Учение о предопределении - Уильям Перкинс

некоторым то, что они не заслужили, давая совершенно даром, Он пожелал подобным образом явить истинность Своей благодати»[207]. И еще: «Нет никакого сомнения, что все, отделенные от родового проклятия щедростью Божественной благодати, удостаиваются слышания Евангелия, и, когда слышат его, веруют» [208]. И еще: «Мы знаем, что благодать дается не всем людям»[209]. И еще: «Почему один человек получает такое побуждение, которое его убеждает, а другой – нет? О, бездна богатства (Рим. 11:33)!»[210]

Фома Аквинский говорит: «Подобно тому, как не всех слепых Бог просвещает и не всех больных исцеляет, чтобы в одних явилась Его сила, в других пребыл порядок естества, так и не всех, кто противится благодати, Он предваряет Своей помощью, чтобы они отвратились от зла и обратились к добру[211], но только некоторых, в ком хочет явить Свое милосердие, тогда как в прочих является порядок правосудия»[212].

Исидор Севильский говорит: «Духовная благодать уделяется не всем, но подается только избранным»[213]. И далее: «Одному, который хочет быть добрым, дается; а другой и не хочет быть добрым, и ему не дается этого»[214].

Петр Аллиакский говорит: «Хотя Бог действует во всех всеобщим образом, так что всем даются некоторые дары благодати, такие как бытие, жизнь, познание и прочее, однако некоторые дары особой благодати Он одному дает, а другому – нет, а именно, такие дары как вера, как благодать, делающая человека благоприемлемым Богу, и как прочее подобное, что является следствием предопределения»[215].

И наконец, Августин и почти все схоласты выделяют два вида неверия: первое – когда люди просто не знают о вере, потому что никогда не слышали Евангелия, второе – когда люди сознательно отвергают и презирают весть о Христе, которую они услышали. Важно заметить, что этим различением они сами признают, что Бог не даровал даже внешнего призвания каждому человеку. То есть своим собственным учением о видах неверия они опровергают идею о всеобщей благодати – ведь если бы благодать действительно была всеобщей, то не могло бы быть людей, которые никогда не слышали Евангелие.

Возражения оппонентов

Возражение первое

Обещание о семени жены[216] было дано Адаму и предназначалось для всех людей без исключения.

Ответ. Это обещание было дано потомкам Адама не всеобъемлюще, а выборочно – когда в Писании говорится «всем людям», имеется в виду определенная часть человечества, а не буквально каждый человек. Хотя главы народов, такие как Каин, Сим и Исав, знали о грядущем Мессии, их потомки не знали Его, и у них не было средств познать Его – как говорит Исаия: «Меня не знали, обо Мне не слышали» (Ис. 52:15). Народы, соседствующие с иудеями, возможно, что-то слышали и имели прозелитов, но дальние народы, живущие на краю земли, не имели дел с иудеями и не имели прозелитов. Поэтому ложно утверждение некоторых, что избрание народа Израиля было лишь проявлением особой милости к этому народу или более мягким обращением с ним, а не особой и отличительной милостью, которой Бог показал Себя их Отцом и Искупителем. И утверждать или поддерживать идею о существовании скрытой и невидимой Церкви среди язычников до пришествия Христа – значит полностью противоречить Слову: «Только в Иудее ведом Бог» (ср.: Пс. 75:2). Только израильтяне названы «Моим народом» у Осии (гл. 1), и только они были «стадом Христовым» (Ин. 10:16; Еф. 2:14), потому что Христос, когда пришел, создал одно стадо из иудеев и язычников.

Возражение второе

В Божьем провидении заключена забота Бога обо всем, что касается блаженства человека. А поскольку язычники знали о существовании этого провидения и о том, что благость Божья настолько велика, что Он не оставит без внимания ничего, что могло бы послужить счастью и спасению человека, то, следовательно, язычники имели некое смутное и неявное знание учения об искуплении человечества.

Ответ. Такая «вера в неизвестное» – просто выдумка, ведь вера по самой своей природе есть определенное и ясное знание, а не туманное предчувствие. Более того, хотя общее и включает в себя частное (как роды включают виды, а целое – свои части), тот, кто знает общее и целое, вовсе не обязательно знает все его виды и части – это ключевое различие для понимания. Разум вполне может постичь общее, оставаясь при этом в полном неведении о конкретных его видах, как человек может знать, что такое дерево вообще, но не знать ничего о кедре или пальме. Именно поэтому мы должны остерегаться опасного заблуждения схоластов, которые учат, будто до пришествия Христа спасение давалось за «неявную» или «скрытую» веру в Искупителя вообще – то есть когда люди просто верили, что есть Бог, что Он вознаграждает и дает все дары, касающиеся блага души или тела, особенно средство от греха. Такая общая вера в благого Бога не может заменить конкретного знания о спасении через Христа.

Но утверждать возможность спасения через общую веру – это не что иное, как выдумывать некую спасительную веру и Церковь, которая существует вообще без всякого Слова Божьего – ни письменного, ни как-либо иначе открытого людям. Более того, такое утверждение фактически обвиняет апостола Павла во лжи, ведь он ясно учит противоположному, говоря: «Поскольку мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих» (1 Кор. 1:21). Здесь Павел подчеркивает, что даже высшая мудрость мира не могла привести к познанию Бога. И совершенно определенно мы должны знать Христа Искупителя не в общем, а именно в определенном, конкретном смысле. Как говорит Сам Господь: «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин. 17:3). Здесь ясно сказано, что для вечной жизни необходимо конкретное знание не только о Боге вообще, но и о Христе определенно. То же самое утверждают и древние отцы Церкви, не допуская возможности спасения через одно лишь общее знание о Боге.

Ириней Лионский[217] говорит: «Не ведая Того, Кто есть Эммануил от Девы, они лишаются дара Его, который есть жизнь вечная»[218].

Иероним говорит: «Мы не можем стать сыновьями, пока не воспримем веру в Его Сына Иисуса Христа и Его разумение»[219].

Августин говорит: «Древние праведники, кем бы они ни были, были освобождены не иной верой, как той, которой освобождаемся и мы: а именно верой в воплощение Христа»[220].

И еще: «Какая бы добродетель, по его словам, ни была свойственна древним праведникам, их спасает только вера в Посредника, Который пролил Свою кровь для прощения грехов»