Парфия и Рим. Четыреста лет побед и поражений - Леонид Анатольевич Наумов

Второй этап войны. В 58 году («в третье консульство Нерона») «…с большим ожесточением разгорелась протекавшая до того вяло и нерешительно война римлян с парфянами за владычество над Арменией, ибо Вологез не мог допустить, чтобы его брат Тиридат был лишен предоставленного им царства или чтобы он владел им в качестве дара другого властителя, а Корбулон считал, что величие римского народа обязывает его к отвоеванию приобретенного некогда Лукуллом и Помпеем»,– сообщает Тацит[371]. В результате римский полководец захватил крепость Волануд и начал готовить наступление на Артаксарту.

Нерон Клавдий Цезарь Август Германик. Фрагмент античного бюста

Удар был нанесен в Северной Армении, римская армия насчитывала три легиона, и двигались они так, чтобы парфянская конница не могла нанести им урон. Справа двигался легион III Gallica, слева – VI Ferrata, посередине – отборные воины X Frentesis[372]; между рядами войска помещались обозы, а тыл прикрывали тысяча всадников, получивших приказание отбивать неприятельский натиск, но не преследовать врагов, если они обратятся в бегство. Фланги обеспечивались пешими лучниками и всей остальной конницей[373].

Это построение не позволило Тиридату остановить продвижение римлян, и Артаксарта сдалась без боя, так как было известно, что Вологез двинулся в дальний поход то ли в страну мидян, то ли к альбанам и оказать помощь не сможет. Римляне сожгли Артаксарту; по этому поводу Тацит оставляет очень поучительный комментарий: «Что же касается Артаксарты, то, подожженная нами, она была разрушена до основания и сровнена с землей, ибо из-за протяженности городских укреплений удержать ее за собою без сильного гарнизона мы не могли, а малочисленность нашего войска не позволяла выделить такой гарнизон и вместе с тем продолжать войну; покинуть же ее целою и невредимою безо всякой охраны означало бы, что мы не сумели извлечь для себя из овладения ею ни пользы, ни славы»[374].

Весной 59 г. после разрушения Артаксарты Корбулон решил воспользоваться еще владевшей врагами растерянностью и захватить Тигранокерт, что удалось осуществить в этом же году. Вологез, продолжая вести войну на востоке с гирканами, и Тиридат, предоставленный сам себе, не могли ничего сделать. В том же году в Армению прибыл Тигран[375], избранный Нероном ее властителем. Тигран получил тысячу легионеров, две союзнических когорты и два отряда вспомогательной конницы, Корбулон же покинул страну и был назначен наместником в Сирию.

В 61 г. Вологез, «узнав… что после изгнания брата его Тиридата царем над Арменией поставлен чужеземец Тигран, возгорелся желанием отомстить за поруганное достоинство Аршакидов, но, принимая во внимание вновь возросшую римскую мощь и не решаясь пойти на разрыв заключенного с римлянами навечно мирного договора, колебался, медлительный от природы и к тому же связанный затяжною войной с отпавшим от него сильным народом гирканов»[376]. Трудно сказать, долго ли продолжались сомнения, но обострение спровоцировал римский ставленник Тигран, который напал на Адиабену. Кроме того, изгнанный из Армении Тиридат напоминал, что «большие государства не удерживаются бездеятельностью, настала пора помериться силами на поле сражения; тот из властителей справедливее, кто могущественнее; оберегать свое – добродетель частного человека, тогда как царская – овладевать чужим»[377].

Задетый этими словами, Вологез созвал совет, произнес свою речь и повязал диадемою голову Тиридата и, отдав под начало знатному мужу Монезу находившийся в боевой готовности сильный отряд, к которому он добавил вспомогательные войска адиабенцев, повелел ему изгнать из Армении Тиграна, между тем как сам, прекратив раздоры с гирканами, начал собирать войска к войне[378].

Появление армии Вологеза изменило ход войны. В Армению направили элитные части парфянской армии («конный отряд, который обычно сопровождал царя») под командованием Монеза, войска Монобаза и отряды Тиридата. Сам царь «стягивает основные силы и выступает в поход с этими полчищами, угрожая римским провинциям»[379], – как можно понять, угрожал Вологез именно Сирии.

В этой ситуации Корбулон отправляет на помощь Тиграну два легиона (IV и XII) а остальные три (III, VI, X)[380] размещает на берегу Евфрата. Так как местность была безводной, он разместил укрепления возле источников, а некоторые ручьи засыпал песком, к обороне привлекают отряды провинциалов.

Пока Корбулон готовится к обороне Сирии, Монез атакует Тиграна, который укрылся в Тигранокерте – городе, располагавшем многочисленными защитниками и мощными стенами. В городе находились римские воины и припасенное заранее продовольствие, и когда при его подвозе несколько подгоняемых нетерпением воинов выдвинулись вперед и были окружены внезапно налетевшим на них врагом, то остальных это происшествие больше ожесточило, чем испугало. Понятно, что конница не могла взять мощную крепость, а попытка адиабенцев взять штурмом была отбита[381].

Затем Корбулон и Вологез начинают переговоры. Они проходили в Нисибисе, который был оплотом иудеев Месопотамии и еще со времен Артабана принадлежал адиабенцам. Этот фрагмент у Тацита настолько противорчеивый, что его следует привести полностью.

Сначала римский историк описывает положение парфян как затруднительное: «Положение дел складывалось не в его пользу: осада бесплодна, Тигран обеспечен воинами и продовольствием, попытки взять город приступом отражены, в Армению направлены легионы; другие, стоящие на границах Сирии, готовы вторгнуться в его царство; к тому же появившаяся во множестве саранча истребила всю траву и листву, и его конница обессилена и небоеспособна, не имея корма». Поэтому перемирие заключается на время, пока парфяне отправят послов к императору, чтобы добиться передачи Тиридату Армении и закрепления мира. Монезу Вологез приказывает «оставить Тигранокерт, сам также отходит назад».

Сразу надо отметить важную деталь: «оставить Тигранокерт»! Но Тацит ничего не сообщал о его захвате отрядом Монеза. Наоброт, абзацем выше историк описывал успех римлян при защите Тигранокерта: «Для ведения осады у парфянина не хватает смелости в рукопашных схватках: редкими стрелами он не может устрашить находящихся за укрытиями защитников и только обманывает сам себя. А когда адиабенцы стали придвигать лестницы и стенобитные орудия, наши без труда их отогнали и затем, сделав вылазку, истребили»[382]. Но через несколько строк мы (фактически случайно!) узнаем, что римляне оставили Тигранокерт, потому что внезапно повествование Тацита прерывается, и неожиданно начинается «публицистическая полемика»: «Многие превозносили этот успех (на переговорах.– Примеч. Л.Н.), объясняя его испугом царя и угрозами Корбулона; другие, напротив, подозревали тайное соглашение, по которому после прекращения военных действий с обеих сторон и ухода Вологеза Тигран также должен будет покинуть Армению. Почему римское войско выведено из Тигранокерта? Почему оставлено то, что оно защищало во время войны? Или ему было удобнее зимовать где-то на краю Каппадокии в наскоро сложенных хижинах, чем в главном городе царства, которое оно