Килейский котел - Андрей Андросов

В комнате, отдаленно напоминавшей тесную кабину старого грузового цепа, было влажно, душно, и пахло застарелой блевотиной из под неплотно пригнанных досок пола, потемневших от времени и возмущенно скрипящих при любом движении. Брак, поминая шарга и морщась от пронзительных звуков, потыкал пальцем влажное постельное белье на узкой лавке, сгрузил вещи в более-менее чистом углу и в который раз сказал себе, что это временно. И дешево.

Да и воровали здесь крайне редко, по уверениям все того же чумазого пацана, оказавшегося кладезью полезной информации по местным порядкам. Ограбить на улицах могли, это да, но территория «Поплавка» представляла из себя настоящую крепость, пусть потрепанную и замызганную донельзя. Сказывалось прошлое владельца — тот по молодости отслужил двадцать лет штурмовиком на военном фрегате летрийцев, потеряв там руку, глаз, наивность и веру в людскую порядочность. Поэтому с охраной и дисциплиной в таверне все было настолько же прекрасно, насколько паршиво было с гигиеной.

Закончив с вещами, Брак устало потер виски, уселся за крохотный столик и вновь развернул бумажное письмо. Раз уж у него, благодаря Далготару, образовался почти целый лишний месяц на севере, стоило проверить все те зацепки, которые копились у него последние годы. И ради которых он притащился в эту дыру, вместо того, чтобы снять нормальное жилье в гильдейском квартале.

«Вот тот, кто тебе подойдет. Майрон Черный, возраст около тридцати, волосы русые. Под левым глазом едва заметный шрам. Последние два года работает воздушным курьером, ищет эйровые пятна и рыбу. До этого, если не врет, жил в Аркензо. Женат, детей нет, владеет собственным флиром. Уши изуродованы, по его словам — неудачным приземлением. Проживает в Арке, Внешний Город. Третий перекресток к северо-востоку от Устричной площади, пятый дом к западу от водокачки, рядом с колодцем. Второй этаж, черно-зеленые ставни. Собаки.»

Коротко, лаконично, как и всегда. И шарговски дорого — вместо подписи на бумаге красовалось крохотное изображение лупоглазой совы, сидящей на треноге окуляра. Гертрандские Звероловы, несмотря на свое название и официальный вид промысла, предпочитали выслеживать куда более сложную и изворотливую добычу, чем обычные животные. И преуспевали почти всегда, оправдывая свою цену и репутацию, а так же не задавая лишних вопросов. Но только выследить — дальше уж заказчик пусть разбирается сам. Опускаться до похищений, или того хуже, заказных убийств, Гертранды не собирались, да и в целом предпочитали вести дела тихо и без лишнего шума.

Сам Брак никогда бы на них не вышел, если бы не Раскон. В одном из писем фальдийцу механик спросил, можно ли отыскать конкретного человека по всему Гардашу, а то и на островах — и неожиданно получил вместо ответа короткий адрес на северном берегу, с указанием захватить побольше кри.

И пару месяцев назад эти кри, наконец, окупились.

— Майрон Черный, скромный владелец флира, любящий муж и законопослушный курьер, — пробормотал Брак, вчитываясь в темные строчки, — Совсем ничего общего с искателем-летуном Майро, не в меру скромным сыном Маргута, капитана гигатрака из Семьи Чернолапых.

Шансы на то, что именно его годами разыскивал бывший Котобой, были велики. Уж слишком много у них похожего, слишком совпадает время.

Майро в свое время навел немало шороха на большом торге. Как же, нагло обокрасть собственную Семью, угнать из ангара целый флир, попутно придушив охранника и сделав Чернолапов беднее.

— На целых восемнадцать фиолок, — хмыкнул Брак, сверяясь с блокнотом. — Ради блеванных восемнадцати фиолок, жадный ты ублюдок.

И ведь сбежал искатель не просто так. В любой другой ситуации побег из клана можно было бы назвать вопиющей глупостью — открытого воровства и убийства своих кочевники не прощали, да и достать могли хоть на другом конце света. Вот только спустя всего несколько дней Пылевые Гиены прекратили свое существование, сгинув в ослепительных вспышках эйровых бомб, и искать Майро стало попросту некому.

Брак в такие совпадения не верил. И пусть беглый летун стоял далеко не на первом месте по важности среди запланированных в Арке дел, начать механик решил именно с него.

Почему бы и нет? Всего лишь надо повертеться вокруг подозрительного курьера. Заодно как следует познакомиться с городом, в котором ему предстоит провести ближайшие недели, а то и месяцы. Обзавестись правильными знакомствами, узнать местные порядки, навести мосты к нужным людям…

А еще убедиться, что нащупанный Звероловами след, ведущий к дому с черно-синими ставнями — это действительно то, что ему нужно.

Брак пока еще не выбрал, что будет делать, окажись Майрон Черный не тем, за кого себя выдает — но отнюдь не из-за недостатка решимости или воображения. Напротив, желание наконец добраться хоть до кого-то, ответственного за гибель клана и Джуса, буквально жгло его изнутри, пробуждая проклятые колокольчики и посылая ночами препоганешие сны.

Сны о том, что он сделает, попади ему в руки хоть кто-нибудь…

Выбор был слишком велик и разнообразен.

К дому летуна Брак выдвинулся под вечер, плотно поужинав жгучей рыбной похлебкой с островными специями и основательно залившись вуршем. Мудрить с маскировкой или одеждой не стал, надев привычную кожаную куртку и широкополую шляпу для защиты от мелкой, противной мороси. В портовых кварталах доминионской столицы под вечер собиралась настолько разношерстная публика, что выделиться из толпы здесь можно было лишь нарядившись в традиционный боевой гвисау нойтов — перевязь из пальмовых листьев, с уймой золотых украшений и выставленным на всеобщее обозрение мужским достоинством.

Да и в этом случае тебя скорее ограбят, чем удивятся. А если и удивятся, то лишь твоей глупости, но никак не одежде.

Оружие он с собой брать не стал, ограничившись стальной тростью и канторским ножом за поясом. Короткий жахатель, за регистрацию которого печатник содрал почти зеленуху, Брак оставил в комнате, справедливо рассудив, что отправляется на разведку, а не устраивать бойню. Хотя все инстинкты обитателя Ржавой Ямы буквально вопили, что он совершает непростительную дурость и обязательно нарвется, желание обвешаться оружием калека подавил. Не время и не место.

Здесь все-таки Доминион. И не какое-нибудь шаргово захолустье в глубине материка, а самая настоящая столица. Здесь даже в портовых кварталах вечерами загораются уличные светильники, в оконных рамах и фасадах лавок то и дело мелькают настоящие стекла, а дома редко бывают меньше трех этажей. Даже воздух не такой, как обычно бывает на побережье — запаха эйра почти нет, что и неудивительно, при таком-то количестве конденсаторов. Они здесь были буквально везде, на каждой крыше, на каждом шпиле, на каждом свободном участке, лишь бы тот