ДЕЦЛ. Голос российского хип-хопа. История Кирилла Толмацкого глазами друзей и близких - Александр Толмацкий

его сцена – уже не стадионы, а маленькие клубы. И если раньше на концертах были тысячи людей, то теперь – две сотни человек. Двести против нескольких тысяч. Это тяжело. Но он сам выбрал этот путь.

Кирилл знал, что делает. Он осознанно пошел туда, где его музыка стала совсем другой – с посланием, в котором заключены его мысли, тревоги, правда. Она перестала быть попсовой, легкой. В ней появились такие вещи, над которыми нужно задумываться.

А большинство людей не хотят задумываться. Им это не нужно. Им хочется «Вечеринку у ДеЦла дома» – и ничего больше. Ни про «Пробки, стройка, грязь», ни про ситуацию в стране. Им хочется прийти и отдохнуть, отключиться от всего.

Le Truk предлагал другое. Он говорил как есть. Аудитория сузилась. Но те, кто остались, были настоящими.

Бывали у нас и совместные выступления. Одно такое – на Самуи – запомнилось особенно. Я как раз в это время там выступал. На тот момент я уже делал музыку на английском, много гастролировал, выступал на разных фестивалях – в Европе, в Азии. Мой жанр – это регги, дэнсхолл, рагга, рагга-джангл. Кирилл тоже очень уважал раггу. И сам с ней работал.

Я увидел в соцсетях, что Кирилл тоже там. Написал ему, а он ответил: «Да, я на Самуи. Приходи на концерт». Он выступал, было много русских – они тогда как раз начали массово туда приезжать. Я выскочил на сцену, и все это проходило в очень душевном месте. Было по-настоящему тепло – и по погоде, и по ощущениям. Наверное, это один из самых запомнившихся моментов.

Еще запомнилось выступление в клубе «16 Тонн». Я тогда вылетал на сцену с Тимуром Чеком. Мы врывались, как на танке, полный драйв. И хотя музыка местами была тяжелая, Кирилл поднимал серьезные темы, атмосфера оставалась светлой, живой. Понимаешь, когда человек говорит со сцены не просто про развлечения, а про важное, это цепляет.

Кирилл делал музыку для тех, кто носит голову не в декоративных целях. На концерте он не просто качал под бит, а заставлял людей думать. Они уходили другими. Что-то в них сдвигалось. Кирилл хотел именно этого. Чтобы человек после концерта ушел не пустым, а с мыслью. Чтобы в людях что-то менялось – и не временно, а по-настоящему.

Мы оказывались на одной сцене не раз. И один из таких вечеров был в клубе парашютистов. Вход по отпечатку пальца, бесплатный бильярд, все свое. Кирюха, я, Чек – все вместе гасили на сцене. Люди реагировали живо. Есть фото с того вечера, мы там все молодые, мощные. Потом Кирилл делал вечеринки в клубе «Sorry, бабушка» – в самом центре, на Китай-городе. Каждую неделю в будний день он собирал всех: рэперов, МС, просто знакомых, и все по очереди читали. Атмосфера была настоящей. Баста приходил.

Однажды Кирилл выступал у меня на дне рождения в Karma Bar. Бесплатный вход, народ просто ломился, негде было куртку повесить. У Кирилла тогда была куртка, а гардероб переполнен. В итоге все вещи упали с рейлов – хаос, директор бара лично помогал разбирать. Это был теплый, живой вечер. Мы с Кириллом даже успели дать совместное интервью – он там говорил, что мы представляем Россию на международной регги-сцене.

Последняя наша встреча – в кафе «Сито» в Бауманском парке. Там мы обсуждали идею собрать самых крутых рагга-исполнителей и сделать совместный релиз, но уже на новом звучании. Не дэнсхолл, не регги, а современный рэп. Были идеи, были имена – я, Чек, Коля Маню, ДеЦл. Я запомнил Кирилла именно таким: спокойным, вдохновленным, думающим.

После его ухода мы все-таки сделали этот проект, но уже втроем – Чек, Коля Маню и я. Назвали его Triptix. Он родился благодаря Кириллу. Вышел альбом, несколько синглов. Людям полюбилось. И в каждом нашем выступлении мы упоминали, кому его посвящаем. На сцене мы снова перекидывали микрофоны друг другу, как когда-то с ним. Это было живое, настоящее продолжение. Мы знали – он бы это поддержал.

Кирилл хотел, чтобы мир стал лучше. Чтобы люди уходили с концертов с чем-то внутри. И даже если общество его не всегда понимало, а порой и реагировало агрессивно, он все равно шел своим путем. Против системы. Против Вавилона. До конца.

Дециллион, 2014–2018 годы

ВСТРЕЧА ВО ВЛАДИВОСТОКЕ

Павел Беленец,

ДРУГ КИРИЛЛА, КОНЦЕРТНЫЙ ДИРЕКТОР

Моя история с Кириллом началась в апреле 2009 года, когда я организовывал его концерт во Владивостоке. Его контакт дал Паша DJ 108, с которым мы тоже были на одной волне. Он сказал: «Привези ДеЦла, не промахнешься».

К тому времени Кирилл, уже известный как Le Truk, ушел в андеграунд, и его публичные выступления в Центральной России были редкостью. Я созвонился с Кириллом, предложил приехать. Бюджет был скромным, поэтому он прибыл без своего диджея, и я взял эту роль на себя. Так началось наше знакомство – с винилов, минусовок и энергии его музыки, которая для меня, как и для многих, была частью юности.

Я знал треки ДеЦла наизусть. В десять лет я перерисовывал его логотип с кассеты на стену во дворе, где мы играли в квадрат. Вырезал из газет тексты его песен, чтобы выучить их. Для меня он был кумиром, символом свободы и настоящего хип-хопа.

Музыка ДеЦла – «Вечеринка», «Пятница» – звучала как гимн нашего поколения.

Но тогда я увидел не только артиста, но и человека – принципиального, с богатым внутренним миром и необычным взглядом на жизнь.

ДАЛЬНИЙ ВОСТОК

После концерта во Владивостоке я организовал Кириллу выступление в Южно-Сахалинске – на следующий день, чтобы сэкономить на билетах. Ему все понравилось: сцена, публика, атмосфера. Через неделю он позвонил: «Есть еще что-нибудь?» Я предложил Хабаровск и Благовещенск. Он согласился. Так мы проехали Дальний Восток – Комсомольск-на-Амуре, Магадан, Камчатку. Я стал его диджеем и концертным менеджером по Дальневосточному региону. Позже он пригласил меня в Москву на презентацию альбома MosVegas 2012 в одном из клубов. Это был наш первый шаг к настоящей дружбе.

Выступать с Кириллом было легко. Я знал его треки, понимал хип-хоп-культуру, сам был диджеем и писал музыку. Его творчество было мне близко – от «Кто? Ты» до MosVegas 2012. Он не требовал многого: ставь минус, скретчи, убирай трек вовремя – и все, полный контакт. Но за кулисами я увидел, какой он человек. Кирилл был настоящим, с твердыми принципами. Его было невозможно сломать. Он следовал своим убеждениям –