Зельеварение на Руси - Александра Леонидовна Баркова

Когда мы говорим об осыпании как о способе наделить благополучием, мы тем самым объединяем великое множество обрядов. Прежде всего это символика изобилия во всех календарных ритуалах: сыпали зерно, чтобы получить «столько копен хлеба, сколько зерен на пол упало»; осыпать могли участников обряда, ритуальные предметы, плодовые деревья и почитаемые места (например, родник). А могли и хозяина, вернувшегося с сева. При строительстве осыпали будущие дом и хлев, чтобы в них жилось богато, на свадьбе – жениха и невесту, чтобы у них было много детей и в доме царил достаток. Сюда же относится довольно редкий обычай, когда неженатая молодежь осыпала друг друга овсом: девушки получали столько же ухажеров, сколько и зерен, а парни – силу и резвость. Еще один вид осыпания – очистительное. Зерну приписывалась священная чистота, и потому крестьяне верили, что оно способно превратить обычные вещи в сакральные. Прежде всего это касалось рождественских атрибутов – так, украинцы осыпали зерном сноп, который становился символом грядущего урожая. Другой пример – родильный обряд, во время которого роженица и повитуха осыпали друг друга (роды с ритуальной точки зрения – нечистое событие). Наконец, осыпание могло быть и целительным: больному ребенку зерно якобы придавало жизненных сил.

Как видим, зерна сыпали много и часто.

Теперь рассмотрим каждое из этих растений подробнее.

Мак не только перекрывал пути нежити, но и считался магическим средством для распознавания ведьм. Так, если на Пасху взять его с собой в церковь и во время службы после слов «Христос воскресе!» дотронуться до него и сказать: «А у меня мак есть!», все ведьмы обнаружат себя. Здесь проявляется еще одно представление о маке – о его способности давать сверхзрение, всевидение. В Полесье его звали «ведун» и «видюк», у украинцев – «зыркач», у русских – «слепой», но, как мы знаем, в мифологии тождество противоположностей – одна из основных черт мировосприятия, а слепцам регулярно приписывается провидческий дар (и это вполне оправдано, поскольку слепота может обострять аналитические способности).

Следующий комплекс поверий связан с маком как с магической границей, но не от нежити, а опять-таки от ведьм: если мак-самосейку рассыпать по дороге, где ходит скот, то корова ведьмы не сможет через него переступить, побежит назад, а затем у нее пропадет молоко. А чтобы ведьмы не украли молоко, украинцы просверливали корове рог, сыпали туда мак и забивали отверстие осиновым колышком. Последний пример интересен тем, что в нем нет физически очерчиваемой границы – мак несет в себе магическую функцию преграды, и этого достаточно.

Лен занимает особое место среди этих растений: хотя его семена вполне можно употреблять в пищу (льняная каша очень полезна, ее особенно любят те, кто следит за фигурой), его растят не ради них, а ради стеблей, из которых ткут полотно. Так что лен, с одной стороны, это растение, которое умирает и воскресает, а с другой – оно лишено той живительной символики, которая есть у жита. Так лен крепко связан с символикой мира смерти – и именно поэтому он точно так же, как и мак, оказывается магической границей, запирающей нежить.

В качестве своеобразного посла мира живых в мире мертвых лен по-разному взаимодействует с нежитью, нечистью и нелюдью. Как мы уже сказали, нежить он запирает в мире мертвых, и граница, созданная им, практически непреодолима. Нечисть он изгоняет, точнее – отгоняет, защищая от нее в данный момент. Так, по поверьям белорусов, если человека начинают мучить духи бани (или черти в бане), то ему следует рассказать о «муках» льна – от посева через все этапы обработки волокон до изготовления полотна. (Поскольку «черти в бане» – это мифологизированный образ резкого повышения давления, которое случается в горячем и влажном воздухе, то в такой ситуации концентрация сознания на поэтапном проговаривании некоей логической конструкции реально поможет не потерять сознание, справиться с дурнотой и благополучно помыться. Это прекрасный пример того, как магическая практика оказывается действительно эффективной.) То же изложение «мук» льна является защитой от русалки-полудницы, которая есть персонификация солнечного удара.

И снова мы становимся печальными свидетелями того, как ритуал, способный принести реальную пользу, превращается в чистую мифологию. Итак, если у человека темнеет в глазах, звенит в ушах, то есть происходит то, что он считает воздействием нечисти, и он в ответ принимается рассказывать о «муках» льна, то это поможет ему справиться с приступом. Однако в магической практике таким же способом лечили больного, то есть пытались изгнать болезнь, которую тоже считали демоническим существом: «Я посеял лен, сжал его, намочил его, истрепал его, вытряс кострику, выткал его, выбелил его. И боли рассеялись!» Легко понять, что польза от такого лечения будет зависеть только от эмоционального настроя больного: если ритуал произведет на него впечатление, боль может на какое-то время отступить.

Приготовление почвы для посева льна в Вологодской губернии. Картина Иллариона Прянишникова. 1880-е гг.

Нижнетагильский художественный музей изобразительных искусств

Итак, лен запирает нежить, отгоняет нечисть, а с нелюдью вступает в некий договор. В Белоруссии его считали оберегом от волков (которые в народных верованиях выступали в благой роли – были свитой святого Юрия-Егория и так далее, о чем подробно сказано в «Славянских мифах»). По этой причине любые ткацкие инструменты, взятые взаймы, возвращали с прядью льна – это должно было охранить скотину от волков. Особенно показателен обычай на день святого Николы приносить жертвы волку в церковь (!) – и этими жертвами являются лен и конопля. В данном случае идея установления связи между человеком и волком понимается буквально.

По белорусским же поверьям, лен помогает взаимодействовать с покойными: чтобы их увидеть, надо смотреть через льняной пояс, свернутый в кольцо. Это позволяет еще лучше понять обычай ставить зеркало во время беления льна: «Смотрись, белись и в зеркало глядись». С одной стороны, здесь отражены идеи нарядной одежды, женской красоты, с другой, зеркало – это еще и способ коммуникации с миром мертвых, с которыми у льна тесная связь.

Иллюстрация Ивана Билибина к «Сказке об Иване-царевиче, Жар-птице и о сером волке».

Сказка об Иване-царевиче, Жар-птице и о сером волке / Рисунки И. Я. Билибина. – Санкт-Петербург: Издание Экспедиции заготовления государственных бумаг, 1901

Обратим внимание на магическую равнозначность семян льна (при осыпании), созревшего растения (как жертвы волку) и просто упоминаний льна (при отгоне нечисти). Такова сила этого растения, что физическое ее воплощение