300 дней взаймы. Часть 2 - Алексей Хренов

участке столько ям, что дед впервые остался доволен сезонным работником. Он просто не знал, что примерно половина этих сельскохозяйственных мероприятий проводилась в интересах Банка Англии.

На третий день вместе с обедом дед принёс ещё и сложенный вчетверо лист бумаги. Лёха развернул его.

На одной стороне было несколько строк от дона Руссо. Человек нашёлся. Сообщение передаст один раз. Ответ принять не сможет. Стоимость услуги — пятьдесят фунтов.

На обороте бумажки находилась таблица азбуки Морзе.

Лёха перечитал первую сторону ещё раз.

— Пятьдесят фунтов за одну передачу?

Дед пожал плечами. Мол, твоё дело.

— Недорого, англичанин.

В этом слове, судя по всему, содержалось исчерпывающее объяснение местной системы ценообразования.

Вечером Лёха зажёг свечу, положил перед собой таблицу и приступил к работе.

Очень быстро выяснилось, что азбука Морзе замечательно выглядит в кино, когда специально обученный человек с напряжённым лицом стучит пальцем по ключу. Когда же тебе самому приходится искать каждую букву в таблице и аккуратно превращать слова в точки и тире, романтики становилось заметно меньше.

Через час Лёха уже искренне ненавидел Морзе.

Через два — заодно и Белла, который придумал телефон значительно позже, чем нужно.

Текст он сократил до предела:

«39-Й КОМНАТЕ. ПОРКО РОССО ЖИВ. ПОРКО РОССО ЖИВ. БАГАЖ В ПОРЯДКЕ. СВЯЗИ НЕТ. СКОРО ВЕРНУСЬ. СБРОСЬТЕ ПОСЫЛКУ. МУССОМЕЛИ. ТРИ ОГНЯ ТРЕУГОЛЬНИКОМ. В ГИБРАЛТАРЕ ИДИОТЫ».

После чего ещё два часа переводил собственное произведение в длинные строчки точек, тире и разделителей.

К полуночи перед ним лежало несколько исписанных листков, которые выглядели как предсмертная записка очень нервного дятла.

Лёха проверил всё ещё раз, сложил бумаги и отдал деду.

— Передай дону Руссо.

Старик кивнул и сунул листы за пазуху.

Лёха достал большую банкноту в пятьдесят фунтов.

Дед посмотрел на деньги с заметно большим уважением, чем на результаты четырёх часов умственного труда.

— И это тоже для дона Руссо.

Теперь оставалось выяснить, насколько внимательно на Мальте слушают эфир и насколько хорошо там понимают сицилийских свиней.

На следующий день Флеминг и Годфри стояли над радиограммой с Мальты. Оказалось, что эфир там слушали с поразительной ответственностью.

Адмирал дочитал до конца и ткнул пальцем в последнюю строчку.

— Тут я вынужден согласиться с Коксом.

Флеминг ещё раз просмотрел текст.

— Значит, жив. Деньги тоже. И, похоже, он уже нашёл передатчик.

— А вместо эвакуации требует посылку, — заметил Годфри. — Очень на него похоже.

Он немного подумал.

— Хорошо. Частоты, часы приёма, шифровальные таблицы. Что ещё ему может понадобиться?

— Свежая газета?

Адмирал хмыкнул.

— Логично, чтобы был уверен, что за эти несколько дней мы ещё не проиграли войну. Кладите смело.

В тот же вечер на Хал-Фаре начали готовить к вылету один из «Свордфишей» 830-й эскадрильи. В передней кабине сидел пилот, в задней — прекрасно известный читателю суб-лейтенант в годах по фамилии Граббс, которому опять выпало счастье участвовать в мероприятии, организованном Коксом с большого расстояния и без предварительного согласования.

На коленях у него лежала карта центральной Сицилии, а под ногами — небольшой брезентовый мешок с парашютом.

— Муссомели, — пробормотал Граббс, в очередной раз сверяясь с картой. — Конечно. Почему бы ему не оказаться ровно посредине этой сраной Сицилии?

