Мудрый Энгельберт - Яромир Йон

Испуганные женщины отпрянули к дверям.

Пани Масопустовой были знакомы дочернины припадки. Она вышла первая. За ней пани Птачкова и последней — тетя Лола, осенявшая себя крестом:

— Бесноватая! Бесноватая!

— Мы оставляем ее одну в комнате. Так она быстрей успокаивается.

— Не выскочила бы из окна! — опасалась пани Птачкова.

— Надо следить! Давайте постоим у двери. Как только услышим, что она открывает окно, — сразу войдем. Мы с мужем дома так и поступаем.

Портниха заглянула в замочную скважину.

— Что она делает?

— Катается по постели и бьет кулаком в стенку.

— Что-нибудь говорит?

— «Проклятье! Проклятье!»

Спустя полчаса женщины приоткрыли дверь. В комнату заглянули три пары глаз.

В нижнем ярусе виднелась голова пани Птачковой, которая ростом была меньше других, над нею — голова пани Масопустовой и в самом верху голова стройной, высокой тети Лолы.

Вики лежала на незастланной кровати, в разорванной на груди блузе, спущенных чулках и туфле на одной ноге; голова ее была замотана зеленым покрывалом.

Мать осторожно приподняла кончик покрывала.

— Еще минуточку, — прошептала она и с удрученным видом присела на кушетку. — Боже ж ты мой!

Через час женщины принесли Вики кофе и слоеный рогалик. Она сидела на кровати растрепанная, устало глядя на них. Жестом показала на свои губы.

— Иисусе! — перепугалась пани Масопустова. — Только не это! Только не это!

Дурные предчувствия мама́ оправдались. Вики потеряла речь. На этот раз, впрочем, по собственной воле. Притворяясь немой, она — униженная — победит. Она одержит триумф!

Какой трогательный взгляд обращен на мама́, которая, упав на колени у постели, испрашивает прощения у своей дочери за то, что так сильно огорчила ее! Мать признает, что на сей раз виновата сама.

— Посмотри на свою маму, доченька, дорогая! Посмотри, как она умоляет тебя простить ее, только бы ты заговорила! Ну скажи же, скажи хоть словечко!

Ответом было гробовое молчание.

Тетя Лола и пани Птачкова, не менее расстроенные, молились в кухне, чтобы всемогущий господь вернул Вики дар речи.

— Ну погляди на меня, доченька, родная! Если бы письмо Семерадовых попало в мои руки, а не к папа́, я бы поехала в Прагу, нашла этих шляпочников и Камилла. Я бы им показала! Как они смеют неуважительно говорить о моей дочери! Мы, Масопусты, почтенная семья, состоим на службе у графа, и у нас честная, порядочная дочь, а не какая-нибудь уличная девка!

Вики, не шевелясь, равнодушно смотрела на нее.

— Ах, если бы тут был лесничок! — рыдала пани Масопустова.

— Помоги боже! — стиснула руки портниха.

— Ужасно, ужасно! За что такое наказание?

— Лесничок, сторожок, исцели ее душеньку… — шептала тетя Лола, опустившись на кухонный табурет.

Раздался звонок.

Заплаканная мама́ пошла отворить дверь.

Посыльный вручил огромный букет роскошных цветов и письмо на имя Вики.

Женщины, отдав Вики букет и записку, удалились.

Через минуту Вики вошла в кухню и, радостно улыбаясь, воскликнула:

— Можете посмеяться! Камилл устроил Семерадовым из-за этого письма жуткий скандал. Они там все наврали. Он забрал свое белье, одежду и переселился в амбулаторию. Как только он выплатит им долг за медицинское оборудование, он разведется с этой ревнивой обезьяной, и мы поженимся!

— Батюшки-святы! — радостно всплеснула руками мать.

Приехав в Тврдице, мама́ написала оттуда, чтобы Вики оставила школу, отказалась от частных уроков итальянского и английского языка и приезжала со всеми вещами домой.

