Утопающий во лжи 18 - Лев Жуковский

Вот только стоило нам покинуть зал совещаний, как он тут же заводил разговор либо о тренировках, которыми в последнее время увлёкся до неприличия, либо о наложницах.

Второе ему нравилось обсуждать даже больше.

Мареш с удовольствием рассказывал, какие они ловкие в постели, как спорят между собой за право провести с ним ночь и сколько раз ему пришлось укреплять ложе после особенно удачных развлечений. Если же я пытался вернуть разговор к только что закончившемуся совещанию, он сначала делал серьёзное лицо, затем выдавал одну из услышанных фраз почти дословно и быстро переводил разговор на какую-нибудь более приятную его сердцу тему.

Так что, когда поставленная задача не касалась наших штурмовых тысяч напрямую, ничего дельного о совещании Мареш сказать не мог. Он либо притворялся не хуже придворного советника, либо действительно не замечал собственного непонимания.

А я замечал. И за себя. И за него. Меня смутно тревожило, что однажды повелитель считает мои мысли и разочаруется. Увидит, как тысячник Улер сидит за общим столом, старательно сохраняет спокойное выражение лица и при этом не понимает, почему нехватка какого-то редкого элемента способна остановить сразу три производственные цепочки.

Наверное, Бог Ир’Чин и без того всё знал. И по какой-то причине не гневался на меня. Однако, от этой мысли легче не становилось.

За Мареша я тоже переживал. Огромный увалень был мне другом, и пусть временами он вёл себя так, словно в его голове тренировочный молот занимал куда больше места, чем мозг, бросать его я не собирался.

Вот только другие старшие офицеры вокруг нас менялись. И менялись быстро.

Тот же Леур, ставший королём арахнидов, устроился руководителем строительного кластера с такой ловкостью, будто всю жизнь только и делал, что возводил города. Он быстро вник в иномирские технологии, изучил чертежи, разобрался с несущими конструкциями и теперь мог часами спорить со старыми инженерами гнолов из мира Артхол.

Глядя на него, я иногда забывал, каким он был раньше.

Теперь Леур носился по отвесным стенам и металлическим каркасам на высоте под сотню локтей, словно для него не существовало ни притяжения, ни страха. Его лапы цеплялись за узкие балки, а руки одновременно управлялись с планшетом, инструментами и тросами. Рабочие внизу смотрели на него с благоговейным ужасом, а он ещё успевал орать на них за неверно установленную опору.

Наблюдать за этим без содрогания было невозможно. Я не боялся высоты. Во всяком случае, так считал. Но нурглы его побери, летать я тоже не умел.

Мы же с Марешем как были воителями, так ими и остались. Продолжали работать над слаженностью штурмовых тысяч, проводили учения, проверяли новые построения и заставляли воинов осваивать артефактное оружие. Работа важная. Необходимая. В случае сражения именно наши подчинённые первыми встретят врага.

Но мне всё чаще казалось, что мир вокруг меня движется быстрее, чем я успеваю за ним следить.

Остальные учились. Осваивали новые должности. Строили. Лечили. Считали. И даже изобретали.

А я всё так же знал, какой удар лучше нанести по бронированной твари и сколько бойцов нужно поставить в первой линии, чтобы не позволить противнику разорвать строй.

Наверное, именно поэтому часть свободного от тренировок времени я решил потратить на посещение библиотеки.

Правда госпожа Лея Фрет называла её информаторием. Новое слово мне не нравилось. Библиотека звучала понятнее, хотя книг в ней как раз и не было.

Здание возвышалось над городом более чем на пятьдесят локтей и походило скорее на вонзённое тыльной стороной в землю копьё с массивным навершием, нежели на обычное строение. Узкое основание уходило вверх, постепенно расширяясь, а единственный полноценный этаж располагался под самыми сводами здания.

Издали информаторий напоминал башню придворных магов из старых легенд.

Когда-то, если верить хроникам, магическое искусство в мире Асшор ещё не считалось привилегией аристократов. Любой достаточно способный гоблин мог стать учеником чародея, если находил наставника и переживал первые годы обучения. Потом знать прибрала магию к рукам, объявила древние знания собственностью благородных домов и принялась карать тех, кто пытался учиться без разрешения. Но это правда было так давно, что и не сосчитать, и скорее это походило на байки, нежили на правду.

Хотя теперь какая разница?

Многие бывшие аристократы, спасённые из города Когтей Зарема, толком не сумели выбиться даже в младший офицерский состав. Кто-то трудился обычным рабочим. Кто-то служил писарем или помощником управляющего. Некоторые до сих пор носили свои старые титулы, хотя никто вокруг не обращал на них внимания.

Мне было плевать на них с самой высокой башни. Как и на сам мир Асшор. Добра я там не видел.

После предательства Антероса последние сомнения исчезли. И это были не слова повелителя. Я сам понял, что произошло. Никто не стал защищать нас, гоблинов. Выжившие из города Когти Зарема и окрестных деревень рассказывали одно и то же: старшие офицеры почти не сопротивлялись. Одни просто сбежали, буквально исчезнув в один миг.

По-настоящему сражались лишь те, кому некуда было отступать. А огромное количество жизней спас именно наш повелитель. Не Антерос. Не знатные командиры. Не аристократы, десятилетиями требовавшие налоги за обещание защиты. Старый десятник Ирчин, которого они считали простым гоблином спас жизней гоблинов больше чем Бог…

Впрочем, я снова слишком далеко ушёл в собственных мыслях.

После повышения параметра Интеллекта до тридцати пунктов такое случалось всё чаще. Раньше мысль была похожа на прямую тропу: увидел врага, оценил расстояние, поднял лук повыше рассчитывая опережение. Теперь мысли ветвились. За один удар сердца я успевал вспомнить и родной мир Асшор, и предательство Антероса, и Леура на строительных балках, как и собственное непонимание совещаний.

Наверное, это и называлось развитием разума. Если так, то процесс был неприятным.

Главная же библиотека только снаружи походила на башню мага. Внутри она оказалась набита технологическими устройствами, с которыми я не знал, как обращаться.

Книг здесь не было вовсе. Вместо них стояли огромные шумящие машины, хранящие сведения, собранные в разных мирах. Часть информации происходила из технологичного, но погибшего мира гноллов Артхол. Другая, из мира госпожи Леи Фрет, родного для тёмных полуэльфов Теселии-7. Но на этом данные не исчерпывались, и информация имелась и из других миров.

Но до этих разделов я ещё не добрался.

Само знание об их существовании состояло из обрывков разговоров с Леуром. Король арахнидов часто проводил здесь время, считывая сведения со странных интерактивных панелей. Он мог часами изучать технологии, затем уходил на стройку и уже на следующий день