Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

группа качков, покрытых татуировками. Они охраняли лавку, как псы, и никого близко не подпускали. Едва попав сюда, Дин сразу заметил некое подобие иерархии, возникшее даже в таком тесном пространстве. Тем, кто стоял выше, позволялось устроиться поближе к двери, где можно было поймать струйку свежего воздуха из далеких окон. Тем, кто оказался на другом конце, приходилось ютиться около длинного цементного желоба, приспособленного под туа-лет. Желоб шел под наклоном и заканчивался вонючей дырой в дальнем углу помещения. Малыш Мало оказался где-то в середине, и Дин по знакомству пристроился рядом. Даже думать не хотелось, что бы случилось, будь он один.

Хотелось бы Дину, чтобы места здесь было достаточно, чтобы расхаживать туда-сюда. Он чувствовал тревогу, раздражение, беспомощность. Ему даже хотелось – пусть эта идея и была кошмарной, – чтобы кто-нибудь затеял драку: просто чтобы занять руки и голову. Нет ничего хуже, чем знать, что друзья и семья в беде, и не иметь, черт подери, никакой возможности что-то с этим поделать. Оставалось рассчитывать, что Бобби позаботится об этом, пока Дин не выберется из этой передряги.

– Знаешь, – сказал Дин Малышу Мало, просто чтобы что-нибудь сказать, – я бы счастливо прожил остаток жизни и без этого аромата.

– Это еще цветочки, – отозвался тот. – Подожди, пока тебя в настоящую тюрьму посадят.

– Как-то это совсем хреново.

– А то я не в курсе. Меня уже третий раз за торговлю оружием берут.

– Не только в этом дело, – объяснил Дин. – Кажется, кто-то похитил моего брата.

– Паршиво, – Малыш Мало нахмурил густые брови. – Твоим людям лучше заплатить.

– Вот потому-то мне и надо отсюда выбраться.

– Как твой брат выглядит?

– Здоровенный, – Дин примерно обозначил рост Сэма, подняв ладонь на несколько сантиметров над своей головой. – Выше ста девяноста, весит восемьдесят пять килограммов. Волосы каштановые, довольно длинные. Был с американской девушкой мексиканского происхождения, у нее ярко-красная прядь в волосах.

– За сто девяносто? – Мало нахмурился еще сильнее. – Не кажется особенно легкой добычей.

– Слушай, я ничего не знаю, – сдавленным от отчаяния голосом ответил Дин. – Так я слышал.

– Ладно, слушай. Я поспрашиваю народ. Может, кто-нибудь что-нибудь слышал.

Малыш Мало начал обходить людей, негромко разговаривая с ними. Дин остался один, сжимая и разжимая кулаки. И Сэм, и Шочи могли великолепно сами о себе позаботиться, но он все равно гадал, где они и что с ними. А Клаудия?! Необходимость сидеть взаперти сводила его с ума.

Малыш Мало вернулся и покачал головой:

– Никто ничего не знает. Ни слова про высокогоNorteamericano[190], похищенного здешними бандами.

Грубый мужской голос окликнул Дина по фамилии:

– Винчестер!

За дверью в камеру стояли два красивых мексиканца с непроницаемыми лицами – кажется, близнецы. Одеты они были почти так же, как полицейские: черная военная форма, бронежилеты и черные бейсболки. Единственным явственным отличием было то, что на кепках вслед за знакомым уже словом «POLICIA» шло еще одно – «FEDERAL».

–Federales?[191] – прошептал Малыш Мало. – Да ты круто вляпался, guero[192].

– Береги себя, – сказал Дин. – И спасибо.

– Это тебе лучше себя поберечь, – отозвался Мало.

Дин подошел, и охранник открыл дверь. Сидящие на лавках головорезы что-то бросили ему вслед, но Дин понятия не имел, что они говорят.Federales снова надели на него наручники, сковав руки спереди, и через плавящийся от жары участок вывели на улицу. Он оценивал неприятелей и окрестности, всерьез намереваясь броситься бежать, но тут заметил в большом черном внедорожнике Шочи. Она сидела, опустив голову, со скованными за спиной руками. Дин был рад, что с ней все в порядке, и теперь еще больше начал беспокоиться о Сэме и Клаудии. Близнецы усадили его рядом с Шочи, а сами сели на передние сиденья, отгороженные толстой металлической сеткой. На дверях изнутри не было ручек. Дин с ужасом обнаружил, что у Шочи под глазом свежий синяк, а рубашка порвана и вся в крови.

– Проклятье. Что они с тобой сделали?

– Не волнуйся, – отозвалась она. – Кровь в основном не моя. Не ту девчонку они выбрали, чтобы поразвлечься.

Она говорила не очень отчетливо, будто держала что-то во рту. Дин удивился, когда Шочи наклонилась к нему, будто собралась поцеловать в щеку, но не поцеловала, а зашептала на ухо.

– Эти ребята неfederales, – проговорила она так тихо, что за шумом двигателя Дин едва ее расслышал. – Они Nagual.

Глава 32

От изумления Дин потерял дар речи. Они не пробыли в Мексике и шести часов, а все уже катилось под откос со скоростью света.

Движение на главной улице было отвратительное, постоянно возникали пробки, и машина ползла вперед так медленно, что пешеходы то и дело обгоняли ее. Впереди случилась какая-то авария, и атмосфера накалилась: люди высовывались из окон автомобилей и потрясали кулаками. От выхлопных газов щипало глаза, хотя стекла были подняты.

– Куда нас везут? – шепотом спросил Дин.

– Наверное, в пустыню, чтобы убить, – ответила Шочи. – Но не волнуйся.

И она проделала что-то настолько необычное, что Дин с минуту не мог сообразить, как реагировать. Шочи нагнулась и прижалась лицом к его скованным рукам. Дин ощутил жар ее дыхания, быстрое касание языка, отчего по вспотевшей спине побежали мурашки. Он действительно не хотел добавлять смутное бессмысленное возбуждение к жгучей смеси из злости, страха и беспокойства, которая ворочалась в его ноющем животе. И только спустя несколько полных недоумения мгновений Дин понял, что Шочи сделала – выплюнула ему на ладонь что-то маленькое и металлическое. Ключик. Ключ от наручников.

– Выходи за меня, – прошептал Дин и начал трудиться над замком.

Она улыбнулась:

– Сними наручники, отдай мне ключ и делай, как я скажу.

Дин поглядывал на близнецов: те молчали и смотрели вперед. Освободившись от наручников, Шочи снова наклонилась к Дину:

– Готов?

– Всегда готов.

Шочи внимательно смотрела, как рядом с внедорожником со стороны водителя трется потрепанный минивэн. Он обогнал их как раз настолько, чтобы задней частью блокировать переднюю дверь. Дин уже знал, какая Шочи быстрая, но все еще восхищался, видя ее в движении. Она выбила ногой заднее стекло, просунув руку в дыру, открыла дверь снаружи и выскочила на дорогу – и все это в мгновение ока. Водитель выругался, ударил по тормозам и попытался выйти, но дверь, открывшись сантиметров