Возвращение - Марцин Подлевский

— Не сейчас, — пробормотал он ей, также многозначительно взглянув на старого, но ухоженного Питофа из оружейной, которого друзья называли Сержантом, идущего рядом. — Пусть никто больше не расходится. Тут трое из Жатвы, нас будет поровну, не считая проклятой Машины.

— Хорошо, господин Палм.

— Прямо, прямо! — прожужжала Машина, и Типси поднял глаза к небу, созерцая усеянный лампами потолок. Он надеялся, что Ратушняк и остальные алкоголики успеют спрятать свой хлам до того, как Аро размажет их гусеницами.

Он не знал, что это будет наименьшей из его проблем в ближайшее время.

***

Дет не был доволен. Можно даже сказать, что он испытывал глубокое разочарование от последних событий.

Старики, как он и опасался, не реагировали должным образом. Больше не было смысла доносить до них информацию, он ясно это видел. Практика учила, что именно этот тип старости крайне невосприимчив к спасительному Слову, провозглашаемому Жатвой. Не имело смысла менять их убеждения и по чисто практическим соображениям. Они просто были слишком стары, чтобы приносить какую-либо пользу секте. Насколько он мог судить, старые тела даже не хотели быть спасенными Стрипсами. Слишком велик был риск сделать из них не полноценных членов секты, а Реаниматов — Электронных Посмертников.

Все было запутанным. Головоломная атака стрипсов. Потеря в космосе. И в довершение всего — исчезновение одного из членов Жатвы. На корабле, который они, в конце концов, должны были хорошо знать, работая над его восстановлением.

Этого не должно было случиться.

Направь меня, Сила. Укажи мне, как действовать дальше. Не допусти, чтобы судьба Жатвы пошатнулась. Услышь меня.

Но его молитвы были пусты. Он расхаживал по капитанской каюте, не в силах сосредоточиться. Молитва сама по себе была лишь формой продвинутой медитации, которая, если бы он потратил на нее чуть больше времени, могла бы привести его к вершинам умозаключений. В этом отношении Жатва была похожа на Стрипсов — там, где механическая секта использовала продвинутое моделирование, аколиты допускали предсказание, основанное на статистических расчетах. Эта сумма хаотичных на первый взгляд компонентов позволяла лучше или хуже предсказывать будущее. Или, по крайней мере, должна была.

Прогнозисты должны нас предупреждать, подумал он. Жатва не допускает таких ситуаций. Подобное шаткое планирование может постигнуть Стрипсов, безумных Элохимов или все Согласие, но не тех, кто следит за возрождением человечества.

Он колебался еще мгновение, прежде чем нажать кнопку интеркома и вызвать Прогнозиста к себе.

***

Менее чем через три минуты после ухода Ратушняка до маленького поискового отряда донеслись металлический лязг и придушенный стон.

Типси замер. Они находились почти прямо под главной силовой трубой, рядом с левым сектором отвода тепла. В какой-то момент им пришлось подняться к служебному коридору, расположенному между корпусом и внутренней стеной и отделяющему машинные помещения от более часто посещаемых палуб. И именно там Аро начал пищать, а потом они почувствовали холод, который на космическом корабле может означать только одно: в помещение проник вакуум, правда, всего на мгновение, но термостаты еще не успели отрегулировать температуру в помещении.

Невозможно, — сказал Типси. Мы бы знали. Это не вариант. Даже если бы каким-то чудом никто не сообщил о повреждениях, кастрированный ИИ узнал бы об этом.

Погоди-ка. А что сказал Стонавски? Он утверждал, что у него есть небольшое сообщение о повреждении корпуса на нижней палубе. Какие-то мелочи — помехи, возможная пробоина в обшивке корпуса. Прямо в этом чертовом месте…

Прекрасно.

Через три секунды после этой мысли они услышали грохот.

Ратушняк лопнул от самогона, с надеждой подумал Типси, но через мгновение до них донесся стонущий, булькающий звук, а затем все погасло. Причем в буквальном смысле. На коридор опустилась темнота, и Палм услышал визг Селестии. Это длилось всего лишь мгновение — свет уже загорался, используя аварийное питание.

— Что там происходит? — спросил один из аколитов. Типси пожал плечами.

— Откуда мне знать? Иди и проверь сам.

— Ты туда пойдешь, гном, — возразил более молодой член Жатвы. — Вместе с этой проклятой Машиной.

— Я вижу, что твоя духовность действительно высшего порядка, — усмехнулся Палм, но кивнул Сержанту. — Пойдемте.

— Конечно, босс, — согласился Питоф.

— Сел, ты остаешься, — добавил Типси Селестии. — Присмотри за нашими дорогими гостями, чтобы они не заблудились, как их просвещенный коллега.

— Хорошо, господин Палм.

— А вы, ребята, разве не идете с нами? — спросил Сержант зловещим голосом. — Крутые парни вроде тебя, наверное, любят закатывать свои белые рукава и размахивать кулаками, а?

— Не провоцируй их, Питоф, — сказал Типси, подходя к Машине. — Они слишком любят нажимать на кнопки персоналей. Аро?

— Аро слушает.

— Установи себе, не знаю, сенсоры или что-то в этом роде. У тебя есть какое-нибудь оборудование в этом… — он замешкался, неохотно глядя на шесть рук машины и ее бочкообразное тело, — в этой штуке?

— Электрошок, — объявила машина, и, к изумлению Палма, на ее поверхности заплясала внезапная лазурная искра. Очевидно, Аро умел бить электричеством. — Электрошок, — добавил он с гордостью. — Электрошок.

— Да будет так, — мрачно отозвался Типси. — Ты иди вперед.

Двинулись.

***

Насколько помнил Дет, Прогнозисту была дана дельта-спецификация. Ведь Прогнозисты отличались от обычных аколитов. Они, несомненно, были частью секты, но с особыми правами, как и доверенные лица, командующие Жатвой. Последних, однако, Представитель никогда не видел.

— Разбудите его, — приказал он аколитам, увидев, что приведенный ими слегка покачивающийся Прогнозист подключен к бутылке с разбавленным стазисом.

— Процент?

— Тридцать, — решил Дет. Один из аколитов открутил клапан бутылки, прикрепленной к спине Прогнозиста.

Сморщенное, полуголое существо в больших очках, закрывающих половину лица, слегка вздрогнуло, но даже разбавленная Белая Плесень действовала быстро. Прогнозист вздрогнул и издал звук, чем-то напоминающий горловое хрюканье.

— Вопрос, — начал Дет, глядя прямо в его черные очки. — Исчезновение одного.

— Предсказано, — прорычал Прогнозист.

— Хорошо, — скривился представитель Жатвы. Он и раньше слышал это краткое, туманное предсказание, но не придавал ему особого значения.

В то время, когда готовилась вся операция, считались расходы, и смерть одного из аколитов рассматривалась как необходимая потеря в прогнозируемых событиях. В конце концов, одно дело — предсказывать, а другое — быть в центре событий.

— Вопрос. Непосредственные последствия исчезновения одного,