Путь к бессмертию. Том 2 - Shin Stark

Ло Жэнь чуть улыбнулся.

Девушка рядом с ним посмотрела на меня внимательнее.

— Познакомьтесь, — сказал Ло Жэнь. — Это Ли Жувань.

Фамилия Ли.

Вот оно.

Я совершенно никогда не слышал об этой фамилии.

Нет, я уверен, есть ни один Ли, который имеет огромное влияние. Но я почти все время или выживал, или затворника. Так что, это имя мне совершенно ничего не говорит.

И уж точно не объясняет, откуда у девчонки на стадии Концентрации Ци такие ресурсы.

— Жувань, это Мин Хао, — продолжил Ло Жэнь. — Мой друг.

Я едва не закашлялся.

Друг?

Интересно.

Я не заметил, в какой именно момент мы стали друзьями. Особенно после слухов о том, что я убил Цзян Юэ и Цзян Лин. Обычно люди вроде Ло Жэня относятся к таким историям серьёзно. Очень серьёзно.

Но если он сам решил поставить между нами это слово, я не собирался бить его по рукам.

Друзья Ло Жэня — это полезно.

Враги Ло Жэня — это очень неудобно.

— Друг, — повторила Ли Жувань.

Слово прозвучало чуть прохладнее, чем у него.

Не грубо.

Просто с тем оттенком, каким богатые люди иногда пробуют незнакомую еду: вдруг окажется съедобной, но заранее доверять не стоит.

— Брат Ло слишком щедр, — сказал я. — Я бы назвал себя человеком, который старается не мешать ему быть героем.

Ло Жэнь нахмурился.

— Я не герой.

— Разумеется, — кивнул я. — Герои обычно так и говорят.

Ли Жувань чуть прищурилась.

— Брат Ло слишком серьёзен, чтобы тратить время на пустые шутки, — сказала она.

— Именно поэтому я взял эту тяжёлую обязанность на себя, — ответил я. — Кто-то ведь должен поддерживать равновесие.

Ло Жэнь посмотрел на меня так, будто не был уверен, должен ли возразить. Ли Жувань явно была уверена, что должен, но почему-то не сделала этого за него. Хорошо воспитана. Или просто не хочет выглядеть резкой перед ним.

С ним она была мягче.

Это сразу бросалось в глаза. В её взгляде, когда она поворачивалась к Ло Жэню, пропадала часть высокомерной остроты. Голос становился спокойнее. Даже плечи чуть расслаблялись. Она не просто сопровождала его. Не просто считала полезным союзником или человеком с будущим. Она искренне его любила.

Любовь делает людей глупыми.

А глупые люди рядом с талантливым мечником четырнадцатого уровня создают непредсказуемые ситуации.

Хотя, если честно, в её случае всё было не так уж сложно. Она явно считала Ло Жэня чем-то вроде героя. Возможно, не принцем на белом коне, потому что в этом мире приличный принц, скорее всего, прилетел бы на мече, но смысл тот же. Чистый, прямой, благородный, сильный, упрямый, готовый защищать слабых и рубить еретиков.

И рядом с таким человеком, по её мнению, не должны ошиваться сомнительные личности вроде меня.

Я её понимал.

На её месте я бы тоже не хотел, чтобы Ло Жэнь дружил с Мин Хао.

Мин Хао плохо влияет на людей.

Особенно на тех, у кого есть деньги, совесть или слабые места.

— Брат Мин, — сказал Ло Жэнь, — Ты готов к Миру Меча?

Я посмотрел на него.

— Нет.

Он замолчал.

Ли Жувань тоже.

Очень люблю честные ответы. Они часто ломают чужие ожидания эффективнее лжи.

— Но выбирать не приходится, — добавил я. — У меня не хватает артефактов, поэтому я надеюсь найти парочку, чтобы стать сильнее.

Ло Жэнь кивнул. Слишком серьёзно воспринял мои слова.

— Если возникнет опасность, мы можем держаться рядом.

Линь Жувань сразу повернула к нему голову.

О, вот теперь стало совсем интересно.

— Брат Ло, — сказала она мягко, но в этой мягкости уже звякнула сталь. — Мир Меча разделяет учеников при входе. Даже если часть пути мы сможем пройти вместе, каждый должен заботиться о себе сам.

В ее словах так и чувствовалось возмущение от мысли, что я буду с ее «Героем» ошиваться.

— Это верно, — согласился Ло Жэнь.

Я вздохнул с таким видом, будто только что услышал приговор.

— Жаль. А я уже собирался попросить вас обоих позаботиться обо мне. Я человек слабый, болезненный, с плохой судьбой и множеством врагов. Просто находка для благородного сердца.

Ли Жувань посмотрела на меня так, будто пыталась понять, издеваюсь я или действительно настолько наглый.

Ответ был: да.

Ло Жэнь же воспринял слова слишком серьёзно.

— Если окажемся рядом, я помогу.

Я закрыл глаза.

Вот поэтому с героями трудно.

Им бросаешь шутку — они поднимают её как клятву.

— Брат Ло, — осторожно сказал я. — Это была не просьба подписать небесный договор о защите моей скромной жизни.

— Но ты прав, — ответил он. — В Мире Меча у тебя много врагов.

— У него много врагов не только в Мире Меча, — заметила Ли Жувань.

Я приложил руку к груди.

— Юная госпожа Ли, вы раните меня своей проницательностью.

— Не называй меня юной госпожой.

— Как пожелаете, старшая сестра Цинь.

Её бровь едва заметно дрогнула.

Ло Жэнь, кажется, наконец понял, что я её дразню. Но вместо того чтобы остановить, почему-то посмотрел на нас с лёгким удивлением. Возможно, для него это был редкий опыт: два человека разговаривают не для того, чтобы прямо сейчас выяснить истину мечом.

— Лучше просто Ли Жувань, — сказала она.

— Вы старше меня по культивации. Да и как я могу так называть человека, который будет героически спасать меня из неприятностей.

— Я не буду тебя спасать.

— Вот видите, брат Ло? — я повернулся к нему. — Ваши союзники уже честнее, чем большинство старейшин. Это внушает доверие.

— Мин Хао, — Ло Жэнь покачал головой. — Ты совсем не изменился.

— Изменился. Я стал беднее.

Ли Жувань усмехнулась прежде, чем успела спрятать реакцию.

Характер у неё был вредный.

Но не злой.

Вредный, гордый, ревнивый, с привычкой защищать своё представление о правильном мире. В таком мире Ло Жэнь стоит впереди с мечом, слабые люди благодарно смотрят ему в спину, враги честно признают поражение, а сомнительные личности вроде меня исчезают из кадра.

Очень красивая картина.

Жаль, мир обычно выглядит так, будто его рисовал пьяный мясник.

— Я слышала о тебе много странного, — сказала она наконец.

— Надеюсь, хорошего.

— Нет.

— Тогда, скорее всего, правду.

Ло Жэнь нахмурился.

— Жувань.

Она посмотрела на него, и её выражение сразу смягчилось.

— Я не обвиняю его. Просто говорю, что слухи неприятные.

— Слухи всегда неприятные, — сказал я. — Приятные слухи обычно называют рекламой. И чаще всего их распускает сам человек. — в этот момент я вспомнил, с кем говорю. — Или кто-то очень влюбленный и преданный. — с улыбкой добавил я.

Она снова посмотрела на меня.

— Ты