Безопасность Российской империи. Проблемы, дискурсы, практики в XVIII–XIX веках - Коллектив авторов

за крестьянским поведением усилит опасность крестьянских бунтов; в-четвертых, к интересам функционирования государственной системы (подати, рекрутчина); наконец, в-пятых, к сущностным пожеланиям дворянства, чье существование напрямую зависело от доходности имений. Это направление не исключало критику крайностей крепостного права и требовало «употребить силу» против Салтычих и Простаковых. Его идеологи, отражая в принципе основные позиции и идеи правящего сословия, не испытывали «стыда» за владение крепостными душами722.

Существовал и более широкий взгляд на проблему, учитывавший перспективу: ведь в будущем терпению крестьян мог прийти конец. Приверженцы подобного подхода – это представители столичного дворянства, причастные или близкие к власти723. Они критиковали крайности крепостного права и вообще его сущность (в основном исходя из соображений абстрактного и христианского гуманизма, в меньшей степени – из экономических и иных соображений), даже разрабатывали способы его изменения и отмены. Но эти пропагандируемые ими идеи наталкивались на отсутствие реальных примеров освобождения крепостных деятелями этого направления, хотя все они являлись владельцами «крещеной собственности». Отсюда и их разлад с совестью: «стыд» за крепостное право (у данной группы дворян, появившейся на рубеже XVIII–XIX веков) и одновременно использование ими крепостного труда724.

Противостояние этих двух направлений наложило отпечаток на разработку крестьянского законодательства вплоть до реформы 1861 года включительно725. Представители и того и другого были не последними людьми в иерархии власти, экономически и политически находясь примерно в равных условиях.

Аграрный вопрос при Николае I

С вступлением на престол императора Николая I (1825–1855) крестьянский вопрос был выделен в одно из приоритетных направлений внутренней политики империи, на что повлияли и обстоятельства его воцарения. Вооруженный мятеж части армии (восстание декабристов 14 декабря 1825 года) – не просто дворцовый переворот, направленный против личности монарха, это было выступление против существующего порядка. Николай I понимает и еще больше убеждается после знакомства с программой декабристов в том, что для предотвращения подобных эксцессов в будущем и создания стабильности в государстве необходимы перемены.

Декабрист В. И. Штейнгель в своей записке на имя Николая I доказывал, что единственное средство борьбы со «свободомыслием» – реальное правительственное реформаторство, и обращал особое внимание монарха на необходимость в числе других мер «улучшить состояние земледельцев, уничтожить уничижительную для нации продажу людей»726. Об этом же говорил императору и французский посол П.-Л.-О. де Ла Ферроне на первом дипломатическом приеме 20 декабря 1825 года, отмечая, что окончательно искоренить заговор могут только реформы во внутреннем управлении727.

Император услышал обращенные к нему призывы, поскольку они совпадали с его внутренней убежденностью в необходимости усовершенствовать государственный механизм. Т. В. Андреева, отражая различные подходы к оценке места и роли николаевского царствования в истории России, справедливо замечает, что оно «вошло в историю не только как период тридцатилетнего застоя, но и как масштабная и переломная эпоха кануна Великих реформ», чему «во многом <…> способствовали „уроки“ декабризма». Из знакомства с информацией, полученной в ходе следствия, Николай I вынес «осознание конфликта между самодержавием и определенной частью высшего просвещенного дворянства <…>, а также между „старым порядком вещей“ и новыми потребностями внутреннего развития»728. На это обратил внимание декабрист М. С. Лунин, который писал о противостоянии власти и тайных обществ в России первой четверти XIX столетия:

Эти события, и сами по себе важные, заслуживают нашего особого внимания, ибо совершались одновременно с появлением новых принципов среди старого порядка вещей [Ces faits, important par eux-mêmes, méritent surtout de fixer notre attention, par leur simultanéité avec la révélation de nouveaux principes au milieu de l’ancien ordre de choses]729.

Николай I видел свою задачу в продолжении начатых его братом реформ, которые имели целью приспособление российских реалий к изменениям в общественном строе европейских государств, ставшим результатом развития идей Просвещения и событий в революционной Франции конца XVIII века. В этой области он многого достиг, прежде всего в результате проведенных реформ управления. Адаптация чужого опыта потребовала разработки путей решения крестьянского вопроса, ведь в это время в европейских странах активно шел процесс аграрных реформ.

