Экономика городов - Джейн Джекобс

роста. Но я намерена доказать, что трудности, связанные с проживанием в больших городах, являются необходимым условием экономического развития и что именно благодаря своим «порокам» мегаполисы столь ценны для экономики. Я подчеркиваю, что большие города играют важную роль в экономике не вопреки, а благодаря своей неэффективности и бесполезности. Теперь, когда мы уяснили, каким образом на основе старых видов деятельности возникают новые, мы в состоянии понять данный парадокс.

Конфликт между эффективностью и развитием

Если бы нам было нужно измерить уровень экономического развития города, мы не смогли бы это сделать, основываясь лишь на оценке объемов производства за один год или за несколько лет. Скорее нам пришлось бы определить, какое количество новых видов деятельности возникло на основе старого производства в течение определенного периода времени, а также установить соотношение новых и старых видов деятельности. Для того чтобы измерить уровень технологического развития, нам пришлось бы сопоставить данные о количестве новых видов товаров и услуг, возникших в различные периоды времени, с аналогичными данными, полученными для различных городов.

Предположим, что весь объем работы, выполненной в Бирмингеме в течение одного года — скажем, в 1840 году, — был суммирован и выражен в денежном эквиваленте. Спустя десять лет, в 1850 году, статистики могли бы, проделав то же самое, оценить весь объем работы, выполненной за год, но при этом они отдельно оценивали бы товары и услуги, которые не производились в Бирмингеме в 1840 году. Соотношение стоимости этих новых товаров и услуг и общей стоимости товаров и услуг, произведенных в Бирмингеме десять лет назад, дает процентное значение темпов технологического развития за десять лет.

В 1860 году статистики могли суммировать стоимость товаров и услуг, которые появились в городе после 1850 года, и затем определить их процентное отношение к объему всех товаров и услуг, произведенных в 1850 году. Итоговым результатом будет показатель темпов технологического развития за 1850–1860 годы. И так далее, десятилетие за десятилетием. Если бы в свое время такие данные были получены для Бирмингема и Манчестера, то стало бы ясно, что уровень технологических разработок в Бирмингеме стабильно высок, а в Манчестере — стабильно низок. Для современников было бы очевидно, какой город действительно может претендовать на звание города будущего.

Но, разумеется, такие измерения тогда не проводились, как не проводятся они и в наше время. Однако даже результаты общих статистических исследований экономики городов позволяют нам сделать определенные выводы относительно темпов их экономического развития. Для Гонконга данный показатель, безусловно, был бы фантастически высок; равно как и для Токио, и вообще для большинства городов современной Японии, в отличие, скажем, от большинства английских или американских городов. Разработчики планов экономического развития в СССР сетуют на то, что новые виды деятельности возникают преимущественно в Москве, в меньшей степени — в малых и средних городах, страдающих от неполной занятости рабочей силы. Хараппа и Мохенджо-Даро в начальный период своей истории развивались высокими темпами, которые впоследствии снизились до нуля и оставались на этом уровне в течение последних пяти-шести веков их существования, времени стагнации и упадка. Детройт имел высокие темпы технологического развития большую часть своей истории, в том числе и в тот период, когда в нем бурно развивалась автомобильная промышленность. Однако после 1920 года темпы этого развития неуклонно снижались. Детройт во многом повторял судьбу Манчестера. В конце 1940-х годов в Бостоне, после полувекового периода, отмеченного низкими темпами технологического развития, начался бурный рост наукоемких отраслей промышленности. Развитие новых отраслей, безусловно, нашло бы свое отражение в показателях технологического развития Бостона, полученных для 1940–1950 и 1950–1960 годов, но это вполне могло оказаться лишь временным подъемом. Возможно, темпы развития Бостона по-прежнему высоки, но, боюсь, что это уже не так. В противном случае довольно высокий уровень технологических разработок и создание новых товаров и услуг благотворно сказались бы на современном состоянии экономики Бостона.

Начиная примерно с 1800 года, темпы технологического развития Нью-Йорка были чрезвычайно высокими и оставались такими в течение 120–130 лет. Маловероятно, что и теперь они столь же высоки, поскольку мы видим слишком много фактов, свидетельствующих об обратном: несомненное снижение абсолютного числа предприятий в Нью-Йорке; постоянный рост числа безработных и занятых на неполный рабочий день среди малоимущих категорий населения; поразительный рост объемов непроизводительной деятельности городских административных структур, занимающихся увеличением занятости; все большая зависимость распределения дефицитных рабочих мест среди выпускников школ и колледжей от деятельности административных структур; нехватка новых производств, способных компенсировать потерю старых; непреодолимое стремление воспроизводить привычные методы работы, несмотря на очевидную ошибочность такого подхода; нехватка капитала для целей развития, что необходимо для создания новых товаров и услуг, при одновременном избытке капитала, направленного на разрушение старых предприятий и рабочих мест, а также огромных объемах вывезенного капитала. Все это классические признаки гибели экономики большого города, и их наличие в Нью-Йорке означает, что за прошедшие несколько десятилетий темпы технологического развития, некогда высокие, резко снизились и их снижение продолжается.

Каждый город может испытывать резкие изменения темпов технологического развития. Даже Манчестер сталкивался с этим; в течение короткого периода, когда в городе только создавалась новая текстильная индустрия, темпы его развития были высокими. Способность экономики города удержать заданный темп позволяет предотвратить инфляцию и обеспечить процветание в будущем. Однако мало кто понимает необходимость поддержания таких высоких темпов технологического развития, как нет понимания и того, что эффективность не является критерием процветания. Сотрудники строительных департаментов города Нью-Йорка искренне полагают, что работают на благо городской экономики, сокращая общее количество различных предприятий ради повышения эффективности тех, что остались. Один из этих сотрудников с гордостью рассказывал, причем делал это неоднократно и публично, что в ходе застройки нижней зоны Ист-Сайда на каждый новый большой магазин, одобренный и включенный в генеральный план, приходилось в среднем по сорок старых небольших магазинов, снесенных во время расчистки территории. По его мнению, таким способом повышается эффективность городской экономики. Разумеется, нижняя зона Ист-Сайда, некогда демонстрировавшая поразительные темпы технологических разработок, теперь превратилась в экономическую пустыню. Однако сотрудник департамента прав в том, что большие магазины, располагающиеся в этом районе, работают с большей эффективностью.

Но разве экономика города не может быть высокоэффективной и разве не может город добиться превосходных результатов в создании новых товаров и услуг? По-видимому, нет. Условия, обеспечивающие разработку новых технологий, и условия, необходимые для эффективного производства и распределения уже изобретенных товаров и услуг, не только различны, но, в большинстве случаев, диаметрально противоположны. Рассмотрим несколько примеров.

Уход работников — особенно высококвалифицированных работников —