Парфия и Рим. Четыреста лет побед и поражений - Леонид Анатольевич Наумов

Решающее сражение произошло в Ассирии. Накануне Изат и Акбар увели свои армии, и можно предположить, что теперь Готарз имел численный перевес. В решающем кровопролитном сражении, протекавшем с переменным успехом, Готарз применил обычную парфянскую тактику. Карен опрокинул противостоявших ему врагов, но увлекся их преследованием и был окружен с тыла свежими силами противника.

Тогда Мегердат, увидев, что все потеряно, доверился «клиенту своего отца Парраку, но был коварно обманут и в оковах выдан победителю. А тот, не признавая в нем ни своего родича, ни Аршакида, но именуя его чужеземцем и римлянином, велит, отрезав пленнику уши, оставить его в живых, дабы выказать этим свое милосердие и нанести нам бесчестие»[337].

Вернемся к роли царя Эдессы Акбара и царя Адиабены Изата. Мы помним, что последний убеждал Вардана отказаться от войны с Римом. Сейчас их позиция изменилась (по мнению Тацита): Акбар «коварно» задержал юношу в Эдессе на много недель, дав таким образом Готарзу время подготовиться, а потом в решающий момент бросили римского ставленника.

После провала предприятия Мегердата ситуация изменилась. В Риме Абгара и Изата должны были считать предателями. На самом деле оба правителя, скорее всего, лишь маневрировали в сложившейся ситуации. Они не хотели военного столкновения, потому что их буферные государства стали бы театром военных действий. Но, с другой стороны, они не могли прямо отказаться от сотрудничества, если Карен предлагал его. Есть «предложения, от которых невозможно отказаться»: силы Готарза далеко, а Карен и римляне близко. Кроме того, неизвестно ведь, чем закончится противостояние: Готарз, в отличие от своего брата, пока не производил впечатления успешного военачальника, а о талантах Мегердата (точнее, об их отсутствии) еще никто не знал. Да и неизвестно было, на какой степени участия остановятся римляне, поэтому Акбар, а за ним и Изат, видимо, сделали именно то, что могли в этой ситуации: демонстративно поддержали римского ставленника и тайно стали помогать Готарзу. В нужный момент они вышли из борьбы и Мегердат проиграл. Про Изата мы помним, что они принял иудаизм, а царь Эдессы Акбар – это знаменитый Акбар V Уккама, который был тяжело болен и обратился за помощью к Иисусу Христу. С его именем связано несколько апокрифических преданий, из которых наиболее известна «Переписка Авгаря с Иисусом Христом», первоначальный оригинал которой не сохранился (см. ниже).

Так или иначе, с того момента римляне считали династию Изата своими противниками. При Клавдии это не будет иметь политических последствий, но при Нероне об этом вспомнят.

При характеристике Готарза надо учитывать еще, что во-первых, мы знаем о его участии в религиозных обрядах. В то время, когда Мегердат захватил Ассирию, Готарз «приносил обеты местным богам на горе Санбул, где важнейшим был культ Геркулеса; в определенное время он напоминает жрецам, явившись им в сновидении, чтобы они привели к храму снаряженных для охоты коней. И, после того как этих коней нагружают полными стрел колчанами, они разбредаются по горным лесам и лишь поутру, сильно запыхавшись, возвращаются с пустыми колчанами. После этого бог снова является в ночном сновидении и указывает леса, в которых он побывал, и в них повсюду находят убитых зверей»[338].

Во-вторых, некоторые его монеты содержат легенду ΒΑΣΛΙΕΩΣ ΒΑΣΛΙΕΩΝ ΑΡΣΑΝΟΙ ΥΟΣΚΕΚΑΛ ΟΥΜΕΝΟΣΑ ΡΤΑΒΑΝΟΥ ΓΩΤΕΡΖΗΣ («Аршак, царь царей, названный сын Артабана Готарз»). Воспитанник Артабана! Вероятно, что в окружение Артабана входили не только его сыновья, но и воспитанники. Стоит вспомнить, что был Киннамон, которого Флавий считал воспитанником Артабана[339]. Около 51 года Готарз заболел и умер, Флавий считает, что он пал жертвой заговора[340].

Очевидно, что, сравнивая римские проекты «Тиридат» и «Мегердат», следует отметить, что степень внутренней консолидации Парфии выросла. Тиридат смог захватить Ктесифон и был коронован царем, его поддержали Месопотамия, Вавилония, Элам, арабы. Артабан смог победить лишь чудом, из-за внутренних раздоров среди его противников. Мегердат не дошел до Ктесифона, кроме Карена, его поддержали лишь Акбар и Изат, но поддержка последних была двусмысленной.

После Готарза на парфянский престол был возведен правитель Мидии Вонон II. Флавий характеризует его коротко: «На его долю не выпало ни особой удачи, ни особых бедствий – ничего, достойного упоминания; царствование его было кратковременным и бесславным, и после него Парфянское царство перешло к сыну его Вологезу». У нас нет тетрадрахм Вонона II. Но его драхмы, чеканенные в Экбатане, интересны тем, что на них правитель изображен в фас. Начинается эпоха знаменитой «парфянской фронтальности» (см. ниже). Считается, что он правил меньше года, потому что уже в 51 г. в Селевкии чеканят тетрадрахмы Вологеза[341].

Драхма Вонона II

«Третий после Артабана». Вологез I

Начать рассказ об этом царе надо с описания т.н. гирканской проблемы. Гиркания – богатая область на южном берегу Каспийского моря, на запад от Парифены. Артабан и Готарз черпают силы в борьбе с римскими ставленниками именно в Гиркании и у скифов. В 50-е гг. мы узнаем, что существует царь Гиркании, который не подчиняется парфянскому царю Вологезу и даже пытается вести самостоятельную внешнюю политику (направляет послов в Рим). Для того чтобы правильно оценить эту информацию, надо учесть, что «гирканский царь» контролирует Каспий. В этой связи важно учитывать, что в еще в I в. до н.э. активно функционировал так называемый каспийский торговый путь. Он шел из Индии вверх по Инду, далее через Бактрию в верховья Окса (Амударьи), а оттуда – по Каспийскому морю через Кавказ – либо в Черное море, либо в Каппадокию. Страбон оставил ясные указания об этом: «Река Окс, отделяющая Бактриану от Согдианы, как говорят, отличается такой судоходностью, что индийские товары, подвозимые к ней через горы, можно доставлять вниз по ее течению до Гирканского моря»[342]; «…эта река [Окс] судоходна… и много индийских товаров привозят вниз по ее течению в Гирканское море…»[343]; «…Бактриана даже находится поблизости от горного прохода в Индию…»[344]. Собственно, так это и показано на античных картах: Окс впадает в Каспийское море. Часто это считается ошибкой древних, но на самом деле здесь нет ошибки. В II–Iвв. до н.э.– I в. н.э. русло шло по Узбою, и река действительно впадала в Каспий. Для контроля за этим торговым путем у парфян была крепость Игды-кала[345]. Она была расположена на левом скалистом живописном берегу Узбоя и была, видимо, практически неприступной. Учитывая постоянные конфликты со скифами, Аршакиды должны были очень серьезно относиться к обеспечению безопасности