Собрание сочинений. Том 4. Податная реформа Петра I. Введение подушной подати в России 1719–1728 гг. - Евгений Викторович Анисимов

этой основе была определена максимальная цена провианта и фуража. Это означало, что если четверть муки стоила на рынке 2,5 рубля, то при изъятии ее у населения выплачивалось лишь 2 рубля – предельная цена по Плакату.

Централизованно армия снабжалась лишь во время походов. В этом случае провиантские деньги поступали из полков к генерал-провиантмейстеру. Но и тогда население не избегало провиантской повинности. Плакат узаконил практику изъятия продовольствия и фуража (правда, с уплатой стоимости по местным ценам) с «ближних жителей».

Помимо подводной, отработочной и натуральной повинностей на плечи крестьянства легла хотя и временная, но весьма обременительная строительная повинность.

Как отмечалось выше, первоначально предусматривался комбинированный принцип размещения армии. По желанию населения (и прежде всего помещиков) оно могло либо строить слободы для солдат, либо содержать их в своих домах.

Перспектива быть вовлеченными в новую и довольно тягостную повинность не вызывала энтузиазма не только у крестьян, но и у помещиков. В 1721 г. с упорным нежеланием помещиков размещать полки столкнулся в Новгородской провинции М. Я. Волков. Лишь после грозного окрика из Петербурга новгородские дворяне подчинились Волкову698.

Вместе с выборными от дворянства Волков объехал Новгородский, а также часть Старорусского уезда и определил места для строительства слобод из расчета: одно капральство на «квартире», состоящей из 14–15 изб. Всего на два размещенных в Новгородском уезде полка предстояло соорудить 1281 избу строго установленного образца.

Строительство слобод являлось весьма тягостной повинностью. Предстояло только срубить и вывезти из леса не один десяток тысяч бревен. Летом 1722 г. дворяне в своей челобитной сообщали, что вывезена лишь часть необходимого леса, но и это составляло более 32 тысяч бревен699. Заготовкой леса повинности населения не ограничивались. В 1723 г. новгородские помещики писали в Сенат, что подрядчики берут на постройку избы по 25–30 рублей, т. е. не менее 22 тысяч рублей, или около 1,35 рубля с души м. п. Кроме того, населению предстояло выкупить землю под слободы, за которые владельцы «просят денег великих»700.

К весне 1724 г. выяснилось, что большинство помещиков не хочет строить слободы, а готово разместить солдат по деревням. Это не устраивало царя. Если в 1722–1723 гг. Петр не возражал против комбинированного расселения армии (по слободам и дворам), то теперь он резко изменил свое мнение, опасаясь за сохранение боеспособности армии701. В Плакат (ч. I, п. 19) было внесено положение, разрешавшее населению содержать солдат, но лишь временно. В течение двух лет слободы должны были быть построены для всех полков с тем, чтобы в 1726 г. солдаты уже не стояли на крестьянских дворах.

Возведение слобод возлагалось на тяглое население. Лишь там, где полки находились на зимних квартирах постоянно, слободы строились силами солдат, но и тогда все расходы на заготовку материалов и покупку земель должны были оплачиваться населением.

Сбор подушной подати поручался земскому комиссару702. Пункты Плаката и Инструкции земскому комиссару не вносили ничего принципиально нового в те положения указа от 26 ноября 1718 г. и инструкции Волкову и Чернышеву, в которых шла речь о земских комиссарах. Эти положения сводились к следующему. Земский комиссар выбирался из дворян сроком на год на общем собрании дворян каждого военно-административного округа (дистрикта), на территории которого располагался полк. «Выбор» – документ об избрании – подписывался всеми участвовавшими в собрании помещиками703 и сдавался на хранение полковнику. По окончании срока работы комиссар отчитывался на перевыборном собрании дворян, которые давали оценку его работы и за совершенные в течение года проступки могли оштрафовать его или передать в ведение надворного суда и местной администрации. В том случае, если дворянское собрание было удовлетворено деятельностью комиссара, оно могло переизбрать его на новый срок.

