Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

кряду, он наконец угомонился, но на лице его по-прежнему читалась крайняя брезгливость. – Мы сейчас во тьме, Юй Сю – на свету, наше положение выгоднее. Важно, чтобы он не узнал о нашем присутствии, пока мы не выясним его намерения. Не смотри на него в упор, у мастеров боевых искусств все чувства обострены, он может что-то почуять.

Цуй Буцюй медленно отвел взгляд:

– Я читал, о чем они говорят.

– Читал? – не сразу понял второй господин, но тут же сообразил: – По губам?

Вестник согласно хмыкнул.

Фэн Сяо ни за что бы не признался, что Цуй Буцюй не перестает его удивлять, причем самым неожиданным образом.

– И о чем же они говорят? – спросил он.

– Один из них сидит спиной, потому непонятно. К тому же народу вокруг слишком много, то и дело их кто-то загораживает, – объяснил Вестник. – Покамест я сумел различить лишь две фразы Юй Сю. Первая: «Придет ли на торжество Дуань Циху?» И вторая: «Сделай то, о чем я тебя прошу».

Фэн Сяо взглянул на Юй Сю, но тот как раз поднялся и пошел прочь, вскоре растворившись в толпе.

– Что думаешь? – поинтересовался второй господин.

– Во-первых, Юй Сю, по-видимому, знаком с господином Дуанем, но тот еще не знает о его прибытии в Черчен, – сообщил Цуй Буцюй. – Во-вторых, вероятно, они замышляют что-то против Дуань Циху.

Фэн Сяо задумался:

– Странные они. Что может быть общего у принца Цзинь и головореза, живущего за тысячи ли от столицы?

Цуй Буцюй, догадавшись, к чему он ведет, продолжил делиться соображениями:

– Управе Левой Луны удалось выяснить не так много. Прежде чем стать советником принца Цзинь, Юй Сю обучался в школе Тяньтай. Чтобы в таком юном возрасте добиться столь превосходного владения боевыми искусствами, необходимо во время обучения целиком и полностью посвящать себя совершенствованию. Дуань Циху же всю жизнь провел в приграничье и никогда на правобережье Янцзы не бывал. В сущности, им даже пересечься было негде.

– Совершенствоваться вовсе необязательно в стенах школы, – заметил Фэн Сяо. – Взгляни хоть на меня: благодаря своим исключительным способностям я, несмотря на юный возраст, превосхожу всех прочих. Равных мне не сыскать во всей Поднебесной.

Цуй Буцюй вдруг охнул, похлопал себя по бокам, а потом склонился к земле, будто обронил что-то.

– Ты не видел? – озадаченно спросил он у второго господина.

– Что? – удивился тот.

– Твой стыд – по-моему, ты его где-то потерял.

Фэн Сяо опешил.

Настроение у Цуй Буцюя от сей выходки заметно улучшилось, и он как ни в чем не бывало продолжил рассуждать:

– Оставим покамест их прошлое, подумаем о другом. В окружении Дуань Циху мастеров боевых искусств не счесть, к тому же он и сам могучий боец. Даже если против него выйдет сам Юй Сю, то едва ли одержит победу, что уж говорить о других. Что может ему предложить какой-то подручный?

Фэн Сяо в задумчивости потер подбородок:

– Яд? Женщины? Впрочем, вряд ли. Будь все так просто, за эти годы он сто раз бы помер – врагов у него наверняка немало. Раз Юй Сю не хочет вмешиваться сам, значит, его подручному нужно улучить подходящий момент, когда Дуань Циху ослабит бдительность или же останется без охраны…

Второй господин на миг нахмурился, а потом поднял взгляд на Цуй Буцюя. Тот тоже смотрел на него.

– День рождения! – сказали они в голос.

В это время спутник Юй Сю тоже поднялся из-за стола, оплатил счет и направился в противоположную сторону. Фэн Сяо с Цуй Буцюем тут же стало не до разговоров. Оставив деньги рядом с чашками, они устремились следом.

– Насколько он хорош в боевых искусствах? – спросил Цуй Буцюй, пока Фэн Сяо, как и прежде, нес его, подхватив за пояс.

– Он неплохой боец, но меня ему не затмить, – пояснил Фэн Сяо.

Вестник заметил, что теперь они держались к неизвестному гораздо ближе и вели себя не так осторожно, как с Юй Сю. Тем не менее, проследив за незнакомцем, они так и не обнаружили ничего необычного. Мужчина шел размеренным шагом и, по-видимому, никуда не спешил: даже остановился перед торговцем на обочине, дабы купить две кунжутных лепешки и немного лакомств, а после направился в ту часть города, где жил простой народ.

Остановился он возле одного из домов, во дворе которого играли двое ребятишек. Завидев мужчину, они с радостными криками бросились ему навстречу: вероятно, то был их отец. Он разделил между детьми лакомства, усадил их на руки и, весело смеясь, скрылся в дверях дома.

На этом Фэн Сяо с Цуй Буцюем и оставили его, разойдясь по своим делам в представительства чертога Явленных Мечей и управы Левой Луны, дабы приказать подчиненным собрать сведения об этом человеке.

Люди Цуй Буцюя жили в Черчене уже шестой год и были прекрасно осведомлены обо всем, что происходит в городе. Знали они и всех мало-мальски значимых горожан. А потому не прошло и часа с тех пор, как Вестник дал поручение, а служащий уже вернулся с докладом.

– Господин, главу семейства, что живет в том доме, зовут Пэн Сян, он третий управляющий при Син Мао.

– И сколько их у него? – невозмутимо уточнил Цуй Буцюй.

– Достаточно, – почтительно подтвердил служащий. – У Син Мао, конечно, много родни, но и дела он ведет с размахом. Помимо домочадцев ему помогают трое управляющих. Говорят, что старший – его ближайшее доверенное лицо, одевается роскошно, держится надменно – простому человеку с ним и вовсе не встретиться. Второй – помогает с делами, не касающимися семьи, а третий – отвечает за всевозможные повседневные мелочи, в том числе и связанные с приемом гостей.

Тут Цуй Буцюй встрепенулся: ответы на некоторые вопросы начали складываться у него в голове.

– Я слышал, через пару дней матушка Син Мао празднует день рождения и дает торжественный обед. За приготовления, верно, тоже отвечает третий управляющий?

– Если все как обычно, то, полагаю, так и есть, – подтвердил служащий.

«Зрелище и впрямь будет занятное», – подумал Цуй Буцюй. Больше задерживаться в представительстве он не стал и поспешил назад на постоялый двор.

Фэн Сяо вернулся раньше, и когда Вестник вошел в комнату, тот как раз с беззаботным видом пил чай с закусками. При виде Цуй Буцюя второй господин расплылся в улыбке:

– Похоже, тебе удалось что-то узнать?

– Чему ты так радуешься? – насторожился даос. – Вы с Дуань Циху враги, что ли? Празднуешь его грядущую кончину?

– Никакие мы не враги, – ответил Фэн Сяо. – Но кто-то и впрямь замыслил его погубить. А радуюсь я тому, что все точь-в-точь как в той пословице: клонит в сон – вот и подушка.

Он извлек из-за пазухи два приглашения, положил на столик и подтолкнул к Цуй Буцюю. Вестник взял приглашение, пробежал глазами, и на лице его отразилось удивление.

– Что теперь скажешь: есть поводы для радости? – довольно улыбнулся Фэн