Личины сексуальности - Палья Камилла

важно быть серьезным» обладают странно ранним развитием, способностью изумлять собеседников неожиданным поворотом беседы и, наконец, остротами, разящими поклонников. Мужчины любят и любимы, но женщины обходятся с ними как хотят, заранее предвидя каждое их движение. Женщины диктуют структуру и темп развития отношений. Мужчины думают, что действуют самостоятельно, но их всегда превосходят и их действия всегда предвидят не демонические вампиры европейского декаданса, а дерзкие девушки традиционной английской литературы. Женщины страстно хотят замуж — вероятно, чтобы властвовать! В браке, как заметила леди Брэкнелл, мужчина — подчиненный. Гвендолен говорит о своем запуганном отце: «Сферой деятельности для мужчины, по-моему, должен быть домашний очаг».

Стоит отметить, что в «Как важно быть серьезным» женщины предчувствуют желания мужчин. Мужчины не могут ничем удивить женщин, поскольку последние всеведущи, как Дельфийский оракул. Поскольку Уайльд предназначает Сесили более женственного жениха, в ней самой обнаруживается нечто сексуально проблематичное. Пресыщенный Алджернон отвратительно чопорен, пока не встречает Сесили. Она незамедлительно переходит в наступление, обращая его приветствие против него и захватывая контроль над беседой. Несмотря на невинную наружность, не добродетели она ищет в поклоннике. Если Алджернон не так «беспутен», как о нем говорили, он бесполезен. Сцена предложения — изумительное представление. Хотя они только что повстречались, Сесили настаивает на том, что помолвлена с Алджерноном уже несколько месяцев. Он ошеломлен, а она рассказывает длинную историю ухаживания, охлаждения и примирения, запечатленную в дневнике и письмах. Алджернон протестует: «Мои письма? Но, дорогая моя Сесили, я никогда не писал вам писем». Она отвечает: «Не надо напоминать мне об этом. Я слишком хорошо помню, что мне пришлось писать ваши письма за вас. Я писала их три раза в неделю, а иногда и чаще». Сесили вообразила себе Алджернона задолго до того, как он получил хоть какую-то возможность действовать самостоятельно. Как Вильям Вильсон Э. По, он встречает свое другое «я», спроектированного Сесили двойника. Она создает его прошлое, целый набор воспоминаний. Он пассивен, как восковой Гермафродит другой искусной деревенской затворницы — Атласской колдуньи Шелли. Алджернон и восхищается и ужасается. Игра головокружительно балансирует на грани между иллюзией и реальностью. В этом эпизоде, как и в сцене ухаживания Розалинды за опекаемым ею Орландо, кавалер со всех сторон укрыт воображением андрогинной женщины. И в том и в другом случае сюжет любовного союза заранее разыгран изобретательным девственным драматургом. Уилсон Найт предупреждает: «Мы постоянно позволяем себе рождаться от женщины, о которой не знаем ничего»47. Алджернон, учитывая мужское невежество, позволяет себе обручиться с женщиной, о которой не знает ничего. Таким образом, остроумно манипулируя поклонником, Сесили решительнее вторгается в сферу мужского самоуправления, чем интриганки Гвендолен и леди Брэкнелл, стремящиеся к господству над ними.

