Не святые небеса: и духом, и телом - Д. Рапира

- Не зря тебя выбрала именно коса, - Лэйфтан широко заулыбался, упиваясь ее близостью.

Он резко, наотмашь оттолкнул ее корпусом.

Уэну отбросило назад.

Божественный сын тут же сделал взмах рукой - удар Дамоклова меча прошел по камню холла, с оглушительным треском рассекая массивную плиту. Глубокая трещина побежала по мрамору в сторону Уэны.

Девушка покачнулась, но удержала равновесие и вновь подняла косу, выставляя лезвие перед собой.

- Я не позволю тебе уничтожить их, - выдохнула она, сквозь зубы справляясь с пульсирующей в бедре болью.

- Их? - Лэйфтан шагнул ближе, легко переступая через расколотый мрамор. - Или иллюзию, в которую ты все еще отчаянно веришь?

Оружие вновь столкнулось. На этот раз первородный металл зазвучал ярче, чище, заполняя звоном весь пустой холл. Лезвия со свистом скользнули друг по другу, и на одно короткое мгновение оба оружия синхронно вспыхнули одинаковым, ослепительным зеркальным светом.

Один металл - две стороны единого целого.

Уэна почувствовала эту связь не магией, которой в ней не осталось, а самой кожей. Как вибрацию в собственных костях. Оружие в ее руках словно пело, узнавая своего близнеца.

Лэйфтан сделал резкий выпад, целясь в грудь.

Девушка инстинктивно ушла в сторону. Развернулась всем телом и сделала ответный мах.

Острое лезвие косы прошло в опасной близости от его шеи и груди, разрезав ткань его одежды и оставив на коже тонкую алую линию. По ней тут же побежала капля крови.

Он остановился на секунду, коснулся пальцами пореза и снова улыбнулся - безумно, азартно.

- Вот теперь ты дерешься.

Пламя, бушующее за разбитыми окнами Академии, резко усилилось, взметнувшись до самого неба, словно чутко реагируя на каждое их движение.

Уэна прерывисто дышала, воздух обжигал легкие, но коса в ее руках становилась все легче, будто сама вела ее в бой.

- Я не твое отражение, - выдохнула она, вновь занимая боевую позицию. - Я - не дверь!

- Нет, ты - мой выбор, - почти шепотом, но отчетливо проговорил он и сделал шаг вперед.

Снова столкновение.

Теперь это была уже не проверка сил, не издевательское подначивание - в ход пошла чистая, первобытная ярость.

Они двигались быстрее человеческих возможностей, почти сливаясь в один размытый силуэт. Удар - блок, поворот - срез, искры - шаг, разворот.

Их оружие сцепилось - слишком близко, у самого основания клинков.

Коса мертвой хваткой поймала меч у самой гарды, металл заскрежетал, сопротивляясь давлению и высекая снопы искр.

Лэйфтан шагнул вперед, резко и безжалостно ломая дистанцию.

Уэна, скованная хромотой, просто не успела отступить.

Одним мощным движением он перехватил ее разбитое запястье, лишая возможности ударить. Второй рукой Лэйфтан обхватил ее за талию и притянул к себе - жестко, почти грубо, вжимая в свое тело. Коса Жнеца оказалась намертво зажата между их грудными клетками.

Пламя вокруг Академии с ревом рвануло выше, закручиваясь в огненные вихри, будто мир сделал один глубокий, судорожный вдох.

Уэна оказалась заперта в его руках. Она чувствовала его дыхание - теплое, неровное. Сердце сына Всевышнего бешено стучало под ее ладонью.

- Благодарю тебя, - прошептал он ей почти в самое ухо, обжигая кожу.

Она замерла на долю секунды, дезориентированная этой внезапной, пугающей близостью посреди смертельного боя.

- За что? - хрипло спросила она, пытаясь вырвать руку.

Его ладонь лишь сильнее сжала ее запястье, удерживая древко косы и направляя его.

- За то, что ты все еще веришь, будто действительно можешь меня остановить.

Он говорил удивительно мягко, почти нежно.

- Ты пришла сюда сама, - продолжил он, не отпуская ее из тисков. - Без магии. Без королевской защиты. Ради них.

Лэйфтан слегка склонил голову, его губы почти коснулись ее испачканного сажей виска.

- Ты именно такая, какой я тебя помнил, Уэна.

Ее дыхание окончательно сбилось.

Что-то в его словах, в его изменившемся голосе было в корне неправильным, слишком теплым и глубоко личным для монстра, уничтожающего ее мир.

Прошлое, которое она так яростно пыталась выжечь внутри себя, снова рвалось наружу.

- Ты хочешь, чтобы я ударила, - прошептала она, вглядываясь в его резкие черты.

Он улыбнулся. В его глазах мелькнуло отражение - не ее лицо, испачканное сажей, а ее несгибаемая решимость.

Зеркальная магия уже пульсировала под его кожей. Лэйфтан слегка разжал хват, освобождая ее запястье и откровенно провоцируя на действие.

- Ну же, - тихо подтолкнул он.

Она не думала. Ею двигала лишь ярость за Каэля, за Офру, за все пережитое безумие. Но руки словно налились свинцом. Уэна замерла, так и не сумев вскинуть оружие - внутри все сковал глухой, непреодолимый барьер. Она просто не могла этого сделать.

Лэйфтан едва заметно вздохнул. Его ладонь резко скользнула вверх, накрывая ее пальцы на древке, и одним мощным, точным движением он сам вогнал косу жнеца себе под ребра.

Звук был почти неслышным, но под куполом холла словно со стоном прогнулось само пространство.

Металл небес встретил божественную плоть, наполненную зеркальной магией.

На один кошмарный миг все вокруг исказилось, пошло уродливыми волнами, казалось, сама реальность пыталась вывернуться наизнанку и отразить смертельный удар обратно в Уэну.

Лэйфтан тихо, тяжело выдохнул.

Он не упал и не оттолкнул ее - лишь сделал медленный шаг назад, разрывая дистанцию.

Острое лезвие косы вышло из его тела. Кровь, хлынувшая из раны, была неестественно темной, почти черной в багровых отблесках бушующего снаружи огня. Она пятнала мраморные плиты холла у подножия умирающего священного дерева.

Лэйфтан замер, прижав ладонь к ране, и посмотрел на нее. Его взгляд был чистым, лишенным прежнего безумия.

- Видишь? - его голос стал значительно тише, - Ты всегда могла это сделать.

Уэна стояла неподвижно, продолжая судорожно сжимать древко оружия. Ее всю крупно трясло, а разум отчаянно отказывался принимать случившееся.

- Зачем... - ее губы задрожали, а из глаз вопреки воле брызнули слезы. - Зачем ты... Зачем ты это сделал?!

Он улыбнулся - спокойно, мягко, без тени прежней издевки или азарта.

- Потому зеркало нужно разбить, чтобы увидеть, кто в нем стоит.

Его глубокая рана не затягивалась. Зеркальная магия лихорадочно вспыхивала и гасла внутри пореза, будто колеблясь между привычным отражением удара и смиренным принятием гибели.

Превозмогая слабость, Лэйфтан сделал один короткий шаг к ней.

Он медленно поднял руку и коснулся ее щеки пальцами, запачканными собственной кровью.

- Не ненавидь себя, Уэна, - прошептал он, и в его глазах отразилась бесконечная, болезненная нежность. - Ты