Книга Уткина: Мы тут жизнь живём - Станислав Владимирович Гридасов

– Угроза вашей физической свободе – это угроза жизни?

– Да. Но я с трудом представляю себе подобную ситуацию. Чтобы представить себе такую ситуацию, мне нужно вспомнить какой-нибудь страшный фильм и постараться поставить себя на место несчастного персонажа. Но жизнь с фильмами я стараюсь не путать.

Кстати, если говорить об отъезде коллег: многие из тех, кто собирается уезжать, обдумывают вариант с работой на «Сетанте», которая базируется в Тбилиси. В начале проекта основатели предлагали мне его возглавить – это было примерно за год до того, как пригласили Кирилла Дементьева. Я ответил, что очень тронут, но меня это совершенно не интересует. Потому что я не знаю, зачем мне уезжать из России. У меня здесь семья, друзья, бизнес, футбольная команда. Я правда не понимаю, куда мне ехать.

После моего изгнания с «Матч ТВ» мне много чего предлагали. Поработать в Казахстане, поработать на Украине. Но я всегда отказывался по одной и той же причине. Я работаю на российскую аудиторию, я носитель русского языка. Какие деньги мне это компенсируют?

Я намерен здесь жить, развиваться и заниматься своим делом. Я уже привык, что государство нам не помогает. У нас, собственно, заруба с Соловьевым началась из-за того, что я в эфире «Паноптикума» (были времена, когда мы с Невзоровым[151] выходили в одной программе) сказал, что столько лет плачу налоги, а сейчас выясняется, что государство ничего мне не должно. Оно только обязало платить зарплату сотрудникам. И никак не помогло частному предпринимательству.

Проблемы периодически возникают. Но надо выживать.

– Вы привыкли свободно и изящно высказываться. Останется ли в России место для людей, которые делают это на большую аудиторию?

– Вадим, ты задаешь пафосный вопрос, а я уже объяснил на бытовом уровне. Я не могу сказать, есть ли место.

У меня нет никакого отношения к тем, кто не считает возможным здесь оставаться по каким угодно причинам – некомфортно, опасно. К тем, кто считает, что есть угроза физической свободе – а она есть, и очень серьезная. Люди уехали, я их совершенно не осуждаю, они сами выбирают условия работы. Я никуда уезжать не собираюсь.

Уткин бросил алкоголь, занимается с гантелями и ностальгирует по попсе 90-х. Мама Василия беспокоится, что его больше нет на ТВ

– Вы отмечали 50-летие?

– Нет. Не было никакого настроения отмечать.

– Что-то особенное чувствуете? Кто-то говорит, что это ощутимый рубеж.

– Я убедился, что ты чувствуешь этот рубеж, только когда о нем тебе говорят. А если этого не делать, то и нет никакого рубежа. День и день, господи.

И потом то несчастье, о котором я рассказывал, случилось буквально утром 7 марта. У меня и не было особо времени на осмысление 50-летия.

– Я знаю, что многие хотели сделать про вас фильм или большой сюжет, но вы доверили его Вите Кравченко. Почему ему?

– Мне так или иначе нужно было выбрать кого-то одного, потому что дать по этому поводу пять интервью – как-то некрасиво, правда? У меня с Витей очень своеобразные отношения. Наверное, я имею право считать его своим воспитанником в каком-то смысле. Когда мы с ним познакомились на футбольном поле под моим окном, где проходил первый отбор «Эгриси», он работал в Газпроме менеджером среднего звена, недавно переехал в Москву. Ему надо было где-то играть в футбол.

Сейчас он делает блог. У него был к этому интерес, он поступал к нам на второй созыв школы журналистики.

– И как вам?

– Мне показалось, что вышло довольно душевно. По крайней мере, я был откровенен. Витя, по-моему, тоже доволен. С просмотрами нормально (видео набрало 230 тысяч просмотров. – Sports.ru).

Понимаешь, Витя ведь очень хорошо знает мою жизнь, он в ней хорошо ориентируется. Ему не нужно объяснять, что такое «Эгриси» для меня. Он не будет задавать по этому поводу дурацких вопросов.

Если бы захотел снять Тимур Журавель, то я бы с удовольствием согласился. Но у него были другие дела в это время.

– То есть вы выбирали из тех, с кем вам комфортно?

– Мне показалось, что наилучший способ – отдать это тем, кто меня хорошо знает, вот и все. Потому что я собирался быть откровенным, а об откровенности, если ты ей разбрасываешься, потом часто жалеешь. Вот о том, что ты кого-то обосрал, на кого-то наехал, наорал, – никогда не жалеешь. В крайнем случае можно извиниться. А если что-то откровенное про себя рассказал… Все потом туда полезут, по-своему поняв и подумав, что все-то теперь обо мне знают. Но это очень маленький фрагмент картины.

Знаешь, в доютьюбовскую эпоху был популярен вопрос: «За что вам стыдно?» Да, у меня есть вещи, за которые мне стыдно, но это мое. Я могу с этим как-то жить, с друзьями обсужу. Но не с людьми, которые начнут мурыжить это в комментариях.

И потом, внешнее представление о моей жизни чаще всего забавляет. Два раза в год – весной и осенью – мне звонят федеральные каналы и говорят: «Василий, мы делаем программу о домашних любимцах, хотим снять вашего енота». Сезонный интерес к енотам. Мой енот живет на даче в вольере. Еноты – не домашние животные. Если держать его дома постоянно, нужен дрессировщик. Енот настолько шальной, что ведет себя как подвыпивший 4-летний ребенок.

– Вы говорите, что у многих людей неправильное представление о вашей жизни, а я как раз хотел лучше узнать ваш быт, самые элементарные вещи. Чем вы занимаетесь дома в свободное время?

– Мало времени провожу в квартире, она у меня – чтобы переночевать в основном. Утром я могу что-нибудь написать, кино смотрю, делаю зарядку. Вы, наверное, удивитесь, но у меня дома есть гантели. И я ими пользуюсь по назначению.

– Сколько раз в неделю?

– По настроению. Но сейчас почти каждый день. Не то чтобы это было для меня большой проблемой, но я после тяжелого отрезка в жизни принял решение на длительное время отказаться от алкоголя. Вообще. Так просто нельзя. Сейчас должны волновать другие вещи. Алкоголь – деструктивное переживание.

– Это отличное решение.

– Я тоже так думаю.

Еще чем занимаюсь… У меня есть несколько недосмотренных фильмов. По вечерам смотрю на ютьюбе то, что накопилось за день. И потом у меня проблема: обе мои команды сейчас играют в высшем дивизионе, поэтому, как правило, один из двух выходных я провожу в таком прекрасном месте, как Медведково (район на северо-востоке Москвы. – Sports.ru). Дорога в один конец у меня занимает в лучшем случае час. В итоге целый день я не смотрю футбол и потом, в понедельник-вторник, стараюсь нагонять.

В остальном у меня бывают встречи, разные другие дела в городе.

– Вам что-то еще доставляет такое же удовольствие, как спорт?

– Да много чего. Общение с друзьями, хорошая книга. Читаю, правда, сейчас достаточно мало, но тем не менее.

Сейчас вот слежу за