Через год после прихода к власти император Николай I поручил секретному комитету из высших сановников, названному по дате создания Комитетом 6 декабря 1826 года, рассмотреть вопрос о преобразованиях, проведение которых планировалось в предшествовавшее царствование. В числе других был рассмотрен и вопрос о крепостных. По предложению председателя Комитета В. П. Кочубея было решено проект об изменении положения крестьян издать в составе закона, касающегося всех сословий империи, с тем, чтобы не раздражать дворянство и чтобы крестьяне «не возмечтали», что «правительство только ими одними и занимается»730. Был составлен «Дополнительный закон о состояниях», значительная часть которого была посвящена крестьянам, в том числе крепостным. Проект как основной вариант предлагал личное безземельное освобождение крестьян за выкуп.

В 1830 году большинство Государственного совета поддержало проект закона о состояниях, и только ряд факторов, представлявших непосредственную угрозу внутренней и внешней безопасности Российской империи, помешал ратификации закона императором: эпидемия холеры в империи, сопровождавшаяся так называемыми холерными бунтами, восстание в Царстве Польском и западных губерниях империи, угрожавшее территориальной целостности страны, революционные события в Западной Европе. Тем не менее многие из положений закона о состояниях в царствование Николая I были претворены в жизнь.

Император осознавал, что так или иначе, но крестьянская проблема должна быть решена, иначе невозможно избежать эксцессов со стороны не только плохо организованного крестьянства, но и крестьян в шинелях – армии, большинство которой состояло из крепостных, в чем император мог убедиться в день своего восшествия на престол 14 декабря 1825 года731. У него были все основания опасаться оппозиционно настроенных офицеров, чиновников и др., об усилившейся активности которых сигнализировало Третье отделение.

В знаменитом отчете за 1839 год А. Х. Бенкендорф сообщал царю:

Весь дух народа направлен к одной цели, к освобождению <…>. Вообще крепостное состояние есть пороховой погреб под государством, и тем опаснее, что войско составлено из крестьян же, и что ныне составилась огромная масса беспоместных дворян из чиновников, которые, будучи воспалены честолюбием и не имея ничего терять, рады всякому расстройству.

Глава Третьего отделения постоянно предупреждал царя о вероятности крестьянского бунта, который может быть спровоцирован «неблагоприятными обстоятельствами»: «Год от года распространяется и усиливается между помещичьими крестьянами мысль о вольности <…>. Могут явиться неблагоприятные обстоятельства: внешняя война, болезни, недостатки, могут явиться люди, которым придет пагубная мысль воспользоваться сими обстоятельствами ко вреду правительства, и тогда провозглашением свободы их из помещичьего владения им легко будет произвести великие беды» (1834); «Мысль о свободе тлеет между ими (крепостными крестьянами. – И. Р.), беспрерывно и в смутных обстоятельствах обнаруживается более или менее опасными вспышками» (1840)732.

Девять комитетов Николая I: подготовка отмены крепостного права в обстановке строгой секретности

В этих условиях император продолжает заниматься вопросами ограничения крепостного права и подготовкой его отмены. Крестьянский вопрос находился в центре внимания девяти функционировавших при нем комитетов, их работа была взаимосвязана и имела общую направленность. Первый комитет нового царствования – Комитет 6 декабря 1826 года, как отмечено выше, наметил основные направления правительственной деятельности в крестьянском вопросе. В 1835 году очередной секретный комитет подготовил реформу государственных крестьян, реализация которой началась в 1838 году. Это был первый этап двуединой реформы, вторым этапом которой должно было стать освобождение помещичьих крестьян. Работа Комитета 1839–1842 годов завершилась изданием указа об обязанных крестьянах 2 апреля 1842 года, реализовавшего идею договорного пользования земельным наделом за отрабатываемые повинности, предоставив определение конкретных условий добровольному соглашению сторон (см. ниже). Комитеты 1840 и 1844 годов рассматривали проблему дворовых людей (этот вопрос обсуждался и в Комитете 6 декабря 1826 года), их деятельность завершилась