Томма. — Ты. Местный. В какую сторону?

Томм, не колеблясь, указал пальцем. Ксера заметила, что ноги у него были босые.

— Тогда мы пойдем этим путем. Нам понадобятся носилки. Ксера, приготовь что-нибудь.

Томм сказал: — Мой дом ближе. — Он снова указал пальцем. — Это как раз в той стороне. Мои родители могли бы вам помочь.

Ксера посмотрела на Карда. — Адмирал, это имело бы смысл.

Он сердито посмотрел на нее. — Нельзя везти раненого флотского в лагерь аборигенов.

Ксера попыталась сдержать раздражение. — Здешние люди не животные. Они фермеры. Стаб может умереть раньше…

— Конец дискуссии. Ты. Земляной червь. Не хочешь пойти и показать нам дорогу?

Томм пожал плечами.

Ксера нахмурилась. — Тебе не нужно говорить родителям, где ты?

— Вы — военно-космический флот, — сказал Томм. — Мы все граждане Третьей экспансии. Вы пришли сюда, чтобы защитить нас. Вот что вы нам сказали. Какой вред мне может быть от вас?

Кард рассмеялся. Земля под ногами была покрыта плотно утрамбованной темно-красной грязью. Вскоре она уже пыхтела от напряжения, бедра и колени ныли от усталости. После полугода, проведенного в темном нутре корабля-сплайна, Ксера отвыкла от физических упражнений.

Кард, с узелком на спине, шел неуклюже, испытывая явное отвращение к самой пыли под ногами.

По крайней мере, земля была более или менее ровной. А Стаб на своих импровизированных носилках был не таким тяжелым, каким должен был быть. Очевидно, в хитроумной медицинской накидке были какие-то антигравитационные штучки. Однако, несмотря на все усилия, состояние Стаба не улучшалось. Край накидки вокруг его все более бледного лица предупреждающе светился синим.

Мальчик, Томм, казалось, был заинтересован всем этим приключением.

Вдали от возделываемых земель земля казалась лишенной питательных веществ, и единственными холмами были выветренные пни, такие же пыльные, как и все остальное. Это было старое место, подумала она. Население, очевидно, было немногочисленным, не больше, чем могла прокормить эта истощенная земля.

И небо было загадочным.

Ксера выросла на маленькой планете в системе 70 Опиути, расположенной менее чем в семнадцати световых годах от Земли. Там, на главном диске Галактики, на ночном небе было видно три тысячи звезд. В этом шаровом скоплении их было в сорок раз больше. Над горизонтом постоянно проплывали скопления звезд, отбрасывая рассеянный свет, пронизанный бледными, сложными, подвижными тенями. Их было слишком много, чтобы сосчитать, идентифицировать, проследить за ними. В этом мире не было солнца и слишком много звезд; он не знал ни дня, ни ночи, только этот неизменный, мутный звездный свет. Здесь время текло незаметно, и небо во всех направлениях выглядело одинаково.

Им предстояло пересечь возделанное поле. Над зелеными зарослями нависал ряд прожекторов, которые, по-видимому, должны были дополнять звездный свет.

Кард вытащил полупрозрачный костюм из найденного свертка, который он нес, и перевязал ему руки и ноги. — Ты, — сказал он Тому. — Возьми это. Нам нужны припасы.

Ксера попыталась возразить против такой небрежной кражи чужого урожая. Но Томм уже бежал рядом с Кардом, широко шагая. Они начали пригоршнями засовывать зеленые стручки в завязанный костюм. Ксера ждала возле Стаба.

— Расскажи мне, что ты здесь ешь, — рявкнул Кард.

— Горох, — весело сказал Томм. — Бобы. Рис. Пшеницу.

— Никаких репликаторов?

Ксера сказала: — Адмирал, предки Тома здесь, потому что семь тысяч лет назад они бежали с Земли, оккупированной кваксами. Нанорепликаторы — это технология кваксов. Здешние колонисты ненавидят такие вещи.

Кард огляделся. — Так как же они терраформировали это место?

— Трудным путем. Очевидно, у них на это ушли столетия.

— И теперь они выращивают пшеницу.

— Да.

Кард рассмеялся. — Ну, наши костюмы будут отфильтровывать токсины.

— У нас также есть козы, — сказал мальчик.

— Только представьте себе.

Они подошли к древнему, спутанному дереву, и Кард наклонился, чтобы осмотреть его корни. Он вытащил пригоршню чего-то, похожего на грибок. — Что это?

— Грезящая плесень, — ответил Томм.

— Что ты сказал?

Ксера поспешила к нему. — Вот почему мы здесь. Это реликт местной экологии, сохраненный при терраформировании.

Кард поднял сероватый предмет. — Предполагается, что это существо обладает разумом?

— Так утверждают местные жители.

— Она даже не может двигаться.

— Она может, — настаивал Томм. — Она передвигается, как скользкий жук.

Ксера подняла свою компьютерную панель, показывая изображения с карты памяти. — На ходу она поглощает питательные вещества из органического мусора, местных аналогов листьев и травы. Затем протоплазма затвердевает, принимая определенную форму, по мере того как плесень готовится к созреванию плодов. У некоторых видов есть маленькие зонтики и удочки.

Этот организм на самом деле был похож на земных слизевиков: очень древняя форма из тех времен, когда категории жизни были размыты, когда высшие растения еще не отделились от грибов, а вся животная жизнь протекала в бесформенной протоплазме. Что было более спорным, так это то, были ли эти формы разумными или нет. Она уже задавалась вопросом, как ей завершить свою оценку — как она могла это определить?

Кард заметил ее сомнения. Он повернулся к ребенку. — Как может эта твоя форма быть такой умной, если она не умеет пользоваться инструментами?

— Раньше они умели, — сказал Томм.

— Что?

— Когда-то они строили звездолеты. Они прилетели вон оттуда. — Он указал на темную россыпь звезд, но Ксера поняла, что он указывал на главный диск Галактики.

Она спросила: — Откуда ты знаешь такие вещи?

— Когда к ним прикасаешься. — Мальчик пожал плечами. — Ты просто знаешь.

— И зачем, — спросил Кард, — они пришли в такую дыру, как эта? Тут даже солнца нет.

— Они не хотели солнца. Они