Ники Лауда. Биография - Морис Хэмилтон

из шин и перенести эвакуационные пути. Одно дело вынудить секретарш рвать колготки, протискиваясь вдоль шершавых бетонных стен, и совсем другое — не выполнить условия гонщиков, считавших, что их права нарушены. В результате в четверг на трассе царила тишина. А пятничный номер Detroit Free Press окончательно испортил аппетит пилотам «Формулы-1». Когда наконец-то взревели моторы, американские спортивные обозреватели, привыкшие к овальным трассам в стиле «Индианаполиса» и скоростям до 320 км/ч, принялись состязаться в остроумии, подшучивая над этими игрушечными машинками, показывающими «жалкие» 130 км/ч.

Лауда и Уотсон считали, что им здорово повезет, если они смогут развить хотя бы эту скорость. Машины McLaren не могли ни разогнаться, ни нормально пройти многочисленные крутые повороты. Стартовав 10-м и 17-м соответственно, ни Ники, ни Джон не рассчитывали на приличный результат. В гонке поначалу тоже мало что получалось. Потом произошло столкновение, как и стоило ожидать: машины заблокировали узкую трассу, и гонку прервали почти на час. Во время остановки Уотсон решил поставить шины более твердого состава, чтобы болид McLaren перестал вести себя как корова на льду и начал вести себя более уверенно на торможении — лучше входил в повороты и слушался руля, особенно при торможении[77].

Уотсону надо было постараться этим воспользоваться, поскольку при рестарте он был 13-м, на шесть позиций позади Лауды. Постепенно пилоты впереди сходили из-за технических проблем или столкновений. Так Лауда оказался на четвертом месте, за лидирующим Williams Кеке Росберга, Ferrari Дидье Пирони и Ligier Эдди Чивера. Уотсон не отставал. Вот какой эту захватывающую гонку увидел я, на тот момент редактор ежегодника Autocourse:

Когда Уотсон догнал бившихся за второе место Пирони, Чивера и Лауду, все думали, что он просто будет держаться за ними и не станет рисковать. Ничего подобного. Уотсон выбрал определенный ритм и поддерживал его, прекрасно понимая, что в открытую схватку ввязываться нельзя: потеряешь темп. И Джон просто прошел их. Всех троих. За один круг. Одного за другим. Прежде, чем они успели сообразить, что происходит. Показав фантастически хладнокровное и уверенное пилотирование.

К концу 33-го круга Уотсон был вторым и начал покушаться на лидерство Росберга. Когда он отыграл шесть секунд за один круг, стало очевидно, что Williams с шинами Goodyear — не соперник союзу McLaren и Michelin. К 37-му кругу Джон стал лидером.

Через 25 кругов он увидел перед собой клетчатый флаг, а Лауда в тот момент уже уходил с трассы, оставив заглохшую машину у стены после неудачной попытки отнять второе место у Росберга. Уотсон вспоминал:

В подобных ситуациях обойти Ники мне всегда было несложно: он не позволял себе грязной игры. Думаю, я оказался удачнее на торможении: мог затормозить позже и контролировать ситуацию. Отчасти это объяснялось тем, что, когда мы полностью доработали наши машины, у меня было стойкое ощущение, что моя — лучше. Его болид работал крайне эффективно, а у меня не было таких специфических настроек, и свою машину я мог «подгонять». Думаю, при обгоне я был круче.

Скорей всего, про себя Лауда рассуждал так: он в середине пелетона, выбраться не сможет, поэтому менять ничего не будет. И тут вдруг какой-то придурок — то есть я — его обходит и бросается за Чивером и Пирони. Он видит, что это реально, тоже проходит Чивера и Пирони и пытается достать Росберга. В конце прямой «старт — финиш» я догоняю Кеке и без труда его прохожу: Кеке всегда обороняется твердо, но честно. Потом появляется Лауда, но к этому моменту я уже давно впереди, и он не справляется с ситуацией. Кеке не уступает свою траекторию, перекрывает ее для McLaren, и Ники вылетает с трассы.

Я знаю, что Рон разозлился на Ники, потому что на самом деле он шел впереди меня и должен был выиграть гонку — тогда команда McLaren взяла бы первое и второе места. Но Ники заранее решил, что обогнать не получится. Такой уж он есть: если что решил, то так тому и быть.

Благодаря успеху Лауды на «Брэндс-Хэтче» через полтора месяца гонщики McLaren сравнялись по количеству побед в этом необычном сезоне. К финальному этапу в Лас-Вегасе в Гран-при побеждали 11 разных гонщиков.

Первое место на Гран-при Швейцарии (который, как ни странно, проходил во Франции[78]) вывело в лидеры чемпионата Росберга. Кеке оставался на первой строчке, несмотря на то что не смог набрать очки в Италии. После гонки в Монце Пирони (сошел из-за травмы) отставал от гонщика Williams на три очка и на восемь опережал Проста. Уотсон был третьим, на три очка впереди Лауды, но Ники имел шансы на чемпионство, если апелляционный суд отменит его дисквалификацию за несоответствие машины техническому регламенту и вернет ему третье место и четыре очка за этап в Бельгии. Надо было только выиграть в Неваде, при условии, что соперники не доберут очков. Уотсон тоже имел незначительный шанс на победу, если Росберг не наберет баллов. Джон Уотсон вспоминал:

Возникла очень занятная ситуация. Сразу несколько гонщиков могли выиграть чемпионат. Больше всего шансов было у Кеке, но они были и у нас с Ники. Однако математически моя победа была вероятнее. В субботу Рон сказал Ники: «Расклад такой. У Джона больше шансов выиграть чемпионат. Если он будет за тобой, ты его пропустишь?» Другими словами, Лауду попросили не блокировать меня, если появится такая возможность.

Ники не знал, как ему поступить. Впервые в карьере к нему обратились с такой просьбой. Ники не очень-то нравилось, что Рону в сущности до нас самих дела было мало: его волновали только результаты команды. За время руководства McLaren Рон ни разу не изменил своему кредо: важны не отдельные личности, а команда в целом. И вот он попросил Ники сделать то, что противоречило принципам австрийца.

Случилось так, что в тот день я смог его обогнать. Пришел вторым, но пятого места Кеке хватило для того, чтобы он стал чемпионом. Ники сошел с трассы [из-за проблем с двигателем], но я думаю, он гнал в тот день на автомате, без обычного запала. Как только все финишировали, он уехал, просто исчез. Скорее всего, для него гонка закончилась еще в тот субботний вечер.

У Росберга был личный спонсорский контракт с Marlboro. Компания Philip Morris организовала шестидневный рекламный тур в 11 городах с целью заработать на поддержке чемпионата мира 1982 года и связях с McLaren. Решили, что Лауда, Росберг,