Утопающий во лжи 18 - Лев Жуковский

локтей роста. Подавляющее большинство были ниже не только меня, но даже штурмовиков нашего повелителя. И чем ближе я подходил, тем яснее видел, как их воинственный пыл уступает место здравому смыслу. Даже не так, я буквально ощущал, вдыхал исходивший от них страх, и тем сильнее жаждал пожрать их души, здесь и сейчас.

Наг, однако, ещё пытался держаться.

— Это наша работа, наша судьба! Оберегать мир Пекарат от вторжения… — произнёс он, и в его голосе всё ещё оставались остатки гордости.

Однако, я даже имени его не проверил через Системную справку. Не заслужил. Пусть его одеяние, доспех и оружие однозначно впечатляли на фоне его солдат. Пусть в глазах местных воинов он, возможно, был доблестным защитником, командиром, стражем суши, назначенным следить за вратами в проклятый мир Тесэр. Всё это не имело значения. На фоне моего Бога он был лишь очередной чешуйчатой тварью, решившей, что законы существуют только для тех, кто не способен сам тебя сожрать.

— Ваш мир от вторжения нежити оберегают божественные воды Исильхора, небесная дрожь, блокирующие практически все виды энергий, кроме вашей стихиальной водной энергии Ци, — зло прорычал я, нависая над этими псевдорыбами. — Так что можешь о своей выдуманной доблести мне не рассказывать. Прибереги её для недоумков, впервые посетивших ваш отдалённый захолустный мир.

Я видел, как слова попали в цель. Наг напрягся. Несколько тритонов шаманов в среднем до тридцатого уровня переглянулись. Им не понравилось, что чужак знает об их мире слишком много. Впрочем, большой тайной эта информация не являлась.

Однако, им все равно не понравилось, что я называю вещи своими именами, и о которых простым торговцам лучше бы не знать. Способ, благодаря которому этот мир защищал себя от нежити мира Тесэр на самом деле и других неприятных гостей. Наш Бог не зря инструктировал нас так подробно.

— И поторопись очистить мне дорогу, торговать на вашем жалком остроге я не собираюсь! — бросил я и недовольно взмахнул крылом, прочитав на морде нага что он собирается предложить именно это.

Но даже не сильного движения моего крыла, почти ленивого, но его хватило, чтобы воздуха, сорванного этим движением, оказалось достаточно и десятки тритонов посыпались в стороны, как детеныши импов. Они падали в красноватую пыль, гремели доспехами, шипели, хватались за копья и тут же замирали, поняв, что это было всего лишь предупреждение. Просто жест.

Наг стиснул зубы. По крайней мере, то, что у него можно было назвать зубами. Я не знал наверняка, что именно хотели предпринять местные тритоны и их командующий гарнизоном, вздумавшие встретить торговцев из мира Тесэр таким образом. На этот счёт повелитель не давал мне точных инструкций. Но многое было ясно и без них.

Вполне возможно, эти скользкие ироды просто решили пограбить проходящих торговцев. Почему бы и нет? Тесэр, мёртвый мир. Оттуда приходят либо нежить, обезумев окончательно, либо те, кто осмелился торговать с нежитью и проходить сквозь их мир. Удобная добыча. Опасная, но иногда слишком выгодная, чтобы удержаться. Потому что в случае настоящей угрозы вторжения эти полурыбы просто ушли бы на безопасную глубину, сообщив о прорыве. Ведь суша для них не родная среда и держаться за нее они не будут. И даже потерять крепость будет неприятно, но не смертельно.

А здесь они почему-то оказались почти полутысячей воинов у самих врат. Не в крепости. Не на патрульной линии. Их было слишком много, чтобы это выглядело случайностью. Из крепости, стоящей в двух десятках вёрст, они точно не успели бы подоспеть за время открытия межмирового прокола. Значит, сидели здесь заранее. Ждали. Ловили момент. И всевозможный скарб, следы походного лагеря, грубо скрытые лежбища и влажные мешки с припасами говорили о длительности их затеи куда честнее, чем любые оправдания нага.

Они охотились. Но в этот раз добыча оказалась видимо слишком зубастой. Правда, получив сигнал от моего повелителя, я даже у пары рыбёшек души не испил. Хотя хотелось. Очень хотелось.

Для острастки хватило бы всего двух. Вырвать души из ближайших шаманов, показать остальным, как ярко горит страх, когда его тащат наружу через жабры и глаза. Души у них по ощущениям были довольно яркие и что главное невероятно вкусные! Не такие древние, сухие и терпкие, как у нежити, не такие плотные, как у демонов, но вкусные. От них пахло страхом, солёной кровью, ледяным ужасом и той особой паникой водных существ, оказавшихся на суше перед хищником. Это было особенно приятно.

Я уже почти чувствовал этот вкус. Но приказ есть приказ. Наш Бог не пожелал начинать посещение мира Пекарат с резни. Даже когда это имело место, за их наглость. И я повиновался.

Судя по разговорам моих штурмовиков, они тоже не отказались бы от жареной рыбки. Полуарахниды перебирали лапами слишком нетерпеливо. Гноллы скалились, втягивая воздух своими носами подняв забрала шлемов. Волкалаки смотрели на тритонов так, как смотрят на мясо, которое ещё не поняли, что их сожрали бы с особым удовольствием. И тот факт, что эта рыбешка была разумна, никого из нас особо не смущал.

Почему должен был смущать?

Мы давно ощущали себя не существами разных рас, это чувство словно истерлось. Не гноллами, полуарахнидами, волкалаками, демонами, нефелимами или кем-то ещё.

Мы были божественным воинством дарующего надежду Великого Ир’Чина. Его дланью. Его клинком. Его яростью, если она требовалась.

В этом единстве была странная сила. Раньше я знал только верность демона, долг воина, жажду битвы, жажду душ и простую логику подчинения сильнейшему. Теперь всё стало сложнее. Подчинённые нашего Бога смотрели друг на друга не как на чужаков, случайно собранных в одном отряде, а как на части чего-то большего. Паствы. Армии. Народа, который ещё только выковывался в огне чужих миров.

И мне это нравилось. Я даже сам себе не мог ответить почему. И возможно, слишком сильно. Но словно в душе моей отзывалось чувство, что я движусь в верном направлении ледяного ветра, как говорили среди мериотов, когда ты попал в самую стылую жилу судьбы и она тебя несет на встречу не просто твоей главной цели всей жизни, но в лучшее будущее. И пусть я не верил в эти бредни старых неудачников среди мериотов, но ощутив это, я словно бы прозрел…

Пока я успел мельком подумать о превратностях судьбы и о том, что из-за развитого параметра Интеллекта начинаю думать часто о совсем не важных вещах, местный же наг явно не горел желанием, чтобы мы задерживались на этом острове