Русские в Азиатской Турции в 1854 и 1855 годах. Из записок о военных действиях Эриванского отряда - Михаил Доримедонтович Лихутин

было, а хозяева лошадей не хотели тратить много денег на покупку сена, имея в виду, что они наняты по контракту только на шесть месяцев и их следовало скоро отпустить, о чем они напоминали уже. Транспорты с провиантом из Эриванской губернии начали уже понемногу опаздывать: мы могли бы остаться совершенно без продовольствия, если бы у нас не было запаса сухарей в Сурб-Оганесе и турецкой муки, отбитой и собранной в десятинную подать, что значительно облегчало до сих пор черводаров подвозить сухари вовремя. Наконец, по неимению подножного корма, отряд должен был покупать сено у жителей и, оставаясь долго на одном месте, закупал сено во всех окрестных селениях, истреблял все и по необходимости должен был переменять место стоянки, чтобы не посылать за покупкой сена колонны войск за 20 или 30 верст. Все эти предстоявшие нам неудобства, особенно ввиду возможности ожидаемой в Арзеруме помощи, можно было предупредить и отстранить тем, чтобы разбить Вели-пашу и овладеть Арзерумом. Тогда мы овладели бы всем краем от этого города до тыла нашей блокирующей армии. Теперь мы вполне чувствовали, как было бы полезно овладеть Арзерумом в июле месяце после керни-кёйского дела. На основании всех этих соображений генерал-майор Суслов, донося о рскогносцировке 19 октября и о полученных сведениях о неприятеле, представил главнокомандующему о крайней пользе овладеть Арзерумом, пока туда не прибыло значительных подкреплений, и просил для решительных действий к этому городу увеличить временно Эриванский отряд несколькими батальонами из главных сил. Главнокомандующий отказал в этом из опасения ослабить блокирующие Карс войска, и притом предоставил генерал-майору Суслову при появлении сильного неприятеля отступить даже в Эриванскую губернию. При бессилии Селим-паши и невысылке в Арзерум больших подкреплений, мы могли обойтись и сами без подкреплений; мы старались принести собой возможную пользу блокаде Карса, приносили пользу, в кругу дозволенных действий и, полагаю, не отступили бы в Эриванскую губернию без крайней необходимости.

Мы оставались на Чичикраке и поддерживали свое угрожающее положение дальними движениями пехоты и кавалерии к стороне Керни-кёя и на Карсскую дорогу. Из опасения, чтобы по последней дороге не провезли тайно ночью вьюки с провиантом, которые могли случайно пробраться и мимо блокирующих войск, что по рассказам жителей случалось, – за Аракс на эту дорогу делались неожиданные ночные движения, становились засады, и вообще наблюдали за нею неусыпно. Все это пугало жителей, делалось известно в Арзеруме и отнимало охоту посылать вьюки с провиантом; они, вероятно, попались бы в наши руки, если бы прошли за Керни-кёй. Лазутчики говорили, что Селим-паша имеет положительное приказание пособить Карсу, но не решается выдвинуться из Арзерума; в его войсках было твердое убеждение, перешедшее и к нему, что мы разобьем их. Нам действительно хотелось, чтобы он тронулся по Карсской дороге с провиантом; тогда нам нужно бы было действовать по необходимости. Это общее желание наше было известно жителям окрестных селений, приходившим в отряд к своим знакомым офицерам и привозившим разные продукты на продажу, – и без сомнения передавалось в турецкий отряд. Однажды, расспрашивая о нас армянина, ездившего и к нам и к туркам, Селим-паша сказал в негодовании:

– Скажи этому Эриванскому отряду, что я сожгу его!

При сознании своего бессилия, естественно, туркам представлялась возможность наступления с нашей стороны. В Арзеруме преувеличивали значительно численность Эриванского отряда, может быть отчасти для того, чтобы утешить свое самолюбие и объяснить в Константинополе причину своей нерешительности. К тому же там были уверены почему-то, что нам пришлют от Карса два или три батальона и мы скоро начнем наступательные действия. Мало-помалу из всех сведений мы убедились, что Селим-паша отказался окончательно от намерения идти к Карсу, а напротив, в Арзеруме стали с большой деятельностью принимать меры к обороне этого города ввиду нашего наступления. Может быть, там ожидали скорой сдачи Карса и полагали, что после взятия этой крепости наша армия тотчас двинется к Арзеруму. Кругом города возводили отдельные укрепления, работали и днем, и ночью. Из жителей составляли милицию, которая должна была принять участие в обороне, но в милицию шли неохотно, – откупались деньгами, и формирование ее только служило, как это бывает всегда в Азии, к взяткам и обогащению местных чиновников. Бо́льшая часть артиллерии отряда Вели-паши стояла на площади Арзерума как резерв, откуда могла быть направлена к угрожаемой стороне, а отряд оставался у подошвы Давабуйну налегке в постоянной готовности отступить. Башибузки были расположены в сел. Керни-кёе, Ягане и других, лежащих в долинах Аракса и Гассан-Кала́-чая между Керни-кёем и Гассан-Калой; передовая сотня выезжала до Амракума и иногда ночевала в нем.

В продолжение пятнадцати дней стоянки на Чичикраке мы закупили и потравили все сено и ячмень на обоих берегах Аракса в окружности 15 верст. За все, что брали у жителей, платили деньгами по вольным ценам, которые были, впрочем, невысоки. Долина Аракса очень плодородна, богата и населена; плодороднее и населеннее, чем лучшие места Баязетского пашалыка. Уровень ее ниже, чем долины Евфрата; лето теплее, растительность богаче. Кроме пшеницы, ячменя и кукурузы, во всех деревнях мы находили и покупали огородные овощи: капусту, бураки, лук, картофель, огурцы и проч., а также фрукты: яблоки, груши, и проч. Цены на продовольственные предметы были ниже, чем в Баязетском пашалыке. Хорасан, Ардост, Зарс, Миндиван и Амракум населены османами; они оставались в своих домах, не бежали, наконец, привыкли к нам, встречали нас очень дружелюбно и продавали нам свои произведения так же, как и армяне. Когда наши войска приходили в их селения, они всегда выносили им чуреки и кувшины кислого молока. Я иногда заезжал к старшинам османам в гости. Все они были убеждены в скорой сдаче Карса, и рассуждали о том с полным равнодушием, как о событии, вероятно, предопределенном Аллахом. У жителей, без сомнения, были в запасе еще ячмень и сено, но они стали продавать их неохотно, приберегая на зиму для проходящих караванов. Нам было полезно приобрести к себе расположение их и оставить хорошее воспоминание о нашей стоянке, и потому мы не употребляли никаких понудительных мер к продаже фуража, тем более что можно было пока обойтись без этого. Мы знали, что нам продали также весь ячмень, заготовленный для Карса; продавали и пшеницу, а в Арзеруме объявляли, что мы взяли их даром. Потеря была для нас небольшая, но жители оставались очень довольны нашей снисходительностью. Чтобы не посылать далеко от отряда колонны для покупки фуража, нам сделалось наконец необходимо или перейти вперед, ближе к Керни-кёю, или отступить к Дали-бабе. Но отряд на основании распоряжений не мог выдвигаться слишком близко к