Русские в Азиатской Турции в 1854 и 1855 годах. Из записок о военных действиях Эриванского отряда - Михаил Доримедонтович Лихутин

с них хотя небольшую подать; иногда бегут в Россию, например во время войны, но редко, потому что в России, по соседотву, народонаселение гуще и свободных земель мало. Слабость правительств Персии и Турции не позволяет им учредить строгий полицейский порядок в пограничных областях и вообще надзор над курдами, а личные виды и интересы правителей этих областей заставляют их покровительствовать и скрывать переселение курдов. В затруднительных обстоятельствах, например во время войны, правительства прощают им прежние недоимки и преступления и стараются снова привлечь к себе, почти как союзников, и таким образом курды находят возможность сохранять некоторую независимость от властей и уклоняться от исполнения повинностей. Если же этого нельзя достигнуть переселением, то они часто прибегают к открытому бунту. Так как бо́льшее число курдов, весь Большой Курдистан, находятся в Турции, то чаще всего они бунтуют против турок, подымают оружие, собираются в большие полчища, дерутся с турецкими регулярными войсками и иногда бьют их. В особенности в настоящее время своей слабости турецкое правительство находится в необходимости прощать им многое и ласкать их. Курды все горцы и любят прохладные возвышенные места; неприступные хребты и ущелья, обитаемые ими, дают им еще более возможности отстаивать свою самостоятельность.

Курды подразделяются на многие отдельные общества или роды, говорящие все одним языком и управляющиеся независимо друг от друга старшими в роде или родоначальниками. У них нет никакой централизации и единства собственной власти, все родоначальники независимы друг от друга или могут быть независимы, – и это дает турецкому правительству возможность сеять между ними раздоры и легче справляться с ними. Если бы кто из родоначальников приобрел знаменитость и власть в своем народе, то стараются отстранить, подорвать и уничтожить его; иногда делают его пашою, осыпают милостями, вызывают в Константинополь, дают ему гарем, и он исчезает в роскоши, неге и забвении; если бы он не удовольствовался этим, то употребляют более крутые меры. Самые сильные и многочисленные племена, или общества курдов, живут в Большом Курдистане: Мокатцы, Гэкары, Бахтан, Изэды, подразделяющиеся на Рошанлы, Будыки и Баравы, и многие другие. Но мы не доходили до Большого Курдистана и не имели прямых сношений с его жителями. По мнению курдов Баязетского пашалыка, в Большом Курдистане находится не менее 500 000 семейств, из которых каждое может выставить по меньшей мере одного всадника.

Главные племена Малого Курдистана, с которыми мы имели близкие сношения и ходили по их кочевьям, то есть всего Баязетского пашалыка, северных частей Ванского и Мушского и южной части Карского пашалыков, южной части Эриванской губернии и персидских провинций – ханства Макинского и округа Аваджинского, ведут свой род от трех братьев: Махмута, Гейдера и Зеляна, и называются Джелали, Гейдеранлы и Зеляны. Эти племена подразделяются еще: Джелалинцы, на общества: Халыканлы, Саканлы, Гасан-анлы, Али-анлы, Быльхиканлы, Радыки и др., Гейдеранлинцы на Зорованлы и Адаманлы, а эти два последние на: Мукайли, Шамсиканлы, Касиканлы, Бадоянлы, Хамдыканлы, Башиманлы, Атасанаки, Малаянлы, Гамдыканлы, Шейх-Гасанлы, Лачакили, Акуби, Халисанлы, Торуп; и Зеляны на Маманлы, Баразанлы и другие, – подразделяющиеся вообще все на более мелкие общества, из которых некоторые управляются отдельно своими старшинами. В этих обществах состояло в Турции до 4000 семейств, и у них до 400 000 баранов, до 100 000 рогатого скота и до 20 000 лошадей; в Персии до 2000 семейств и в России до 300 семейств с пропорциональным числом разного скота. Кроме того, в Баязетском пашалыке кочевало еще до 100 семейств Изэды, выходцев из Большого Курдистана, и до 120 семейств тех же Изэдов, принявших магометанскую веру, ведущих свой род от Писиана и называющихся Писианлы, но более известных под именем Сепики или Сепикианлы, – и оседлых курдов разных обществ находилось в г. Баязете до 150 семейств, в г. Диадине до 70 семейств, в Караклисском санджаке (или Нагия) до 100 семейств, в Алашкертском санджаке до 300 семейств, в округе Халиаз и Антаб до 200 семейств, в Патносском санджаке до 100 семейств, и в Мелезгирдском санджаке до 200 семейств. Оседлые курды занимаются некоторые торговлей, некоторые хлебопашеством, но имеют баранов, рогатого скота и лошадей пропорционально не менее кочующих курдов. Вышеприведенные числа составлены из сведений, собранных от некоторых куртинских старшин, знакомых с своим народом, и хотя не могут быть точны, но могут дать некоторое понятие о тех племенах и обществах, которые живут ближе к нашим пределам и с которыми мы прежде всего должны иметь сношения и столкновения.

Все курды, за исключением Изэдов, магометанского исповедания, секты Омаровой, и хотя одной религии с турками, т. е. османлы, но разделенные от них языком, происхождением и интересами, не преданы турецкому правительству, а напротив, враждебны, как правительству, вышедшему из другого, господствующего, завоевательного племени османов, основавшего Турецкую монархию. Говорят, что Изэды были несториане, а теперь забыли свою религию; одноплеменники их, магометанские курды, укоряют их, что они не имеют никакой религии, оказывают наружное почтение всем и даже поклоняются черту. Я разговаривал с некоторыми Изэдами о вере их и убедился, по крайней мере, по тем, которых видел, что религиозные понятия их действительно очень неопределенны. У них нет духовенства, богослужения, церковных книг, ничего, что составляет Церковь; они почитают одинаково христианские храмы, святые места и святых угодников, если узнают о них; магометанские мечети и магометанских святых, и посещают как церкви, так и мечети; они не сознаются в поклонении черту, и без сомнения у них нет на это никаких обрядов, так же как вообще никаких обрядов для поклонения почитаемым им святыням других религий, но, вероятно, они оказывают почтение и черту.

Они употребляют спиртуозные напитки, чем по наружности существенно отличаются от магометан. Очевидно, что забытые христианами, они в продолжение веков и в своих пустынях забыли свою религию. Но, вместе с тем, сколько можно судить по разным случаям сношений наших с ними, на них осталось влияние христианских правил, смягчающих нравы: Изэды самые честные и миролюбивые из всех курдов, занимаются более других хлебопашеством, никогда не были замечены нами в грабежах и воровстве и оказывали русским наибольшую преданность и верность; на сведения, сообщаемые ими о турецком войске без всяких подкупов и платы, как лазутчикам, а добровольно по собственному побуждению, можно было положиться более, чем на показания других курдов и даже армян. Остальные курды имеют все дурные качества полудикого и полукочевого народа и похожи на цыган: грабеж, воровство, жадность, обман и попрошайство – отличительные черты их, выражающиеся открыто. Образованность между ними не распространяется; читать и писать умеют только шейхи, или сеиды, т. е. лица духовного звания, переходящего в род, – немногие старшины, и несколько человек, ведущих оседлую