Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

об ухудшении качества защитного вооружения именно среди войск пехоты, а не конницы. Другими словами, Вегеций предлагает реформировать и усилить пехоту, с пехотными войсковыми подразделениями он связывает задачи дальнейшей борьбы с варварами и на пехотные легионы возлагает надежды по восстановлению величия и славы империи.

Как проследил С. Жаньяр, рассуждения Вегеция о правилах построения войска сводились к тому, что в первых рядах войска непременно должна располагаться тяжелая пехота, именно она должна принимать на себя основной удар противника и выдерживать его до тех пор, пока на помощь тяжелой пехоте не придет конница и легкая пехота, стоявшая в задних рядах[910]. С учетом позиции исследователя мы можем заключить, что Вегеций, написавший свой труд уже после расселения варваров в империи в 380–382 гг., рассматривал группы готов, гуннов и алан как вспомогательные конные подразделения внутри римской армии, но он не считал, что вся римская армия состоит только из варварских этнических контингентов. В понимании Вегеция, даже после 383 г. римская армия представляла собой совокупность пехотных легионов, сформированных из местного населения империи, эти легионы, по оценке Вегеция, были наиболее боеспособной и эффективной частью римской военной организации.

На наш взгляд, сведения Вегеция дополнительно подтверждают тот факт, что в конце IV в., после 383 г., военные структуры империи еще не подверглись процессу варваризации, другими словами — в конце IV в. основу римской армии составляли легионы, сформированные из местных граждан империи, тогда как варвары были зачислены в римскую армию в виде обособленных этнических подразделений, преимущественно конных по своим функциям и виду службы. Эти обособленные подразделения входили в состав римской армии, но они не заменяли собой собственно римские легионы, ауксилии и вексилляции, не доминировали численно во внутренней структуре римской армии: как раз наоборот, этнические отряды, сформированные из готов, алан и гуннов, в любом случае выполняли только вспомогательные функции, они служили своеобразным дополнением к основному составу армии.

Скорее всего, отряды готов, алан и гуннов, располагавшиеся в паннонских провинциях, с 386 по 388 г. вообще не подчинялись центральной администрации в Италии и, соответственно, не входили в состав экспедиционных войск законного императора Валентиниана II. В законе, изданном в Медиолане 29 июля 386 г., Валентиниан II упоминает об угрозе со стороны неких врагов империи, которые беспокоили своими набегами сразу несколько регионов — Македонию, Дакию Средиземноморскую, Мезию и Дарданию: «Поскольку управляющие рудниками в Македонии, Дакии Средиземноморской, Мезии и Дардании, благодаря которым взимается ежегодный налог, по обыкновению назначаются из куриалов, [и поскольку] под предлогом вражеской угрозы они освободили себя от этой обязанности, пусть они вернутся к исполнению службы и впредь не пользуются никаким освобождением; [и] пусть не добиваются неподобающих [им] званий до тех пор, пока они не завершат возложенную [на них] службу надежным и обильным налогом» (Сит procuratores metallorum intra Macedoniam Daciam Mediterraneam Moesiam seu Dardaniam soliti ex curialibus ordinari, per quos sollemnis profligetur exactio, simulato hostili metu huic se necessitati subtraxerint, ad implendum munus retrahantur ac nulli deinceps licentia laxetur prius indebitas expetere dignitates, quam subeundam procurationem fldeli sollertique exactione compleverint. — CTh. I. 32. 5). Другими словами, как видно из текста закона, некие враги империи несколько раз нападали на земли балкано-дунайских регионов, и в результате вражеских вторжений начальники рудников, располагавшихся в пределах указанных регионов, бросали места своей службы и бежали в другие земли. Естественно, это приводило к запустению рудников и прекращению добычи драгоценных металлов, столь необходимых для выплаты жалованья воинам регулярных армий.

В свое время Дж. Мэтьюз пришел к выводу, что в 386 г. Магн Максим предложил Валентиниану II помощь в борьбе с варварами, напавшими на земли паннонских провинций[911], тем не менее, как мы доказывали ранее на основании сведений Зосима и Амвросия Медиоланского, в 386 г. Магн Максим, как раз наоборот, подкупил этнические отряды готов, гуннов и алан, находившиеся в паннонских провинциях, чтобы они подняли мятеж в пределах данных территорий, разграбили земли Иллирика и заставили Валентиниана перевести на средний Дунай из Италии дополнительные войска. План Магна Максима оказался удачным: из-за отвода войск на средний Дунай Италия практически осталась без защиты, и Магн Максим, воспользовавшись этим, смог быстро захватить её территорию.

Вместе с тем мы полагаем, что враги империи, упомянутые в законе 386 г., представляли собой именно те отряды готов, гуннов и алан, которые подняли мятеж в паннонских провинциях; в этом смысле мы можем предположить, что грабительские набеги паннонских федератов охватили довольно крупную территорию: помимо паннонских провинций, они затронули также Дакию, Македонию, Дарданию и Мезию. Скорее всего, готы, располагавшиеся в Македонии, подняли мятеж против Феодосия I как раз в связи с тем, что их паннонские соплеменники достигли рубежей Македонии и частично разграбили земли этого диоцеза. Подтверждением нашей точки зрения служат сведения трактата Иеронима Стридонского «О знаменитых мужах» (De viris illustribus), в котором богослов сообщает и о своем родном городе, Стридоне: «Иероним, рожденный отцом Евсевием в городе Стридоне, разоренном Готами; ранее, вплоть до нынешнего года, т. е. до четырнадцатого [года] правления Феодосия, он (город Стридон. — E. Μ.) был границей Далмации и Паннонии» (Hieronymus, patre Eusebio natus, oppido Stridonis, quod, a Gothis eversum, Dalmatiae quondam Pannoniaeque confinium fuit, usque in praesentem annum, id est, Theodosii principis decimum quartum. — Hieronymus, De viris illustribus 125, PL. Vol. 23, Col. 755В).

Из слов Иеронима ясно, что он говорит о 393 г., поскольку Феодосий I взошел на престол в 379 г. и, следовательно, четырнадцатый год его правления падает как раз на 393 г. Соответственно, на наш взгляд, готы, которых упоминает Иероним, представляли собой племенные группы, располагавшиеся в паннонских провинциях: территориально только эти готы ближе всего располагались к городу Стридону и именно им легче всего было разграбить земли Далмации. Как результат, мы можем предположить, что в 386 г. первоначально паннонские готы-федераты вторглись во внутренние земли паннонских провинций и Далмации, а затем они отправились дальше и напали уже на соседние регионы, т. е. на земли Мезии (судя по всему, Верхней), Дардании, Македонии и Дакии Средиземноморской. Поскольку грабительские набеги паннонских готов достигли даже Македонии, находившейся под контролем Феодосия I, и готы, размещавшиеся в Македонии, попытались поднять мятеж и присоединиться к своим соплеменникам из паннонских регионов, Феодосий принял решение выступить в поход против Магна Максима, который уже успел подкупить готов, проживавших и на среднем, и на нижнем Дунае.

Д. Вера пришла к выводу, что еще в 379 г. Грациан, испытывавший серьезные трудности в борьбе с готами, передал под управление Феодосия I два диоцеза, ранее входивших в состав центральной италийской префектуры, — Македонию и Дакию. По мнению