Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

Бо – признанный и ярчайший гений в истории китайской литературы. Наивысшую похвалу его поэзии высказал великий Ду Фу:О Ли Бо!Совершенство твоих стиховИ свободнуюМысль твоюЯ по стилюС Юй Синем сравнить готов,С Бао ЧжаоТебя сравню.[103]

Стиль поэзии Ли Бо одухотворенный и свободный, начав читать его стихи, остановиться очень сложно – хочется наслаждаться еще и еще. Лирика Ли Бо наполнена особым духом, ему трудно противиться, поэтому оставить любое из стихотворений недочитанным просто невозможно. Нечасто я встречал подобное у других поэтов; в эпоху Тан, да и в последующую тысячу лет творчеству Ли Бо высказывалась только похвала и почти не было критики.

5. Поэзия Ду Фу

Ду Фу – это великий поэт, которого уже более тысячи лет упоминают в паре с Ли Бо. Однако несмотря на это их лирика очень разная: стихи Ли Бо возвышенны и свободны, Ду Фу – глубоки и сильны. Также заметны отличия в ритме, например у Ли Бо мало семисловных уставных стихов (люйши), Ду Фу же нередко прибегал к такому способу. Избавившись от оков строгих правил просодии, поэзия Ли Бо пустилась в свободный танец, а поэзия Ду Фу, хоть и искусного в уставных стихах, осталась несколько скованной. Оба они, без сомнений, достигли невероятных высот в стихосложении, но я должен сказать, что в истории литературной критики Ду Фу часто приходилось сталкиваться с неодобрением, а вот нарекания в адрес Ли Бо единичны.

6. Стихотворения цы последнего императора Южной Тан Ли Юя (Ли Хоучжу)

До наших дней дошло лишь тридцать стихотворений цы Ли Хоучжу. Его творчество можно разделить на два периода: ранний, когда он еще был императором небольшого царства к югу от Янцзы, и поздний, когда Южная Тан уже сдалась Сун. Именно тогда им были созданы те немногие цы, каждое из которых – несомненный шедевр. Для цы характерен простой и чистый язык без излишних украшений. Классические сюжеты в них не используются, а слова напоминают обычную разговорную речь, понятную всем и каждому. Так же легко воспринимаются основные образы этих стихотворений – печаль и скорбь, сотни и тысячи лет волнующие сердца людей. В истории стихотворений цы Ли Хоучжу, неудачливый как император, смог занять достойное место, и его творчество было высоко оценено литературными критиками. Однако я до сих пор не могу понять, почему Ван Говэй в своей книге «Разные суждения о поэзии жанра цы» сравнил его с Буддой.

7. Стихотворения и проза Су Ши

В Древнем Китае, восхваляя образованного человека и литератора, говорили, что он достиг высочайшего уровня в «трех превосходных» (сань цзюэ): стихотворениях ши, каллиграфии и живописи. Су Ши смог покорить «пять превосходных», то есть, помимо уже названных искусств, он также овладел прозой вэнь[104] и стихотворениями цы. Поэтому Су Ши совершенно заслуженно можно назвать гением в истории китайской литературы и искусства. Прочитав его стихотворения ши, не остается сомнений – он первейший поэт эпохи Сун, что же касается прозы, то он один из восьми корифеев эпох Тан и Сун[105]. Его узнаваемый стиль изложения серьезен и величественен. Также следует сказать, что Су Ши – первый из четырех мастеров каллиграфии эпохи Сун, за ним следуют Хуан Тинцзянь, Ми Фу и Цай Сян. В жанре стихотворений цы Су Ши смог избавиться от направления «изящных и нежных цы» (ваньюэ цыпай) и вместе с Синь Цицзи[106] стал родоначальником «свободных цы» (хаофан цыпай).

8. Стихотворения цы Налань Синдэ

После эпохи Сун поэзия цы пережила новый подъем в эпоху Цин. Появилось множество прекрасных поэтов, писавших в разных стилях, у каждого из них было свое непревзойденное очарование. Из всех этих сверкающих, будто звезды, авторов я люблю только Налань Синдэ. Он был сыном великого советника (дасюэши) Минчжу и вырос в богатстве и знатности, но в его сердце таились печальные думы, которые он изливал на бумагу. Я до сих пор не могу объяснить это, но в художественном отношении его стихотворения цы совершенны.

9. «Неофициальная история конфуцианцев» («Жулинь вайши») У Цзинцзы

Господин Ху Шичжи[107] очень высоко оценил «Неофициальную историю конфуцианцев», большим ее поклонником был Фэн Чжи. Я тоже очень люблю эту книгу. Очевидно, что основной идейный посыл этого произведения – борьба с системой государственных экзаменов кэцзюй, а примечательной особенностью является его художественность. У Цзинцзы писал вдумчиво и старался избегать ненужного многословия. Каждый из многочисленных персонажей книги имеет свои особенности характера, их образы – живые и яркие – предстают перед читателем благодаря точным описаниям автора. Подобное мастерство встречается очень редко.

10. «Сон в красном тереме» («Хунлоумэн») Цао Сюэциня

Это яркая жемчужина, сильнейший роман всех времен и народов. В подтверждение своих слов хочу напомнить, что ни один другой китайский роман не стал предметом столь многочисленных исследований, а вот красноведение[108] – это целое научное направление. В романе рассказывается о том, как одно богатое семейство приходит к упадку. Книгу отличает особая художественность, в ней множество персонажей: мужчины и женщины, старики и дети, хозяева и слуги, ремесленники и торговцы. Галерея портретов очень разнообразна. Иногда автор описывает персонажа всего лишь несколькими словами, но они подобраны так талантливо, что образ предстает перед читателем абсолютно живым и понятным. Читая эту книгу, невозможно не восхититься авторскими художественными приемами, а голословные утверждения, политизирующие роман, я считаю, совершенно неприемлемыми.

21 марта 2001 года

Столетний юбилей Шаньдунского университета

В этом году моей альма-матер, Шаньдунскому университету, исполнилось сто лет. Сначала я был здесь учеником, потом стал преподавателем и в общей сложности провел в этих стенах 75 лет своей жизни, а это, ни много ни мало, – три четверти от всего срока существования этого вуза. Боюсь, сейчас таких старожилов, как я, здесь почти не осталось. Пожалуй, мне стоит сделать небольшое пояснение. Сразу после окончания средней школы в 1926 году, будучи пятнадцатилетним юношей, я поступил в старшую школу при Шаньдунском университете. Ректором тогда был Ван Шоупэн, получивший степень чжуанъюаня[109] в эпоху Цин; некоторое время спустя он стал начальником департамента образования провинции Шаньдун. Как звали директора старшей школы, я запамятовал, кажется, он не особенно часто жаловал нас своим присутствием. Зато я хорошо помню, насколько меня поразила церемония поклонения Конфуцию. Она проходила в основном кампусе Шаньдунского университета, где собрались все ученики. Главные ворота, кажется, выходили на улицу Чжэнцзюэсыцзе. На территории старого кампуса находился источник Цзиньсяньцюань, от близлежащего источника Баотуцюань его отделяла стена. Теперь же этой стены больше не существует, ее разобрали, и знаменитые цзинаньские источники Баотуцюань, Цзиньсяньцюань и Шуюйцюань оказались на одной территории.

Церемонией поклонения Конфуцию в то время распоряжался