Учение о предопределении - Уильям Перкинс

человека. И хотя с точки зрения Божьего предвечного замысла грех появляется неизбежно, со стороны человека он совершается в полной свободе: ведь человек мог бы не согрешить, если бы сделал другой выбор.

Поясню это на примере: представьте, что Бог перестает оказывать человеку особую поддержку, необходимую для противостояния греху. Да, в такой ситуации человек неизбежно впадает в грех, но мы не можем возложить ответственность за это на Бога. Почему? Потому что между Божьим действием и грехом стоит человеческая воля. Бог оставляет человека не против его воли, а в соответствии с его собственным выбором быть независимым от Бога.

Отвечу на это возражение против нашего учения еще и так: нужно правильно понимать связь между Божьим постановлением и человеческим грехом. Мы вовсе не учим, что Бог напрямую создает грех или делает его частью Своего замысла как желанную цель. Наше учение говорит другое: грех появляется в рамках Божьего провидения именно потому, что Бог не наделил Адама особым даром – способностью твердо стоять в добре.

Это можно представить так: Бог, предвидя грех в Своем вечном замысле, не принуждает человека грешить, но и не дает ему той особой благодати, которая сделала бы его стойким в добре. В отсутствие этого дара человеческая воля, будучи свободной, но не укрепленной особой Божьей поддержкой, сама склоняется ко злу. Таким образом, грех происходит не потому, что Бог его производит, а потому, что Он, по Своему премудрому замыслу, не дал человеку той силы, которая удержала бы его от падения.

Так говорит Августин: «Великие дела Господни содержатся во всех Его желаниях, так что чудесным и неизреченным образом без Его воли не совершается даже то, что Его воле противоречит»[118].

Возражение четвертое

Некоторые говорят: если вы утверждаете, что все существующее берет свое начало в Божьем решении, то получается, что и грех тоже должен происходить от Бога.

На это я отвечу: само Священное Писание учит нас, что всякое бытие происходит от Божьего замысла. Апостол Павел прямо говорит, что Бог управляет всем по Своей воле и что само наше существование, каждое движение и сама жизнь возможны только в Нем и через Него: «Бог совершает всё по замыслу воли Своей»[119] (Еф. 1:11). Также и в 17-й главе Книги Деяний: «Мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28). Августин говорит: «Воля Божия есть причина всего сущего»[120].

Здравый смысл подсказывает нам, что должно существовать некое первичное основание, из которого все получает свое бытие, – и этим основанием является воля Божья. Ведь не бывает так, что сначала что-то существует само по себе, а потом Бог решает это создать. Наоборот: именно потому, что Бог постановил чему-то быть, оно и существует.

Но тогда возникает вопрос: как же быть с грехом? Здесь важно понять особую природу греха. Грех – это не «нечто», не вещь и не действие в обычном смысле. Это скорее отсутствие должного, подобно тому как темнота – это не какая-то субстанция, а отсутствие света. Но при этом мы не можем сказать, что греха вообще не существует.

Все существующее можно разделить на две категории: то, что существует реально (как физические предметы), и то, что существует в нашем понимании (как идеи или отношения между вещами). К этой второй категории относится и отсутствие чего-либо – например, когда мы говорим о слепоте как об отсутствии зрения.

Грех относится именно ко второй категории – он существует не как реальная вещь, а как нарушение правильного порядка, как отсутствие той праведности, которая должна была быть. Он возникает не как некое новое качество, а как утрата изначальной праведности. Поэтому грех – это не просто отсутствие чего-то (как пустота) и не положительное качество (как цвет или вес), а нечто среднее – это именно отсутствие того добра, которое должно было быть.

Возражение пятое

Часто возражают против нашего учения, утверждая, что мы якобы учим, будто Бог склоняет человека к греху и в прямом смысле ожесточает его.

На это я отвечаю: мы учим совершенно иному. Мы не говорим, что Бог просто безучастно наблюдает за грехом, полностью отстранившись от происходящего. Но мы также не утверждаем, что Бог активно вкладывает в человека греховные наклонности или порчу. Наше понимание того, как Бог действует в человеческой жизни, гораздо глубже.

Божье участие в делах людей проявляется тремя различными способами.

Первый способ – это когда Бог прямо желает чего-то, позволяет этому произойти и радуется результату. Так Бог относится только к добрым делам, которые совершаются в нас действием Святого Духа.

Второй способ – это поддержание творения, когда Бог сохраняет само существование мира и человека, поддерживает все естественные способности, движения и проявления человеческой природы, даже если они искажены грехом: «Мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28).

Хотя Бог поддерживает существование даже греховной природы и ее действий, Он не несет ответственности за грех. Почему? Потому что Он поддерживает само существование творения, а не его искаженное состояние. Человеческая воля может сама по себе склоняться ко злу, но она не могла бы вообще ничего делать, если бы не опиралась на силу, данную ей Богом как первопричиной всякого действия.

Поясню это на простом примере: представьте человека, который хромает из-за травмы ноги. В его движении нужно различать две вещи: само движение как способность идти и хромоту как искажение этого движения. Хромота происходит только из-за травмы, а способность двигаться – и от ноги, и от самой способности ходить, данной человеку.

Точно так же, когда человек грешит: сама способность действовать дана ему Богом, но искажение этой способности, то есть направление ее ко злу, происходит от самого человека. Бог поддерживает естественный порядок вещей и саму способность действовать, но Он не помогает воле, когда та восстает против нравственного закона.

Существует еще и третий вид Божьего промысла – когда Бог даже через человеческое зло совершает что-то святое. Это действие проявляется тремя разными способами.

Первый способ – это особое попущение, когда Бог отступает от нечестивых людей, убирая Свою сдерживающую благодать и позволяя их внутреннему злу проявиться в полной мере. Раньше эта благодать удерживала их от безудержного греха, а теперь Бог предоставляет их собственным желаниям.

Это похоже на то, как если бы всадник отпустил поводья норовистой лошади, – мы говорим, что он «дал ей волю» и позволил скакать. Или как если бы охотник спустил собаку с поводка – мы говорим, что он «пустил ее в погоню». То есть тот, кто убирает сдерживающую силу, становится причастным