История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди

папа-мобилей), Иоанн Павел II, как надлежит любому папе, призывал к миру, благотворительности и духовному перерождению, но также выражал мнение, что полякам необходимо строить свое собственное альтернативное общество. Таким образом, Иоанн Павел II сознательно отсылал к прежним политическим репрессиям, когда поляки брались за «органическую работу», создавая собственные образовательные, культурные и политические институты, не зависимые от государства. Это стало очередным вызовом, брошенным коммунистической власти.

На самом деле в 1979 году многие поляки и так уже делали то, к чему призывал Иоанн Павел II. Тремя годами ранее забастовки и демонстрации по всей Польше привели к множеству арестов и сотням увольнений. Поскольку официально безработицы в Польше не существовало, уволенные сотрудники и рабочие никак не могли полагаться на государственные средства поддержки. Теперь активисты стали создавать комитеты действий, оказывающие материальную и юридическую помощь. Но они пошли дальше – стали публиковать отчеты о своей работе и новую информацию по активным делам. В публикациях (очень смело) обозначались имена и адреса авторов, что удивляло тайную полицию – они думали, что их пытаются заманить в ловушку. Один оскорбленный чиновник подал в суд на самую видную из этих организаций, КОР, то есть Комитет защиты рабочих (пол. Komitet Obrony Robotników), за клевету. Судьи вынесли решение в пользу чиновника и приказали КОР опубликовать свои извинения в следующем издании, неожиданным образом как бы ставя печать юридического одобрения подобных публикаций.

Предводитель КОР, Яцек Куронь, прямолинейно объяснял свою стратегию: «Не поджигайте офисы партийных комитетов, создавайте свои комитеты». Многие так и делали, возможно, около 2 миллионов поляков в той или иной форме взаимодействовали с КОР и его сестринскими организациями – распространяли листовки, собирали деньги, ходили на собрания и делились жалобами о работе. Но главное, они читали литературу КОР и стремительно развивающегося польского андеграунда, и эти цифры поражают. Между 1977 и 1980 годами около 30 подпольных издательств в Польше напечатали около 160 книг и 80 журналов, а также учебники для «летающего университета», который втайне проводил лекции на университетском уровне в Варшаве, Кракове, Гданьске и Вроцлаве. Подпольное печатное дело также было нацелено на рабочий класс – выпускало газету «Работник» (Robotnik) каждые две недели, где приводило перечень прав, сводку новостей и руководства, как самостоятельно учредить профсоюз. «Работник» выходил тиражом в 20 тысяч, а читателей у него было примерно в 5 раз больше [11].

Печать в основном проходила в частных квартирах на ротаторах, с помощью трафаретов. Однако хранение бумаги и распространение копий требовало более заметной деятельности. Между 1976 и 1979 годами полиция конфисковала 440 000 материалов, и тут ни при чем усидчивость полиции, все дело в самом количестве печатной подпольной литературы. Но независимые газеты им отомстили. В феврале 1977 года цензор C-36 из Кракова контрабандой провез в Швецию несколько сотен страниц секретных директив, которые разоблачали работу польской цензуры: например, что никогда нельзя упоминать экспорт мяса в Советский Союз, что Советский Союз нельзя обвинять в убийстве поляков во время Второй мировой войны, что в Польше нет никакого алкоголизма и никакой цензуры и так далее, включая список авторов и книг, о существовании которых ни в коем случае нельзя упоминать. Тайно опубликованная и в полной, и в сокращенной версии тысячами экземпляров, «Черная книга польской цензуры» только подтвердила то, что многие поляки и так подозревали: что вся доктрина коммунистической власти была построена на обмане, уклонениях и тупости [12].

Польский коммунистический лидер Эдвард Герек пришел к власти в 1970 году с целью оживить экономику через вложения в новые технологии и индустрию, а финансы одолжить у Запада. Герек считал, что кредиты покроют себя сами через повышение продуктивности и экспорта. Так менее чем за 10 лет польский внешний долг возрос от миллиарда долларов США в 1971 году до более 25 миллиардов в 1979 году, но после первоначального бума индустриальный рост замедлился. К концу 1970-х весь экспорт Польши шел на покрытие ее долга, и для инвестирования или покупок подсластителей, чтобы радовать рабочих, совершенно ничего не оставалось. Польские экономисты сухо сообщали, что приток западного капитала превышает способность экономики его вобрать. У государственной аудиторской службы было свое объяснение. По их словам, менеджеры попросту крали деньги, используя то, что должно было пойти во вложения, на покупки заграничных путевок, золотых часов, машин и произведений искусства [13].

Правление Герека шло по уже известному шаблону. Чтобы свести баланс, Герек повышал цены, что спровоцировало множество забастовок летом 1980 года. На этот раз забастовщики не устраивали беспорядки и не нападали на партийные офисы. Вдохновляемые лидерами КОР, они оккупировали фабрики и учредили комитеты забастовки, которые должны были доносить их требования. Новая профсоюзная организация «Солидарность» (пол. Solidarność) была на передовой. Основанная на верфях Гданьска электриком Лехом Валенсой, «Солидарность» вынудила Герека пойти на уступки в ценах, признать право основывать и вступать в профсоюзы, сделать субботу выходным днем и по воскресеньям пускать в радиоэфир католическую мессу. И связь с католической церковью играла ключевую роль. Выставляя портреты Иоанна Павла II на собраниях профсоюза, «Солидарность» заявляла, что имеет право лидерства не только в рабочей сфере, но и моральной жизни нации. К концу 1980 года «Солидарность» насчитывала более 8 миллионов членов.

За кулисами консерваторы коммунистической партии готовили переворот. Они заменили Герека какой-то пустышкой, а затем, в начале 1981 года, сделали министра обороны, генерала Войцеха Ярузельского, премьер-министром. Ярузельский был жестким: 10 годами ранее он приказывал армии стрелять по забастовщикам. Пока армии СССР и Варшавского пакта собирались на польской границе, Ярузельский начал милитаризацию местного и центрального управления, назначая генералов как чиновников во многие центральные министерства и как мэров различных городов. В октябре 1981 года Ярузельский возглавил коммунистическую партию, все еще занимая пост министра обороны и премьер-министра. Через два месяца консерваторы нанесли удар. Армия захватила власть, было объявлено военное положение, и Военный совет национального спасения под предводительством Ярузельского завладел польским правительством. В ранние часы 13 декабря поляки проснулись и увидели на улицах танки, военные посты, обрезанные телефонные линии и (что, вероятно, шокировало их больше всего) волнующегося капитана армии в военной форме, читающего новости на государственном канале.

Неповиновение поляков в 1970-х годах во многом было вдохновлено происходящим в ФРГ. Коммунистическая партия Польши была неразрывно связана с Советским Союзом, а Советский Союз гарантировал территориальную целостность Польши. В этом вопросе коммунизм и национальные интересы совпадали. До 1970-х годов ФРГ демонстрировала агрессию по отношению и к СССР, и к новой Польше. Правительство ФРГ в столице, Бонне отказалось признавать новые границы на востоке, объявив, что части довоенной