«Свордфиш» пересёк побережье и полез над тёмными горами.

Искать ночью небольшой сицилийский город оказалось занятием, мало уступавшим по увлекательности поискам двух утонувших «Харрикейнов». Граббс уже начал подозревать, что фраза про идиотов в Гибралтаре была не сообщением, а диагнозом всей британской военной авиации, когда далеко впереди показались три слабые точки.

Он приник к борту.

Три огня действительно образовывали треугольник.

— Нашёл!

Пилот снизился, прошёл над полем, развернулся и зашёл ещё раз.

Внизу кто-то отчаянно махал руками.

— Это Кокс, — уверенно определил Граббс. — Другому дебилу не придёт в голову махать британскому самолёту посреди Сицилии.

На втором проходе он вытолкнул мешок за борт, старательно целясь в голову махавшего.

Белое пятно парашюта на мгновение мелькнуло в темноте и исчезло.

«Свордфиш» качнул крыльями, развернулся на юг-восток и стал набирать высоту.

Дед долго смотрел вслед самолёту.

— Улетели твои.

— Так и было задумано.

Лёха посмотрел в темноту, куда совершенно бесследно провалился мешок.

— А вот с посылкой пока сложнее.

Искали почти час. Потом дед высказал своё нелицеприятное мнение о криворуких англичанах, сообщил, что нормальные люди по ночам спят, и отправился в сарай.

Мешок нашёлся рано утром.

Причём первым его обнаружил осёл.

Он стоял возле дальней каменной ограды и с большим интересом жевал край белого парашюта.

— Отдай, зараза! — Лёха самоотверженно вступил в борьбу с наглым вьючным животным.

Осёл настаивал на своём праве нашедшего.

После короткой, но содержательной дискуссии о собственности Лёха всё-таки отобрал ценное имущество и через час вместе с дедом прискакал в дом дона Руссо.

Дон присутствовал при вскрытии лично.

Оружия внутри не оказалось.

Сверху лежал номер «Times of Malta», правда, уже не вполне свежий по мальтийским меркам. Под ним нашлись сигареты, шоколад, несколько аккуратно запечатанных конвертов и пачка тонких листов.

Лёха разложил их на столе.

Частоты.

Время сеансов.

Позывные. Кодовые обозначения кораблей, аэродромов и ещё миллиона важных объектов.

Таблицы для шифрования сообщений.

Короткая инструкция требовала пользоваться каждым ключом только один раз, после чего уничтожать его.

Руссо долго смотрел на бумаги, потом перевёл взгляд на Лёху.

— Я отправил твоё сообщение, и через день с Мальты прилетел самолёт. Со свежей газетой⁈

Дон Руссо ещё раз посмотрел на раскрытый мешок.

Пятьдесят фунтов, которые он до сих пор считал главной убедительной частью рассказа англичанина, внезапно потеряли значительную часть своего величия.

Лёха взял газету и с интересом стал читать новости.

— Ага, это и называется цивилизация.

Глава 15

Честнейший человек, этот Хренованни

Конец ноября 1940 года. Сицилия.

К полудню выяснилось, что британская цивилизация состояла не только из газет, шоколада и сигарет.

Дон внимательно изучил остальные бумаги.

Газета его интересовала заметно меньше. Частоты, позывные и страницы, испещрённые группами букв и цифр, Руссо изучал долго. Проверил оборот, нахмурился, перевернул лист вверх ногами и попробовал ещё раз.

Лучше не стало.

Дон обладал множеством полезных качеств, благодаря которым люди в округе предпочитали с ним соглашаться, но свободное чтение английских шифров в их число не входило.

— Это читать надо?

Вопрос был правильный.

Лёха со вздохом отложил газету и придвинул к себе бумаги.

— Нужен человек грамотный. Терпеливый. Чтобы не путал цифры, умел молчать и чтобы ты доверял ему полностью.

Руссо ещё раз посмотрел на лист.

— Кончитта!

Через минуту появилась племянница и вопросительно посмотрела на дядю. Сегодня она была без передника, в