Что такое Чили - Анастасия О. Полосина

скорлупой, а еще у нее нет хвоста. Яиц курица мапуче дает куда меньше, чем ее более популярная товарка. Но это не помешало испанцу Сальвадору Касетльо заинтересоваться необычной разновидностью на выставке в 1914 году и увезти с собой. Так в Северной Америке и Европе появились целые клубы владельцев такой курицы. Обидно ли мапуче? Еще как. Койонка похожа по характеристикам на курицу острова Пасхи и стран Полинезии, что наводит историков на теорию о возможном контакте араукан с полинезийцами, которые использовали кур во время плавания для ориентации в пространстве.

Вот мы проезжаем по трассе в окрестностях города Мелипеуко. Живописные места. По одну сторону дороги в тесноте лепятся жестяные домики и горы хлама на участках, по другую сторону на многие километры простираются ухоженные пастбища и стада коров, настоящая фазенда. Начинаешь понимать, что титул «Швейцария Южной Америки» оправдывается не только экономическими факторами.

Такие разные миры, разделенные дорогой. Моя спутница, агроном Доминга, кивает в сторону зеленых лугов: «Даже если провести эксперимент и дать мапуче такие же участки земли, урожай с них будет несравнимо более скудным. Знаешь почему? В земли колонов по ту строну дороги десятилетиями вкладывали средства, улучшали почву удобрениями. На каждый такой участок земли с именем „Донья Луиза“ приходится по несколько постоянных консультантов-агрономов. У коммун мапуче этого нет, их условия всегда были иными». Почему-то, когда рассуждают о лености мапуче, забывают упомянуть такой пикантный момент, но чаще об этом и не задумываются.

Повсюду видны желтые пятна в оврагах и вдоль дорог. Я нигде не видела раньше столько мимозы. Холмы перекатываются и расступаются аккуратными заплатами возделанных полей, все зелено и радует глаз. Такой пейзаж на всю страну только здесь, в Араукании. Многое кажется знакомым – как осока с каплями росы поутру. Незнакомы лишь прохожие в пончо и внезапные солнечные панели на остановках в сельской местности. Южнее начинается пампа, севернее растительность удивляет как вид.

Многие грибы и ягоды растут только в этой зоне и незнакомы, например, жителям Сантьяго. Как насчет белого гриба девуэнье с оранжевой сердцевиной? Растет он на ветвях деревьев, его сбивают метким броском палки. В местном лесу даже дикая клубника с белой земляникой растут. И сельдерей. Тоже дикий. Клубники, правда, много не набрать – приходится пускаться в путь по холмам и пригоркам. Растение налька мапуче используют целиком: часть ствола идет в хозяйство, другую часть очищают и делают из мякоти сок, по вкусу он напоминает грушевый компот. Широкие листья нальки похожи на папоротник, их используют для приготовления куранто – это блюдо из картофеля и других корнеплодов, которое запекают в земляной яме.

В один из дней я вступаю на черный пляж, какой легко принять за исландский, и не так просто – за собственно чилийский.

Рядовой турист вряд ли доберется до черного песка. Указателей к нему нет, а путь лежит через земли коммуны мапуче Кой-Кой. Дорога сюда еще не заасфальтирована, но работа уже идет.

В коммуне живет 200 семей лафкенчес, у всех на участках разбит огород.

В каждом доме пахнет океаном и печью. Уникальная комбинация, на которую стоит обратить внимание парфюмерам.

Великое землетрясение 60-х годов порядком смело поселение, люди укрывались на высоких холмах-защитниках. Серро-протектор, так и говорят. Что еще может спасти от цунами?

Со временем океан подбирается все ближе к берегу, слизывает песок, и скалы становятся островками-маятниками.

Морепродукты, моллюски и водоросли кочаюю составляют основу местного рациона. Или составляли: сегодня на столе чаще появляются картофель и злаки.

Раньше на заре местные мужчины ныряли за моллюсками в ледяные воды. Без снаряжения и одежды. Но это было давно. Так говорят старейшины.

На обратном пути из Кой-Коя вдали вижу очертания острова Моча, воды близ которого бороздили кашалот-альбинос и пираты со всего света. Мифы и реальность в мире мапуче неразделимы, они существуют вместе и мирно сообщаются.

Мапуче могут похвастаться военными подвигами предков. Литературный памятник той эпохи, длинная поэма «Араукария», отдает должное стойкости и храбрости воинов мапуче. Примечательно, что поэма написана испанцем, чья страна пыталась покорить мапуче, но потерпела крах. Самый главный герой для мапуче – Лаутаро. В детстве он отправился жить в услужение к испанцам, узнал о привычках и секретах иноземцев, а после успешно использовал эти знания в борьбе против конкистадоров. Этот фрагмент хорошо описан в книге Исабель Альенде «Инес души моей».

Лаутаро характеризуют как «военного стратега», а не просто командира отряда или войска. Только после поездки в коммуны мапуче я узнала, что это прямой перевод с мапудунгуна. В Нуэва Имперьял и Темуко частенько можно увидеть надпись на заборах в стиле «мапуче, не сдавайся».

В коммуне Лумако есть крутой холм, безобидный с виду. Внешняя простота резко контрастирует с историческим контекстом для мапуче: здесь состоялась знаменитая битва при Куралави. Меня провел по холму работник местного муниципалитета, во время учебы он выбрал битву при Куралави в качестве темы для своей диссертации, так что с рассказчиком мне повезло. Битва знаменательна не масштабом (она не оставила по себе тысячи погибших с обеих сторон), а значением.

Она послужила переломным моментом, подняла моральный дух мапуче и обескуражила испанскую армию, считавшую себя до того момента непобедимой. После того боя выжил лишь один испанец. Впоследствии он написал подробную хронику тех событий, а также повадки бойцов мапуче и их тактику. Место сражения не признано национальным достоянием или памятником истории, это простой с виду холм, и можно только догадываться, какие сокровища он таит для археологов.

При въезде в Лумако развеваются три флага: чилийский, мапуче и итальянский. Надпись гласит: «Трехкультурная коммуна». Дело в том, что всего в 60 км от Лумако располагается коммуна итальянских эмигрантов Капитан-Пастене, основанная в 1915 году. Капитан-Пастене завлекает традиционной итальянской гастрономией чилийцев-туристов (потому что какой иностранец захочет отведать итальянской кухни не в Италии). Паста, ньокки и прошутто стали торговой маркой Капитана-Пастене, и на пути к этому итальянскому поселению редко заворачивают в Лумако. Бывает, что едут к мапуче, а попадают к итальянцам (или наоборот), но вообще все гости – чилийцы.

Жителям Лумако такой расклад не нравится, и они смотрят на соседей с долей зависти. Настоящее-то достояние нации – у них!

Однако больше всего мапуче проживают – сюрприз – в столице страны, в пригородных баррио Пуэн-те-Альто. Не так давно мне попалась на глаза туристическая экскурсия – организованный визит в гости к мапуче в Пуэнте-Альто. Культурная программа включала приветствие, дегустацию национальных блюд и исполнение фольклорных песен на мапудунгуне. Затрудняюсь ответить, насколько такая программа органична в