Экономика городов - Джейн Джекобс

Для крупных строительных фирм наиболее эффективным вложением средств является возведение однообразных массивов типовых зданий; для архитекторов — проектирование таких зданий. Строительство огромных жилых кварталов более эффективно, чем строительство небольших кварталов, поскольку в первых меньше перекрестков и движение автотранспорта более рационально организовано; при меньшем количестве улиц меньше средств уходит на их уборку и эффективнее распределяются коммунальные услуги.

Действительно, многочисленные малые предприятия уже самим фактом своего существования входят в противоречие с эффективным развитием крупных и устойчивых городских предприятий. В редакторской статье студенческой газеты Колумбийского университета еще в феврале 1964 года — более чем за четыре года до взрыва студенческих протестов, вызванных, среди прочего, планами расширения университета и строительства новых зданий, — сообщалось: «В первоначальном четырехугольном кампусе… университет представлял собой «мертвый центр», состоявший из учебных корпусов, отделенных от соседних кварталов и никак не связанных с их жизнью. Но этот центр был совсем небольшим… По мере расширения территории кампуса разрасталась и центральная зона. План застройки предполагал возведение новых объектов как можно ближе к старым. Оправдывалось это удобством объединения учебных и административных помещений (то есть эффективностью работы администрации университета. — Дж. Дж.). Но с расширением территории университета… стали исчезать магазины и объекты сферы услуг… Уменьшение разнообразия в жизни сообщества подрывает само его существование… Отсутствие магазинов и предприятий сферы обслуживания создает еще одну проблему. С исчезновением старых зданий студенты лишаются многих удобств, например хороших ресторанов или прачечных, возместить которые очень нелегко».

Самим фактом своего существования мелкие фирмы, оказавшиеся на пути университета, вступали в конфликт с планами его эффективного развития — разумеется, университета не как сообщества студентов и преподавателей, а как административного учреждения. Но в этом-то и суть: именно администрация определяет, что является эффективным развитием университета, а что нет.

Существует еще одна причина, по которой мелкие фирмы мешают эффективному развитию крупных предприятий. Для таких предприятий выгодно иметь принадлежащие им «промышленные поселки», потому что их население будет вынуждено работать на предприятии, не имея других возможностей заработка. Но это не способствует экономическому росту. Данное противоречие также сказывается на способности работников создавать новые виды деятельности. С точки зрения эффективности производства рабочие, обученные выполнять определенные технологические операции и хорошо делающие свое дело, должны выполнять эту работу так долго, как это требуется. Но с точки зрения экономического развития ценность работника, владеющего определенными навыками, определяется его способностью создавать что-то новое, некие дополнительные направления деятельности. Разумеется, в своих попытках создать новое такой работник вполне может потерпеть неудачу.

Соответственно, одна из социальных предпосылок экономического развития заключается не в том, насколько индивид способен изменить свое социальное положение и отказаться от работы, которую выполняли его предки, ради другого вида деятельности. В большей степени экономическое развитие определяется способностью индивида радикально изменить свою собственную деятельность и свое собственное социальное положение в течение своей трудовой жизни. Это не то же самое, что иметь возможность обучиться уже существующим видам деятельности и продвинуться на этом поприще, хотя само по себе такое движение выглядит движением наверх. Китай в течение долгого периода стагнации служил примером институционального воплощения социальной «охоты за талантами». Юноши из бедных крестьянских семей, обладавшие исключительными способностями, могли соревноваться за право занимать престижные должности в бюрократической системе или высшие позиции в экономике Китая, а следовательно, войти в высшие слои китайского общества. С точки зрения экономического развития эта гонка была бессмысленна, поскольку одаренные юноши просто меняли один твердо установившийся вид деятельности на другой.

Конечно, все те условия, которые способствуют повышению эффективности городских предприятий, не противоречат условиям развития экономики в целом. Большие города служат рынками для множества товаров. Как мы увидим в следующей главе, даже малый город может стать относительно большим рынком сбыта для определенных видов продукции. Насыщенный рынок сам по себе эффективен. Главная характеристика этого рынка — насыщенность товарами и услугами — позволяет небольшим, узко специализированным, слабым предприятиям, выполняющим фрагментарную работу и часто дублирующим друг друга, работать с низкой эффективностью и все же нередко добиваться больших успехов. Но несмотря на это, с моей точки зрения, условия, способствующие эффективной работе городских предприятий, противоречат условиям, необходимым для успешного технологического развития.

Непригодность больших городов для жизни

Размеры городской территории — вещь относительная. То, что кажется большим в один период истории, в другой представляется совсем не большим. Город, который считается большим для своего времени, всегда несет в себе множество неразрешимых проблем, поскольку его размеры многократно усиливают масштабы трудностей, с которыми сталкиваются его предприятия в тот или иной период времени. В современных американских мегаполисах примерами таких хронических, неразрешимых и наиболее острых проблем являются загрязнение воздуха и чрезмерная зависимость от автомобилей. Но если вернуться в конец XIX века, то мы увидим, что в те времена главными проблемами больших городов, еще не знавших электричества, были высокий уровень детской смертности, огромное количество беспризорных детей, переизбыток гужевого транспорта, с мухами и запахом конюшен, с улицами, покрытыми конским навозом. Летом жители больших городов страдали от невыносимого зноя, от которого негде было укрыться. Такие города показались бы нам малопригодными для жизни, и они такими действительно были.

Точно такими же непригодными для жизни стали города в IV или V тысячелетии до н. э., когда численность их населения значительно превысила запасы воды, которые обеспечивались за счет близлежащих ручьев и родников. Неслучайно первые инженерные проекты были связаны с водопроводными сооружениями. В основе представлений о том, что земледелие возникло до появления городов, лежит другое представление — что без земледелия жизнь в городах была бы невозможна. Безусловно, это так. В многолюдных поселениях охотников и собирателей нехватка продуктов и голодные годы должны были быть страшным испытанием. Точно такими же малопригодными для жизни были европейские города в X и XI веках. Их население — необычайно большое по тем временам — жило преимущественно за счет урожаев культур, выращиваемых на землях, непосредственно примыкавших к городским стенам, а также в городских садах. Соответственно, с точки зрения горожан считалось крайне непрактичным забрасывать эти земли и сады или не использовать их в течение нескольких лет, как поступали с истощенными землями в слабозаселенной сельской местности и в поместьях феодалов. Столь же неудобными для жизни были города эпохи Возрождения: они столкнулись с проблемой резкого увеличения поголовья тяглового скота в то время, когда европейцы еще не научились выращивать кормовые культуры.

Одна из постоянных проблем связана с хранением продуктов питания и предотвращением их порчи. По