Мифы Древнего Китая. Боги, герои и их отражение в искусстве - Сян Цзин

изучил устройство гнезд птиц и внимательно рассмотрел рельеф земли, надеясь создать место, где люди смогли бы жить. Однако ему не удалось найти ничего, что можно было бы взять за пример, и, хотя тот человек был умен, он провел три года в мучительных размышлениях, но так ничего и не придумал. Однажды разразилась гроза невиданной силы, и свирепый ветер повалил множество огромных деревьев. Некоторые из них упали на верхушки других, уже поваленных бурей, образовав под собой небольшое пространство. Люди, вымокшие под дождем и доведенные до отчаяния, забились, дрожа от страха, в тесное укрытие и прижимались друг к другу, чтобы согреться. Так случилось, что, когда умный человек сидел в глубокой задумчивости, наблюдая за происходящим, в его голове что-то шевельнулось, будто там засела мысль. Он понял тогда, что придумал, как сделать отличное жилище.

Ненастье закончилось, и люди вышли из своих убежищ, чтобы погреться на солнце. Умный человек собрал их на одном из склонов, велел разрыть ветками землю и выкопать большую яму — достаточно глубокую, чтобы там можно было стоять, и достаточно широкую, чтобы там можно было лежать. Когда яма была готова, он приказал сплести мелкие ветки упавших деревьев так, чтобы они подходили к ней по размеру. Затем он разрубил дерево на четыре части, установил по четырем углам переплетенные ветви, сделав из них крышу, и прикрыл вход камышом. Так у человека появилось место, где он мог укрыться от ветра и дождя. Люди, уставшие жить под открытым небом, пришли в полный восторг и стояли в растерянности, глядя на хижину. Они не знали, как ее назвать, им казалось, будто она похожа на птичье гнездо, и поэтому так ее и прозвали — гнездо (чао). Умный человек, научивший людей строить гнездовую хижину, стал именоваться мудрецом и носить почетное имя Ючаоши — Гнездящийся.

Благодаря жилищам в форме птичьих гнезд люди затем начали делать дома с коньками и комнатами. Благодаря огню они позже научились создавать утварь и сосуды, обжигая керамику и отливая бронзу. Знания человечества росли, и цивилизация сделала большой шаг вперед. Впрочем, об этом позже, пока оставим тему. Есть еще много важных дел, которые ждут решения.

Жилища типа ганьлань

Нынешние дома на сваях у народности туцзя в провинции Хунань представляют собой усовершенствованную форму строения типа ганьлань (столб и перекладина), их происхождение можно проследить до гнездовых хижин первобытных людей в ямах в земле. Гнездовая хижина — это дом, построенный на ветвях дерева. Он получил свое название из-за сходства с птичьим гнездом. Гнездовые хижины довольно часто упоминаются в древних текстах в качестве типа жилья, который предшествовал ганьлань. Например, в главе «Разбойник Чжи» философ Чжуан-цзы (369–286 гг. до н. э.) говорит: «В древние времена зверей и птиц было много, а людей мало. В ту пору люди, чтобы уберечься, жили в гнездах» (перевод В. В. Малявина. — Прим. ред.). Самые ранние гнездовые жилища находились в лесах и были приспособлены для жизни охотника-собирателя и занятий примитивным сельским хозяйством. К середине неолита, по мере развития земледелия (пахоты), человек вышел из лесов, начал строить дома на склонах или ровной местности, и гнездовые хижины позже превратились в жилища типа ганьлань.

Создание восьми триграмм

Когда человечество научилось пользоваться огнем и возделывать поля, всем стало хватать места на земле, еды и одежды было в избытке. Не приходилось ничего изобретать, человек мог спокойно жить в сказочных селениях древних племен. Одно из них называлось Хуасюйчжоу и находилось на западе от Яньчжоу и к северу от Тайчжоу. Никто не знает, как много ли оно занимало. В преданиях говорится, что жители деревни были просты и легки нравом, открыты в общении. Им была неведома радость жизни и страх смерти, незнакомо было себялюбие, они не отдалялись от других, и потому их годы проходили безмятежно вдали от любви и ненависти. Люди смотрели на то селение с завистью, но добраться до него было невозможно ни на лодке, ни на повозке, ни пешком. Оставалось только представлять себе в мечтах, как выглядела там жизнь.

Рассказывают, что в Хуасюйчжоу находилось огромное озеро под названием Громовое. Его окружала стена из деревьев, подлесок там был густой, по округе летали и бродили диковинные птицы и животные. Однажды целомудренная девушка пошла к озеру играть, увидела огромный след и, не удержавшись, наступила на него. И когда она так сделала, сердце у нее заколотилось, а по телу вдруг пробежала дрожь. Девушка вернулась домой и обнаружила, что носит ребенка. Ровно через тринадцать лет она наконец родила дитя по имени Фуси. У него была крупная деформированная голова и пристальный взгляд, черепашьи зубы и драконьи губы, белые брови и борода до пола. Рожденный в простоте и чистый сердцем, он возмужал в том волшебном краю.

Фуси рос во времена, когда жизнь человека становилась более комфортной. Люди искали в глубине своего сердца нечто, стремились к чему-то, но в ту пору в мире не было ничего, что могло бы принести им утешение. Однако Фуси внимал этому зову, всматривался в небеса в поисках знака и глядел на землю, ища указания. Он наблюдал за очертаниями птиц и зверей, слушал биение земли. Изучал свое тело и следил издали за живыми существами, ощущая, как по его телу течет молчаливая сила и нечто внутри отчаянно рвется на свободу. Фуси смутно осознавал, будто в процессе творения сокрыто то, что ему не под силу осмыслить. Он каждый день наблюдал за стремительным течением вод, чувствовал во вселенной непрерывное изменение, ему казалось, будто есть в ней нечто незыблемое и он скоро достигнет ее сути.

Альбом «Десять тысяч лет императорской власти: Фуси»

Династия Мин

Цю Ин (ок. 1501–1551)

Рисунок тушью и красками на шелке

Высота — 32,5 см, ширина — 32,6 см

Музей императорского дворца, Тайбэй

Альбом состоит из двадцати листов, на них изображены образы и деяния самых известных фигур в истории Китая, включая Фуси, Шэнь-нуна, Желтого императора, Шуня, Великого Юя. Каждое изображение сопровождается надписью, выполненной уставным письмом. Альбом оформлен просто, преобладают зеленые и зелено-голубые оттенки, а также позолота. Сцены выглядят свежо и изящно. На листе выше изображен сидящий Фуси, справа от него находятся восемь триграмм.

Однажды Фуси сидел в задумчивости у реки. Его мысли блуждали далеко-далеко, как самая бледная звезда на краю неба и самый тусклый свет