Зов Юкона - Роберт Уильям Сервис

бизоньи узнаю

В Земле Ондатры, в том краю!

В Земле Ондатры ленты рек

И тундру небеса объяли.

Каноэ правя, человек

В мечтах весь мир пошлет подале.

Зажжем костры, живя в раю —

В Земле Ондатры, в том краю!

IV

Мечтал и путешествовал я с ней,

Моей вольнолюбивой королевой,

И персиковы небеса ночей

Нас покрывали как Адама с Евой.

Но Север, Север нас манил, суров,

На белый гребень мира, в царство льдов.

Достигли с ней мы Арктики границ,

У моря жили в эскимосском крае,

Мех продавали норок и куниц,

Всегда с беконом, при муке и чае,

Уютно жили, с местными дружа.

Как вдруг – Зима, что как удар ножа.

V

Но почему был так зловещ и колок

Мороз, что брал хворобой до костей?

Проснулись – видим: опустел поселок,

И мы одни, одни остались с ней.

Она с улыбкой глянула мне в очи,

Смеясь над ужасом в их глубине,

Над мороком смеясь кромешной ночи.

Вернувшись в дом, она сказала мне:

«Мой милый, ночь пройдет, зимы не станет,

Весна придет, и солнце, солнце встанет!»

VI

Бог создал сердце золотым,

   Дал свет ему благой,

Облек покровом неземным

   И всё назвал – Тобой.

Бог розе запах дал и цвет,

   А птахе – песню дня,

Но Сердцем – лучше дара нет —

   Он наградил меня.

VII

В те дни, как солнце, озаряли дом

Сквозь мрак ее живящие лучи;

Мы с ней болтали у костра вдвоем

Под пологом чудовищной ночи.

Нас вдохновляли хриплый волчий вой

И голая арктическая даль,

Мы, сдавленные тьмой и тишиной,

Любили так, что выразишь едва ль.

Душа с душою, с духом слился дух

В полярной тьме, где всё мертво вокруг.

VIII

Как только ночь не устрашала нас!

Она бодрилась, солнца вся полна.

Но что за бледность? свет в лице погас.

И постигаю с ужасом: больна.

По снегу я в агонии блуждал,

Бесчувственным молился небесам,

Рыдал и ползал, проклинал, и встал:

«О Солнце сердца! Смерть приходит к нам!»

IX

И Солнце умерло на Рождество.

На Рождество я потерял любовь…

Склонился я над нею. Ничего —

Ни слез, ни стона, ни молитвы слов.

И слышу шепот: «Милый, звал меня?

Пусть Смерть пришла, я не покину плоть,

Останусь здесь с тобою в доме я,

Молюсь, чтоб то дозволил мне Господь!

Дождусь весны, и схлынет ночь пускай.

До света солнца… ты держись… прощай…»

X

Недели, месяцы без солнца я.

Бледны рассветы, как больной в чуме.

Так день за днем, во власти забытья,

Бессмысленно живу в кромешной тьме.

Я тоже болен; как вампир, недуг

Тепло и силы из меня сосет.

У огонька я мерзну, а вокруг —

Желанный холод, постоянный лед:

Они, они предотвратят распад,

Мне красоту любимой сохранят.

XI

Она в гробнице ледяной

Спит, как в пещере соляной.

Лед – мрамор, блещущий в ночи;

Пред ней мерцают две свечи,

Она под мехом горностая.

Ей руки и глаза лобзая,

«Вернись, Любовь, – так день за днем, —

Сюда, в свой дом, в скудельный дом!

Ответствуй ласке и любви,

Приди в объятия мои.

Я чувствую, ты здесь со мной.

Глаза, любимая, открой.

Порви ты сети хоть на миг,

Пусть засияет снова лик.

Я ждать устал; угрюма мгла;

Вернись, Любовь, и будь светла!»

XII

Той ночью, верно, был умом я плох,

Над ней молиться было нелегко,

Но вдруг видение послал мне Бог:

Глаза ее открылись широко.

Должно быть, сон. Исполнившись надежд…

Нет, это от свечей неверный блик,

Не разомкнуть ее сомкнутых вежд

(Мне радость сердце обожгла в тот миг).

Нет, сдвиг мозгов, себе я говорю.

Но этой ночью всё же повторю!

XIII

То был не сон; я понял, что Любовь

За частоколом Смерти в ней живая.

Я бденье совершал над нею вновь

И звал ее, дыханьем согревая.

Вдруг перемена: каждая щека

Румянцем чистой розы запылала;

Восторг взыграл, как в оттепель река;

Вот разомкнулись уст ее кораллы,

Согнулись руки, чтоб ко мне прильнуть,

Раскрылись васильковые глаза —

Любовь такая в них смогла блеснуть,

Как солнце, если отгремит гроза.

«Останься, Солнце, нет, не уходи!» —

Я лепетал, но вдруг, в единый миг,

Она простерлась с холодом в груди —

Вернется ночью, твердо я постиг.

И как из ножен извлекают меч,

Так Смерть спешит из тела дух извлечь.

XIV

И сейчас, когда пишу,

Знаю: здесь она и ждет.

Ночью счастьем я дышу,

Как любимая придет,

Заключу ее в объятья,

Буду жарко целовать я.

Мне приснилось: с горных круч

Мягкий свет пролился вдруг,

Словно лунный камень, луч,

Растопил он снег вокруг.

Это солнце? На снегу

Я его узреть смогу!

О, коралловый рассвет,

Отсвет на небе шафранный!

Призрак, бледный силуэт,

Пляшет там, где снег туманный.

Груды туч в моем мозгу.

Видеть солнце я смогу!

Вы, кто нас найдет потом,

Жалость в грудь вольется к вам;

Закопайте нас вдвоем,

Солнце светит нашим снам.

Когтем ночь в моем мозгу.

Видеть солнце я смогу!

XV

О Солнце! Наконец! Я эти строки

Пишу рукой