Изящную легкость пьесе «Как важно быть серьезным» придает превращение ею потенциально извращенных сексуальных отношений в комедию. Пары соединяются легко, как во сне. Происходит трансмутация хтонической опасности и мрака в сверкающие аполлонические слова и жесты. Я называю женщину «потаенной». Формализм эпицена и материализм визионера позволяют Уайльду перенести все спрятанное и внутреннее в мир ослепительной видимости. Сексуальное волнение ни разу не потревожит гладкую, цивилизованную поверхность пьесы. И все же мы имеем дело с драмой хищной «женской воли» Блейка. И Гвендолен, и Сесили хотят выйти замуж за человека по имени Эрнест: мужчины обязаны быть серьезными там, где женщины не серьезны48. Уайльд говорит: «Во всех незначительных делах важен стиль, а не искренность». И в другом месте: «То, что называют неискренностью, на деле лишь способ, посредством которого мы обогащаем свою личность»48. Заставляя своих поклонников быть серьезными или искренними, женщины психодраматически ограничивают их. Иными словами, женщины связывают мужчин ритуальными добрачными ограничениями. Сами же при этом демонстрируют отсутствие серьезности — как в сцене за чайным столом, где они срывают планы и атаки друг друга с беспечным безразличием к правде и логике.

Почему мужчины стремятся переименоваться в Эрнеста? Они отказываются от своей идентичности и предпринимают романтическую регрессию, чтобы родиться вновь такими, какими их желают видеть женщины. Женщины выражают притворное изумление и восхищение: «И ради меня вы идете на такое испытание?», «Чтобы сделать мне приятное, вы согласны это перенести?» Крещение, пассивное, ничуть не рискованное событие становится мучительным rite de passage. Пьеса пародирует литературные условности: например, Джек, архетип героя, появился на свет в таинственном месте — на железнодорожной станции. Как в «Похищении локона», комедия создается уменьшением масштаба эпического конфликта. На пике вражды Гвендолен торжественно сообщает Сесили: «Вы наложили мне полную чашку сахара, и хотя я совершенно ясно просила у вас хлеба, вы подсунули мне пирог». Эта реплика (непередаваемо скорбно произнесенная Джоан Гринвуд) имитирует пафос поэтической драмы, например: «Своим распутным, гнусным деянием вы осквернили Бога и нацию!» Но в контексте психологии удовольствие, испытываемое Гвендолен и Сесили от мужской воли-к-крещению, означает: «Ради меня вы хотите возвратиться к младенчеству!» Женщины — последовательницы Прокруста в области лингвистики, сокращающие идентичность и линии жизни своих поклонников. Следовательно, примирение полов в пьесе гораздо более сложно, чем может показаться. Мужское «самопожертвование» (слово Гвендолен) делает примирение возможным, но оно вызывается женским насилием, зарождающейся материнской тиранией. Великое достижение «Как важно быть серьезным» в том, что ни одна из этих двойственных эмоций не ощущается публикой, настолько искусно сексуальная тревожность направляется в иное русло и поглощается. Но бодрость финала отчасти вызвана подсознательным чувством присутствия многочисленных опасностей, к счастью не получивших развития. Свойственное Уайльду остроумие эпицена постоянно проверяет женскую хтоническую силу, превращая всех четырех главных действующих лиц в просматривающегося насквозь манерного андрогина, избегающего психологии и преодолевающего ее.

Пьеса «Как важно быть серьезным» — ритуал очищения более ранних произведений Уайльда: «Дориана Грея» и «Саломеи». Тревога двух критических отношений, двух романтических бракосочетаний сексуальных личин рассеяна. В первом случае сочетаются браком мужчина и его двойник. В «Дориане Грее» портрет-двойник — победитель, убийством своей человеческой модели сохраняющий вечную красоту. В «Как важно быть серьезным» Джон Уординг сам создает свою двойную идентичность: в деревне он — Джек, а в городе — выдуманный Эрнест. Его друг Алджернон присваивает это фальшивое Я, чтобы посягнуть на деревенскую усадьбу под маской Эрнеста Уординга. В это время Джек в трауре приходит и объявляет о смерти своего брата Эрнеста. Джек потрясен, узнав, что несуществующий Эрнест, живой и невредимый, сидит в столовой. Как в «Дориане Грее», двойник восстал к своей отталкивающей жизни, избавившись от власти хозяина. Но поскольку «Как важно быть серьезным» — комедия, двойник не может подняться до демонического подавления, как в романе Уайльда. Джек взбешен, но