Псих. Расплата. - Павел Барчук

злая. Я резко захотел стереть эту довольную усмешку с красивого лица Штиль. Не Даром стереть, а именно руками. Физически. Женщин бить нельзя, так-то. Но это была не женщина в полном смысле слова. Это был чёртов киборг, который спокойно меня метелит и ещё глумится до кучи.

Рванул вперёд. Расстояние между нами сократилось за долю секунды — теперь моё тело хотя бы стало быстрее. Замахнулся, целясь одарённой в челюсть.

И тут же понял, что промахнулся мимо всего сразу.

Штиль просто не оказалось там, куда я бил. Она качнулась в сторону, позволила мне пролететь мимо, поймала за запястье и легонько потянула в ту же сторону, куда я и без того нёсся по инерции. Этого хватило. Меня развернуло, повело, и пол снова оказался слишком близко.

Приложился боком, хорошо так приложился. Воздух вышел из лёгких с громким хеканьем.

— Второй пошёл, — почти ласково произнесла темноволосая где-то надо мной.

Перевернулся на спину, полежал пару секунд, тупо пялясь в потолок. Он был далеко, лампы горели ровным холодным светом. Одна мысль всё-таки пробилась сквозь злость — хорошо хоть тут никто не снимает. Не хватало ещё, чтобы вся Конфедерация любовалась, как новоиспечённого телепата возят мордой по матам.

— Вставай, малыш. — Штиль присела рядом на корточки. От её близости стало неуютно. Она, в отличие от меня, дышала ровно, даже не запыхалась, зараза. — Слушай, ты собираешься хотя бы пару раз меня шлёпнуть? Люблю, когда мужчина доминирует.

— Считай, тебе сегодня разрешили быть главной, — буркнул я в ответ.

Штиль рассмеялась. Пожалуй, это был настоящий, искренний смех.

Она склонила голову набок и принялась разглядывать меня, как товар на витрине.

— Знаешь, что забавно, малыш? Аркаша отправил тебя именно ко мне.

— И что тут забавного? — мрачно поинтересовался я, вставая на ноги.

— А то. — Штиль тоже поднялась, сделала шаг назад. При этом продолжала с улыбкой пялиться на мою мрачную рожу. — Понимаешь, Апогей ни в кого просто так не вкладывается. Ни силами, ни ресурсами, ни временем. Совсем. Я его очень хорошо знаю. И если он вдруг начинает возиться с кем-то лично, тратить своё время, приставлять учителей, значит, ему от этого кого-то очень сильно что-то нужно. Именно ему, понимаешь?

Одарённая посмотрела мне в глаза.

— И речь сейчас не о том, что мы обсуждали в бассейне. Я говорю о конкретных интересах самого Апогея, — закончила она.

Сказала легко, между делом, с той же насмешкой, с какой рассуждала про доминирование. Будто несёт ерунду, просто трепется.

«Так-так-так…. — тихо протянул Мозгоед. — Сучка, похоже, догадывается, что наш красавчик радеет не только за интересы всей Девятки».

— И что же ему от меня нужно? — спросил я, отряхивая штаны.

— А вот это, малыш, самый главный вопрос. — Штиль отвернулась и неторопливо пошла к груше, на ходу перематывая сбившийся бинт. — Только я его, например, задавать не буду. Думаю, Аркашу моё любопытство разозлит. А я, знаешь, не люблю, когда он злой. Тогда доминирование перерастает в откровенное БДСМ. Но ты…

Она обернулась через плечо:

— Ты можешь ненароком, невзначай попытаться выяснить истинные мотивы нашего предводителя. — Брюнетка остановилась, ударила по кожаному боку груши. — Иди сюда. Будешь отрабатывать удары на предмете. Ты не только до ринга не дорос, но и до спарринга.

«Она что-то знает?» — спросил я мысленно Мозгоеда.

«Нет, — ответил телепат. — Но чувствует двойное дно в аркашином плане. Интереснее другое. Ты заметил, что при Апогее наша красотка демонстрирует раздражение в твою сторону, а наедине пытается наладить контакт?»

«Контакт? — истерично хохотнул я про себя. — Ты называешь это попыткой наладить контакт? Серьёзно? По-моему, она только глумится и всячески меня доводит».

«Поверь мне, Штиль сейчас ведёт себя с тобой как очень хорошая девочка», — хмыкнул Мозгоед.

«И ты, конечно, снова не помнишь, откуда так хорошо знаешь членов Девятки?»

«Ясен хрен», — невозмутимо ответила телепатическая пиявка и примолкла.

Как выяснилось, спарринг был только разминкой. Разогревом перед основным блюдом.

Следующие два часа Штиль гоняла меня так, что к концу тренировки я мечтал только об одном — чтобы она наконец снова начала меня бить. Хоть какое-то разнообразие.

Сначала одарённая заставила отрабатывать удары по груше. Не абы как, а правильно — с разворотом корпуса, с переносом веса, чтобы сила шла от бедра, а не от плеча.

Первые минут двадцать лупил по чёртовому кожаному мешку так, что сбил костяшки в кровь. Брюнетка стояла рядом, придерживала грушу и лениво комментировала каждый мой косяк. А косячил я часто. Оказалось, попасть кулаком туда, куда целишься, если ты одарённый, — целая наука. Потому что меняющееся тело вкладывало в удар втрое больше, чем рассчитываешь.

Потом были уклонения. Штиль просто кидала в меня мячи. Обычные теннисные мячики, целую корзину. Кидала быстро, зло, стараясь непременно попасть в лицо. Моей задачей было уворачиваться от ударов, не сходя с места.

Думаю, можно не уточнять, что первую сотню мячей я собрал собственной физиономией. Ко второй сотне начал что-то соображать. Тело училось быстрее, чем голова, — корпус реагировал сам собой, башка без подсказки и участия мозга уходила вправо или влево. Когда начали пятую корзину, я пропускал уже примерно один бросок из пяти.

Дальше была работа ног. Челночный бег между конусами, приставные шаги, прыжки. Штиль хлопала в ладоши, задавая ритм, и с каждой минутой ускорялась. Ноги горели. Лёгкие горели. Всё горело. А ещё я люто её ненавидел. Даже начал опасаться, как бы мой Дар не вышел из-под контроля и брюнетке не прилетел бы нехилый такой ментальный удар. Было бы неловко.

Финалом тренировки стала полоса препятствий в дальнем конце зала — та самая, с бетонными блоками и кусками арматуры. Брюнетка гоняла меня по ней без перерыва, засекая время. Первые раз пять я собрал все препятствия всеми частями тела. К последним — начал попадать в проёмы, куда надо, а не куда получится.

«Смотри-ка, — прокомментировал Мозгоед где-то на седьмом круге. — Организм-то приспосабливается. Ещё пару таких дней, и будешь скакать как блоха. Тело хотя бы начнёт слушать команды мозга, а не ломиться вперёд».

Я на комментарии телепата вообще перестал отвечать. Не было сил. Дышал, как загнанная псина.

Отпустила меня Штиль, наверное, часов в пять. Точнее не скажу — часов в зале не наблюдалось, а спрашивать не хотелось. Просто в какой-то момент брюнетка махнула рукой, бросила короткое «на сегодня