Монополист. Нулевая Лицензия - Данила Хаустов

ошибка людей, которые за один день узнают больше, чем за всю предыдущую жизнь. Не пытайтесь собрать картину целиком, когда вам показали только несколько фрагментов.

Я поднялся со стула и невольно потер лицо ладонями. За сегодняшний день мне несколько раз объяснили, что никто ничего не понимает, потом показали древнюю пластину, затем Совет Двенадцати, теперь еще и Императорская канцелярия. Если честно, мозг уже давно просил объявить капитуляцию. Судя по улыбке Кассия, он прекрасно догадался, о чем я сейчас думаю.

— По твоему лицу видно, что ты пытаешься вспомнить, когда последний раз жил спокойной жизнью, — усмехнулся он.

— Нет, — честно ответил я. — Я пытаюсь вспомнить, была ли она вообще.

— Это хороший вопрос.

— Правда?

— Нет. Просто философский.

Я только покачал головой. Кажется, Кассий умел превращать даже усталость в повод для шутки, причем делал это настолько естественно, что злиться на него совершенно не получалось.

Виктор уже открыл дверь кабинета, когда с противоположного конца коридора быстрым шагом подошел молодой офицер Императорской гвардии. Он остановился перед нами, коротко отсалютовал и протянул Виктору небольшой запечатанный конверт с личной печатью Императора. Командир стражи вскрыл его прямо на месте, быстро пробежал взглядом по нескольким строкам и впервые за весь день заметно изменился в лице.

— Что случилось? — спросил Кассий, сразу перестав улыбаться.

Виктор молча передал ему письмо. Пока тот читал, в коридоре повисла такая тишина, что я отчетливо слышал тиканье старинных часов где-то за стеной. Через несколько секунд Кассий медленно поднял глаза. Легкость исчезла с его лица так быстро, будто ее никогда и не было.

— Не думал, что Император решится на это уже сегодня, — тихо произнес он.

Я перевел взгляд с одного на другого.

— Может, кто-нибудь все-таки поделится новостями? Мне начинает казаться, что у вас существует отдельный язык, на котором запрещено разговаривать в моем присутствии.

Виктор сложил письмо и убрал его во внутренний карман мундира.

— Наоборот. Новость касается прежде всего тебя.

— Даже не знаю, радоваться мне или начинать переживать заранее.

— Пока выбирай второе.

Он развернулся и направился по коридору.

Мы с Кассием молча последовали за ним.

Только когда мы спустились на первый этаж дворца, Виктор наконец остановился.

Он посмотрел мне прямо в глаза и абсолютно спокойно сказал:

— Завтра утром Император официально представит тебя всем Двенадцати Великим Домам.

Я нахмурился.

— Разве они не видели меня сегодня?

— Видели.

Виктор выдержал короткую паузу.

— Завтра они начнут за тебя бороться.

Глава 8. Неизвестный Воронцов

Тяжелые двери Императорской канцелярии закрылись за нашими спинами, и напряжение последних часов наконец начало понемногу отпускать. Мы шли по широкому коридору почти молча. За высокими окнами медленно опускался вечер, солнечный свет ложился на белый мрамор длинными полосами, а дворец продолжал жить своей размеренной жизнью. Чиновники торопились с документами, офицеры обсуждали приказы прямо на ходу, слуги меняли знамена у колонн, и никто даже не обращал внимания на то, что всего несколькими этажами выше Совет Двенадцати решал вопросы, способные изменить всю Империю. В такие моменты особенно остро понимаешь, что государство существует не благодаря громким заседаниям, а благодаря тысячам людей, которые просто делают свою работу.

Тишину нарушил быстрый звук шагов. Из бокового прохода появился молодой офицер Императорской гвардии и, заметив Виктора, сразу направился к нам. Он выглядел так, словно бежал через половину дворца и теперь всеми силами пытался не показать этого. Остановившись, офицер коротко отсалютовал и протянул запечатанный конверт с императорской печатью.

— Командир, распоряжение Его Величества. Просили передать лично в руки и сообщить, что вопрос не терпит отлагательств.

Виктор молча вскрыл письмо. Он читал всего несколько секунд, но этого хватило, чтобы лицо стало еще сосредоточеннее, чем обычно. Он аккуратно сложил лист, убрал его во внутренний карман мундира и только после этого посмотрел сначала на меня, потом на Кассия.

— Придется изменить планы. Император вызывает меня в Восточное крыло. Судя по формулировке приказа, разговор будет долгим.

Кассий перестал улыбаться и внимательно посмотрел на Виктора.

— Что с Максимом? Возвращаемся во дворец позже или переносим прогулку?

— Нет, — спокойно ответил Виктор. — Отменять ничего не нужно. Пусть наконец увидит столицу не только через окна дворца. За последние дни ему и без того хватило кабинетов, печатей и важных лиц.

Я невольно усмехнулся.

— Признаться честно, после сегодняшнего заседания я уже начал подозревать, что вся Империя состоит исключительно из длинных столов и людей, которые умеют говорить загадками.

Кассий тихо хмыкнул.

— Тогда самое время разрушить это заблуждение. Обещаю, в городе хватает людей, которые разговаривают совершенно прямо. Правда, иногда после этого приходится чинить мебель.

Виктор не поддержал шутку, но уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Только без экспериментов. Сегодня моя задача — выполнить приказ Императора. Твоя, Кассий, — сделать так, чтобы завтра утром Максим стоял передо мной целым и желательно без новых международных скандалов.

Кассий театрально развел руками.

— Виктор, ты так говоришь, будто именно я обычно создаю международные скандалы. Максим всего пару дней в столице, а уже успел собрать Совет Двенадцати, получить Нулевую лицензию и заставить Императорскую канцелярию открыть отдельное дело. На этом фоне я вообще образец спокойной жизни.

Я посмотрел сначала на одного, потом на другого и не удержался от улыбки.

— Знаете, мне начинает казаться, что вы оба уже заранее решили, будто неприятности обязательно найдут меня.

Виктор выдержал короткую паузу, словно действительно обдумывал ответ.

— Нет, Максим. Мы просто исходим из опыта последних дней. Пока статистика уверенно на стороне неприятностей.

Несмотря на серьезный тон, в этой фразе не чувствовалось ни упрека, ни насмешки. Скорее спокойная констатация факта. Именно поэтому она прозвучала неожиданно смешно. Я покачал головой, а Кассий тихо рассмеялся.

— Не переживай. Даю слово: пока ты рядом со мной, ничего действительно плохого не случится. Покажу тебе столицу, накормлю нормальным ужином и даже попробую убедить, что жизнь не состоит из одних только государственных тайн. А если кто-нибудь решит испортить нам вечер, сначала ему придется объяснить это мне.

Виктор внимательно посмотрел на Кассия. Этот взгляд длился всего пару секунд, но в нем было больше смысла, чем в длинном разговоре. Наконец он едва заметно кивнул.

— Хорошо. Тогда я оставляю его на тебя.

Не «присмотри».

Не «сопроводи».

Именно оставляю.

Почему-то мне показалось, что для Виктора это слово означало гораздо больше, чем обычное поручение. Именно с этого момента читатель начинает видеть: между Виктором и Кассием существует настоящее доверие, и поэтому отсутствие Виктора в следующей сцене выглядит абсолютно естественным, а не искусственным ходом сюжета.

Массивные ворота Императорского дворца