Деятельность первого комиссара, избранного на 1725 г., начиналась с того, что он принимал от ревизора переписную книгу и на ее основе составлял окладную книгу – «означа все села и деревни, и в них число мужеских душ, и что с них подушных денег с каждого села и деревни на год в сборе быть имеет» (Инструкция земскому комиссару, п. 1). Для сбора денег земскому комиссару выдавались приходная и расходная книги, присланные из Камер-коллегии. Порядку при сдаче денег плательщиками и приеме их земскими комиссарами уделялось особое внимание. Зная повсеместность злоупотреблений в податных делах, правительство стремилось подробно регламентировать процедуру сдачи и приема денег. Передав деньги комиссару, плательщики должны были расписаться в приходной книге и получить от земского комиссара расписку – «отпись».

Не следует переоценивать значение выборности земского комиссара местным дворянским обществом, считать, что правительство вручило одну из важнейших административных функций – сбор налогов – в руки выборных от дворянства и тем самым подняло значение дворянских обществ. Земский комиссар хоть и выбирался дворянством, однако рассматривался всеми как государственный чиновник, получавший жалованье и подчиненный Камер-коллегии. Его функции заключались главным образом в сборе и передаче подушной подати в полки704. Но и в этом он был существенно ограничен. По указу от 18 октября 1723 г. к первому земскому комиссару «для новости дела, дабы комиссары какой конфузии не сделали» прикрепляли офицеров и писарей того полка, который был «положен» в данном дистрикте705. Собирать подать земский комиссар мог только с выделенными из полка счетчиками, несшими равную с ним денежную ответственность. Плакат (п. 3) предусматривал, что командир полка имеет право принуждать земского комиссара выполнять свои обязанности, а Инструкция полковнику (п. 11) разрешала командиру полка, «ежели от комиссаров от земли в сборе и в отдаче тех денег чиниться будет какое мотчание или неисправление», по согласованию с местной администрацией отдать комиссара под суд, а на его место определить другого.

Перейдем к рассмотрению обязанностей командира полка. Они были обширны и далеко выходили за рамки чисто военных вопросов. В обязанности полковника входило, во-первых, наблюдение за сбором подушной подати, во-вторых, он руководил приемом и распределением полученных денег на полковые нужды, в-третьих, осуществлял «наблюдение земской полиции».

Таким образом, военные принимали участие в работе финансово-податного аппарата на всех этапах, начиная со сбора подушной подати и кончая распределением и расходованием полученных от нее сумм706.

Так же обстоятельно, как прием денег от налогоплательщиков, расписывался и порядок приема денег от земских комиссаров. Передача денег должна была осуществляться публично, в присутствии всех офицеров полка. Полученные суммы вносились в приходную полковую книгу, под ними подписывался полковник «со всеми ж офицеры своими руками, где и земскому комиссару подписать же, что он то число денег им отдал» (Инструкция полковнику, п. 3). Одновременно полковник и офицеры должны были расписаться в расходной книге земского комиссара, «в котором числе и сколько денег отдано быть имеет» (Инструкция земскому комиссару, п. 5). Инструкции предусматривали сложную систему финансовой отчетности, которая должна была обеспечить исправное поступление денег на содержание армии, предотвратив при этом казнокрадство.

Лишь часть денег отсылалась в Военную коллегию (на медикаменты, оружие, сукно и др.). Остальные оставались в кассе и предназначались на покупку лошадей, провианта, полковые припасы и т. д.707 Инструкция полковнику (п. 5) предписывала не расходовать деньги без ведома офицеров полка, из числа которых выбирался полковой комиссар. Он принимал деньги, заведовал казной, выдавал средства на полковые нужды и жалованье, в конце года отчитываясь перед общим собранием офицеров.

Взаимоотношения военных с гражданским населением являлись одним из сложнейших вопросов нового размещения армии. Наученное горьким опытом квартирования полков в годы войны, правительство стремилось регламентировать отношения крестьян и военных так, чтобы в будущем предотвратить возможные недоразумения и стычки.

В основу законов, регулирующих эти отношения, был положен незыблемый принцип охраны помещичьей собственности. Военным предписывалось «ни в какие, как