Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

Мы полагаем, что в той ситуации, когда Малая Армения представляла собой уже отдельную провинцию, не было никакого смысла привлекать к судебному процессу наместника другой провинции, теперь этот вопрос мог решить и сам Лисий, полноценно управлявший Малой Арменией. Тем не менее, сведения жития содержат важную достоверную часть — они еще раз подтверждают наш тезис, что именно Лисий был первым дуксом Малой Армении, именно он первым возглавил новую провинцию, житие четко демонстрирует, что Лисий продолжал занимать свой пост и в эпоху Лициния, когда была создана провинция Малая Армения, следовательно, он возглавил именно Малую Армению.

Но позволим себе отметить еще один важный аспект проблемы — судя по всему, Малая Армения изначально находилась под управлением только военного чиновника. Не так давно, в 2012 г., на основе многочисленного эпиграфического материала, И. Тантилло показал, что вплоть до 360-х гг. четкое разделение властей на гражданскую и военную не было жестким и неизменным принципом позднеримского государственного управления. Как раз наоборот, во многих провинциях гражданские наместники (президы) часто совмещали обе функции, руководили строительством военных крепостей, командовали войсковыми подразделениями, и совмещение полномочий диктовалось в первую очередь соображениями тактики и стратегии в каждом отдельном регионе[947].

В этом смысле материал по Малой Армении демонстрирует нам совершенно особый пример — данная провинция изначально, с самого момента своего создания находилась под управлением военного офицера в звании дукса, у нее не было собственной гражданской администрации, обособленной от власти дукса. Подобная особенность внутренней организации Малой Армении отражена и в Notitia Dignitatum, pars Orientis, где в качестве наместника этой провинции указан только дукс (Sub dispositione viri spectabilis ducis Armeniae — ND.Or. 38. 10).

Следовательно, в армянской кампании Максимина II Дазы (и впоследствии Лициния) принимали участие пограничные легионы, а значит, мы должны ответить на вопрос, повлияла ли эта кампания на организационную структуру римской армии в ближневосточных провинциях, изменила ли она состав региональных армий и сам механизм защиты ближневосточных регионов империи?

Как мы полагаем, ключевой документ в этом вопросе — антихристианские указы самого Максимина II Дазы, которые известны только по пересказу Евсевия Кесарийского. Евсевий же цитирует их в своем трактате «О мучениках Палестины», сам трактат, как предположил Т. Барнс, дошел до нас в версии, которую Евсевий написал в 313/314 гг[948]. В этом смысле антихристианские указы Максимина, предписывавшие сооружать языческие храмы и почитать языческих богов, прямо противоречили эдикту императора Галерия (правил в 305–311 гг.) о веротерпимости, изданному в 311 г. Следовательно, можно предположить, что Максимин, в свою очередь, издал антихристианские указы в период между 311 и 313 гг., т. е. после эдикта Галерия, но до своей смерти.

Для удобства позволим себе процитировать лишь те сведения Евсевия, которые касаются адресатов данных указов — Евсевий подробно перечисляет, кто должен был проводить указы Максимина II в жизнь, и среди этих чиновников упоминаются и представители военной власти:

De Mart. Pal. IX. 2, l. 1–6

ἀθρόως δ' οὖν αὖθις Μαξιμίνου διαφοιτᾷ καθ' ἡμῶν πανταχοῦ γράμματα <οἵ> τε κατ' ἐπαρχίαν ἡγεμόνες καὶ προσέτι ὁ τῶν στρατοπέδων ἄρχειν ἐπιτεταγμένος προγράμμασι καὶ ἐπιστολαῖς καὶ δημοσίοις διατάγμασι τοὺς ἐν ἁπάσαις πόλεσι λογιστὰς ἅμα στρατηγοῖς καὶ ταβουλα-ρίοις ἐπέσπερχον τὸ βασιλικὸν εἰς πέρας ἄγειν πρόσταγμα

«Сразу и тотчас же повсюду расходятся против нас указы Максимина, эти указы (распространяли) наместники каждой провинции и, кроме того, тот, кому было поручено командовать войсками, (и они) с помощью публичных объявлений, писем и государственных указов торопили тех, кто во всех городах заведовал финансами, а также стратигов и хранителей документов дальше рассылать царский приказ»

