Возвращение - Марцин Подлевский

Вопрос был задан небрежно, но он вымел из комнаты остатки забытых шепотков и вздохов. Безумная Блум снова взялась за свое. Это могло быть весело.

— Я задала тебе вопрос.

Девушка, которой он был адресован, сидела за одной из последних голопарт. Казалось, она дремала. От порта ее персонали отходил кабель, разветвлявшийся на несколько других, поменьше, с помощью портативного хаба, не одобренного педагогами Научного Клана. Это, как и многое другое в коротко стриженной миндалеглазой девушке, особенно раздражало Госпожу Машину.

— Нет упоминаний, что Лазурь была терраформирована, — заговорила Блум. Ее голос казался немного отсутствующим, но эдукаты, равно как и педагог, слышали каждое слово.

— Правда? — ледяным голосом спросила Трат. — Насколько я помню, в учебных материалах совершенно другое содержание.

— Материалы ошибочны, — невозмутимо сообщила Блум. — Возможно, Лазурь не была терраформирована. Ее открыли еще до Напасти. Это была одна из немногих планет, так называемых Жемчужин или Эдемов, которые являлись почти полной копией Терры. То есть она оказалась в так называемой зоне обитания… то есть она не только идеально кружила вокруг своего солнца, но и двигалась по правильной орбитальной траектории на нужном расстоянии, чтобы получить наилучшие физические показатели. Благодаря этому… и другим вещам, ее атмосфера была почти полной копией атмосферы Терры.

— В материалах нет ничего подобного, — отрезала Трат так, что некоторые из детей, сидевших ближе к ее столу, заметно вздрогнули. — Это какая-то сфабрикованная ерунда. Блум, ты получаешь три отрицательных балла.

— Этого нет, потому что это закрытая информация, — объявила Кирк. — Однако ее можно найти в Потоке. Он защищен протоколами Согласия, но я прорвалась.

— Что ты сделала?

— Это слабые системы безопасности, — объявила, не теряя самообладания и не до конца понимая, что говорит, Блум. — Там есть выдержка из заявления, сделанного старшим советником Клана Науки перед Советом Согласия. Что-то о необходимости скрывать эту информацию, а также некоторые другие сведения, связанные с технологиями Старой Империи.

— Дитя, что за чушь ты несешь?

— Это не чушь. Речь идет о запланированном проекте терраформирования, на который были потрачены огромные суммы джедов и который, похоже, провалился. Вот почему… люди продолжают говорить о возвращении к терраформированию, восстановлении выжженных территорий и так далее. Людей нужно успокоить, сказав, что у Согласия снова есть эта технология, как у Старой Империи. Тот факт, что Лазурь была терраформирована, должен подтвердить это… — Девушка открыла глаза шире, и внезапно Трат поняла, что Кирк все это время читала какие-то внутренние, закодированные файлы — психоло… психологически.

— Блум, — сказала она дрожащим голосом, — ты должна немедленно отключиться от того, во что ты вошла. Ты поняла?

— Но педагогиня Трат… там есть и другие интересные вещи…

— Отключись, и немедленно! — крикнула Госпожа Машина так громко, что какой-то ребенок в комнате вдруг начал плакать. Ушедшие! Эта глупая девчонка сейчас обрушит на нас Контроль! — Ты слышала, что я сказала?!

Кирк без слов, все еще глядя на педагогиню, чье лицо вдруг приобрело совершенно неприкрытый красный цвет, отсоединила персональ от Потока. Она вздрогнула, возвращаясь в реальный мир.

— Еще раз так сделаешь, — хриплым голосом произнесла Сильвия Трат, — и я запрещу тебе даже подключаться к системе образования, ты поняла?!

— Да…

— Да, что?!

— Да, педагогиня Трат. — Девушка подняла голову, глядя прямо в глаза Госпоже Машине, которая отдала бы голову на отсечение, что на долю секунды по ее лицу промелькнуло что-то вроде гневного отблеска.

— И?!

Девушка сглотнула слюну.

— И мне очень жаль, — наконец сказала она, хотя для Сильвии это прозвучало не особенно извинительно. Она подошла к ребенку, наклонилась к ней и понизила голос:

— Ты должна помнить, что случилось с твоим отцом, — сердито прошептала она. — Я не хочу, чтобы на моих уроках происходили подобные вещи. — Она опустилась еще ниже и приблизила свой рот к уху Кирк. — Ты слишком много хочешь знать, Блум, — шипела она. — Слишком много. Из-за этого у тебя будут неприятности. Это не моя проблема. Однако я не хочу, чтобы ты навлекала их на мой Корпус, — она закончила, выпрямилась и вернулась за свой стол. — Программа анализа, — более спокойным тоном приказала она воспитанникам. — Сегодня мы анализируем галактические границы различных Ободов и Приграничных княжеств.

Она снова повернулась к карте и через мгновение почесала затылок, слегка зудящий от неохотного взгляда встревоженной девушки.

Что ж, придется усмирить ее. Для ее же блага, заключила она, и впервые на ее лице появилась легкая улыбка.

Если бы кто-нибудь спросил ее об этом, она бы ни за что не призналась… но закалять непослушную воспитанницу может быть очень приятно.

***

Она лежала в чане.

По крайней мере, он выглядел как чан. Вернее, как небольшая ванна, наполненная белой плесенью и закрытая прозрачной крышкой. Все тело онемело от охватывающего ее стазиса. Кроме того, она была обнажена, и помимо удивления, это вызывало где-то на фоне гнев.

Если уж надо было раздеться, то решать должна была она сама, а не…

Элохимы.

Ужас обрушился на нее, как ледяной поток. Она дернулась, выдергивая при этом концы инъекторов на руках, спине и ногах. В затылке тоже что-то затрещало: неужели они подключились к ее порту доступа? Они, конечно, ввели ей стазис, но, полагаю, не ожидали, что генохакер позволит загрузить какие-то программы в свою персональ? Она была защищена от подобного, так что если они намеревались изменить ее восприятие или установить вирус, их ждало жестокое разочарование.

В любом случае, что-то было не так.

Кирк не дышала. В этом она была уверена. Должно быть, в ее венах был полный стазис, но она оставалась… в сознании. Тело не должно функционировать — и все же она двигалась. Осознав это, она попыталась сесть в чане; подняла крышку, которая откинулась с тихим гулом сервоприводов.

Когда приняла сидячее положение, ее начало тошнить белой плесенью.

И откашливаться: кислород возвращался в легкие. Попыталась встать, но была слишком слаба для этого. Вместо этого начала яростно вытаскивать оставшиеся инъекторы и кабели, торчащие в ней. В какой-то момент, охваченная необъяснимым ужасом, приложила руку к груди. Успокоилась только когда почувствовала, что ее сердце бьется.

Что бы ни случилось, она была жива. А это всегда было плюсом.

Вытерла лицо от