Папа́ тяжело болен.

А когда Вики приехала в Тврдице, то увидела, что папа́ здоров. Родители объяснили ей, что она должна остаться дома, что до того, как Камилл разведется, им нельзя поддерживать предосудительные отношения, что это произойдет не скоро, не ранее чем через год, и лучше бы осуществить это в Венгрии. А пока они приготовили ей сюрприз.

Они втроем спустились в прачечную.

— Да это просто чудо! — воскликнула Вики, захлопав в ладоши, — Мама́, папа́, спасибо! Огромное спасибо!

Прислоненный к цоколю котла, там стоял сверкающий, новый дамский велосипед.

Солнце играло на блестящих звездочках никелированной цепи, на спицах, на педалях. Черная рама и крылья мягко светились, как отшлифованное эбеновое дерево. Цепь защищала зеленая шелковая сетка, а желтое седло на пружинах было новинкой по имени «Эксельсиор».

Потрогав мелодичный звоночек, взмахнув хлыстиком, вынутым из футляра, подвешенного к велосипеду на петельках, она открыла кожаную сумочку для инструментов и увидела, что она выложена шелковистой бумагой и наполнена шоколадными конфетами.

— Ой! Спасибо, благодарю сто раз, это просто сказочный подарок! Все Тврдице и Бржешница рот разинут!

Она восторженно обняла мама́, а затем папа́.

Продала Камилла за велосипед и конфеты.

Строго говоря, не очень-то хорошо она, Вики, поступила.

Гм… Раз почувствовав на себе зубы хищника, чуешь недруга издалека.

И тем больше ценишь безопасность, частокол из своей твердой воли и каждый день все крепче переплетаешь его толстыми прутьями.

Начинаешь тяготеть к чему-нибудь постоянному в сем изменчивом и непрочном мире.

Бурное волнение души, вызванное любовью к Этель, улеглось, и жизнь Ченека потекла ровно, без всплесков восторга, но и не без щедрых радостей, которые ежеутренне доставляет бодрое молодое тело, глубокое дыхание и ясная голова.

Через месяц-другой уже тебе кажется, что нет на свете места отраднее, чем либодржицкие леса с их разнообразной, а вместе с тем простой, ясной и понятной жизнью.

Там, где не видно безбрежных просторов, а горизонт ограничен кругом полезных и важных для общества занятий — там нет места мучительным вопросам.

Любовные муки Ченека утихли, все реже давали о себе знать.

Спустя год он уже чувствовал себя сильным и бодрым, как утренний солнечный луч.

Все законно! В молодости смысл жизни чаще лежит за пределами духовной сферы. Там, в материальном, находит он себе желанный приют.

Отыскивай свое увлечение среди вещей!

Где же научился младший лесничий Ченек Энгельберт искусству набивать чучела птиц, бальзамировать кожицу мертвых пернатых певцов, которых ему усердно носили егеря?

Как ловко умел он придать птице естественную позу с эдаким лукавым наклоном головы и полураспущенными крыльями!

Наблюдал птичью жизнь с детства?

Много полезного вынес из рядовой экскурсии второклассников писецкого лесного училища в Глубокую, где учащиеся посетили мастерскую знаменитого мастера-чучельника Вацлава Шпатного?

Или выбрал свое любимое занятие интуитивно?

Искусство чучельников издавна связывают с волшебством, знахарством, врачеванием и с теми колдовскими действиями, что смиряют раздоры и успокаивают человеческую душу.

Давайте заглянем в каморку за гержманицкой канцелярией, в Ченеково убежище, в маленький чуланчик с толстыми стенами — помещение, бывшее некогда избой или лесной сторожкой, к которой в восьмидесятых годах был пристроен просторный дом гержманицкого лесничества.

Стены комнатушки явно многажды белили известкой.

…Маленькое оконце пропускает достаточно света на рабочий стол