Как мы полагаем, фраза ὁ τῶν στρατοπέδων ἄρχειν ἐπιτεταγμένος — «тот, кому было поручено командовать войсками» — подразумевала дуксов, т. е. военных офицеров, которые действительно командовали всеми войсковыми гарнизонами в каждой из провинций. В свою очередь, термин στρατηγός в изложении Евсевия, судя по всему, обозначал офицеров, командовавших уже отдельными гарнизонами, т. е. войсковыми подразделениями, которые располагались в отдельных крепостях на различных участках границы.

В целом подобное разделение прослеживается уже в эпоху Диоклетиана — дуксы командовали всеми военными силами провинции, а офицеры в ранге трибуна или препозита командовали отдельными подразделениями в пределах той или иной пограничной провинции. В «Мученичестве св. Андрея стратилата» (BHG3 118), которое повествует о событиях 297–298 гг., когда Цезарь Галерий развернул кампанию против персов[949], мы можем найти сведения о двух уровнях военного командования. Согласно житию, «во времена царствования самого безбожного Максимиана произошло великое гонение на христиан, и особенно — в землях Сирии» (Ἐν τοῖς χρόνοις τῆς τοῦ ἀσεβεστάτου Μαξιμιανοῦ βασιλείας, διωγμὸς κατὰ τῶν Χριστιανῶν ἐγένετο μέγας, καὶ μάλιστα ἐν τοῖς μέρεσι τῆς Συρίας — PG. Vol. 115. Col. 596C)[950].

Автор текста утверждает, что «тогда там (т. е. в Сирии — Е.М.) властью над военным строем обладал некий суеверный Антиох… под властью этого Антиоха находились многие стратилаты, которые разделяли его заблуждение» (Еἶχεν δὲ τότε τῆς ἐκεῖσε στρατηγικῆς τάξεως τὴν ἀρχὴν Ἀντίοχος δεισιδαίμων τις… Ὑπὸ τοῦτον οὖν τὸν Ἀντίοχον πολλοὶ στρατηλάται τῆς αὐτῆς συμμετέχοντες πλάνης ἐτάττοντο — PG. Vol. 115. Col. 596C), и единственным из стратилатов Сирии, кто стойко и непреклонно придерживался христианской веры, был Андрей, герой жития.

Константинопольский синаксарь дополняет наши сведения о жизни и подвиге стратилата Андрея — источник сообщает, что под командованием Андрея находились 2 593 воина, которые приняли мученическую смерть вместе с ним (καὶ τῶν μετ' αὐτοῦ τελειωθέντων δισχιλίων πεντακοσίων ἐνενήκοντα τριῶν). При этом, согласно записи в синаксаре, сначала, по приказу Антиоха, Андрей вместе с другими стратилатами выступил против персов (Ἀποσταλεὶς δὲ παρ' αὐτοῦ μεθ' ἑτέρων συστρατηλατῶν κατὰ τῆς Περσικῆς δυνάμεως — «по его (т. е. Антиоха — Е.М.) приказу вместе с другими стратилатами он (т. е. Андрей — Е.М.) был отправлен против персидского войска»). Во время битвы Андрей призвал на помощь Христа и обратил персов в бегство, чем убедил своих коллег по званию и рядовых воинов принять христианскую веру. Узнав об этом, разгневанный Антиох подверг Андрея и его воинов пыткам, тем не менее, по сообщению синаксаря, «после того, как Антиох издал приказ, и тысяча других пограничных воинов (той) земли насладилась (верой в Христа) — святой мученик увещевал их и направил к вере в Христа» (εἶτα ὑπὸ χιλίων ἑτέρων στρατιωτῶν τοῦ Ἀντιόχου προστάξαντος τῶν ὁρίων τῆς χώρας ἀπελαύνονται, οὓς νουθετήσας ὁ ἅγιος μάρτυς πρὸς τὴν εἰς Χριστὸν μετήγαγε πίστιν)[951].

Следовательно, мы можем предположить, что 2 593 воинов, пострадавших за веру вместе с Андреем — это группа