Ильязд в портретах и зарисовках - Режис Гейро

– дата «1924», что заставляет предполагать, что в тот год Минчин уже был в Париже. В конце 1920-х годов, после перехода от кубизма к драматическому экспрессионизму, похожему на стиль Сутина, а также благодаря дружбе с Отоном Фриезом, Минчину удалось заручиться поддержкой торговцев искусством Л. Зборовского и Р. Гимпеля, а также найти место для мастерской в Провансе, где он пытался вылечить туберкулёз – болезнь, унёсшую его жизнь как раз тогда, когда перед ним забрезжила слава.

Минчин запечатлел Ильязда сидящим. В руке поэт держит одну из тех бессменных тетрадок в чёрных обложках, в которых он набрасывал стихи, делал пометки для романов и записывал доклады. Даже журналист из парижской русскоязычной газеты «Дни», сообщая о докладе Зданевича «Соль Есенина», прозвучавшем 14 января 1926 года, не пренебрёг этой деталью в описании оратора: «За столом бритый, прилично одетый человек, уверенным жестом разворачивает тетрадку – это докладчик, Зданевич»[32]. Но на картине Минчин передал скорее камерную атмосферу поэтических встреч: нет ни трибуны, ни костюма. Здесь Ильязд не оратор, наоборот, кажется, будто он слушает выступающего или собеседника, стоящего напротив картины. Поза слушателя, одежда, тетрадь, сдержанный фон – всё это придаёт полотну особенную живость, создавая ощущение той близости к Ильязду, какой нет, пожалуй, больше ни в одном портрете поэта.

[Приписывается А. Минчину]

Портрет Ильязда, поднимающегося по лестнице

[1925], холст, масло, 61,5 X 38

На обороте (рукой Э. Зданевич?): Mintchine 1925

Частное собрание, Франция

Выставки: Тб [произведение не указано в каталоге]

Как и в случае с предыдущим портретом Ильязда, на этой картине дата проставлена с обратной стороны холста. Сама картина не подписана, но там же, на обороте, указано авторство Минчина. Я не знаю, из каких критериев исходил добавивший эту надпись человек, коим, по-видимому, была Элен Зданевич, но не исключено, что она основывалась на свидетельствах самого Ильязда. Тот факт – нетипичный для Минчина, – что картина не подписана, не является достаточным поводом для опровержения его авторства. Несмотря на то что портрет кажется завершённым, художник, быть может, считал его всего лишь пробной заготовкой, не заслуживающей подписи. В любом другом случае небольшие размеры полотна были бы действительно аргументом в пользу предположения о простом наброске, но картины Минчина никогда не впечатляли размерами. Например, описанный выше портрет Ильязда по формату не больше, чем любая из трёх его картин, показанных на выставке художников Парижской школы, проходившей в пригороде Парижа Булонь-Бийанкур в 1988–1989 годах[33]. Тем не менее в результате анализа художественного стиля этого полотна и после его сравнения с произведениями Минчина – портретом Ильязда и тремя полотнами, показанными на этой выставке («Автопортрет», портрет художника-пейзажиста Жозе Манжа, «Уснувший Арлекин») – были выявлены значительные отличия. Стиль Минчина часто намного более графичен, художник обычно прорисовывает контур (здесь едва заметный), и контур этот в основном чёрный, особенно чёткий в области лица (хотя в «Арлекине» лицо и руки очерчены не сильно), палитра у него, как правило, более тёплая, слой краски тоньше, и образуемые им плоскости не такие широкие. На основании этого можно сделать следующий вывод: авторство Минчина не исключено, однако в полной мере подтвердить его пока не удаётся.

Как бы то ни было, данный портрет явственно отличается от других картин русских художников Парижской школы, воспроизведённых на этих страницах. Здесь Ильязд изображён в полный рост в необычном ракурсе: он будто перешагивает последнюю ступень лестницы или восходит на трибуну, и зритель видит его немного снизу. Поэтому создаётся впечатление, будто фигура возникает на картине откуда-то снизу или вот-вот оттуда поднимется. Палитра портрета, состоящая из тусклых земляных оттенков, охватывает одновременно и фон, и горизонтальную поверхность, и пальто, и руки, и узнаваемое, но очень упрощённо нарисованное лицо. Из цветовой гаммы выделяются лишь более тёмные пятна шляпы и ботинок, образующие вертикальную линию. Всё это усиливает своеобразную театральность безукоризненно симметричной композиции, в то же время исключающей какое бы то ни было сюжетное прочтение. Кажется, что в этом странном округлом лице, в полузакрытых глазах скрыта некая тайна, которая как нельзя лучше согласуется – неужели это просто совпадение? – с загадкой авторства самой картины.

Фера Серж (Ястребцов Сергей Николаевич)

(Москва, 1881 – Париж, 1958)

Ильязд в виде певчей птицы

1925, бумага, тушь, перо, 8,5 X 14

Внизу справа: S. J.

Ниже (рукой Ильязда): 27 11925

Частное собрание, Франция

Вскоре после приезда в Париж Ильязд благодаря посредничеству критика Сергея Ромова приобщился к маленькому мирку русских эмигрантов-авангардистов. Эти люди прибыли во Францию ещё до революции, в 1914 году к ним примкнули оказавшиеся в Париже Ларионов и Гончарова, и очень долго центральной личностью в этих кругах был Гийом Аполлинер, крупнейшая, не имевшая себе равных фигура, человек, проявлявший к деятельности русских гораздо больший интерес, чем кто бы то ни было. В этой группе, объединившейся сначала вокруг журнала “Soirées de Paris”, а затем издания “Nord-Sud”, ключевую роль играла Элен д'Эттинген (Елена фон Эттинген, урождённая Менчинская, 1885–1950), которая публиковала прозу и стихи под псевдонимом Рок Грей (стихи также под псевдонимом Леонар Пьё), критические заметки – под именем Жан Серюс, а на картинах ставила подпись: Франсуа Анжибу. Кроме того, она приходилась двоюродной сестрой Сергею Ястребцову – художнику-кубисту, работавшему под псевдонимом Серж Фера и известному, в первую очередь, своими декорациями к «Грудям Тиресия», «сюрреалистической драме» Аполлинера, издание которой он же изначально и проиллюстрировал. И с Элен, и с Сержем Ильязд до последних лет поддерживал дружеские отношения. Об этом свидетельствует переписка, которая продолжалась вплоть до их смерти, а также тот факт, что в 1949 году Ильязд опубликовал иллютрацию Сержа Фера в антологии «Поэзия неведомых слов» (“Poésie de mots inconnus”), а в 1956 году издал сборник Элен д'Эттинген «Полуночные лошади» (“Chevaux de minuit”). Книга вышла под псевдонимом Рок Грей и была проиллюстрирована офортами Пикассо.

На карикатуре с инициалами S. J. (Серж Ястребцов) Ильязд предстаёт в виде получеловека-полуптицы: на голове у него красуется неизменный цилиндр, а фалды фрака буквально перерастают в сорочий хвост. Этот рисунок, может быть, намекает на статью «Поэт щебечет…», опубликованную в “l'Humanité” 9 марта 1924 года с одной единственной буквой П. в качестве подписи (возможно, автором её был переводчик Парижанин, он же Морис Донзель) и представляющую собой хвалебный отзыв на публичное чтение Зданевичем фрагментов из «лидантЮ фАрам»[34].