Империя, колония, геноцид. Завоевания, оккупация и сопротивление покоренных в мировой истории - Коллектив авторов -- История

в 1750 году, когда король Камбоджи Анг Снгуон успешно отдал приказ о геноцидной резне почти всех вьетнамцев, проживавших в стране[692]. После того как в дельте Меконга поселилось еще больше вьетнамцев, кхмеры снова устроили резню в 1769 году[693].

Однако в другие времена представители двух этнических групп сотрудничали. В ходе длительной гражданской войны во Вьетнаме, начавшейся в 1771 году, королевство Дайвьет сначала воссоединилось, а затем было завоевано возрождающейся династией Нгуен в 1802 году. Победитель, ставший новым императором Джиалонгом (1802–1819), получил помощь не только от французских войск, сиамских мятежников и китайских пиратов с их флотом джонок и 20-тысячным сиамским войском, но и от бывшего камбоджийского дворцового раба, который мобилизовал 5000 кхмерских сторонников на борьбу с Нгуенами. Сотрудничество оставалось альтернативой этническому конфликту. Однако к тому времени, как отмечает историк Александр Вудсайд, «этническая дифференциация и стратификация были более тонко развиты во вьетнамском имперском мировоззрении», чем в Камбодже или Сиаме[694].

Реставрация Вьетнама Нгуенами в конечном счете открыла путь для его дальнейшей западной экспансии в Камбоджу. А в 1794 году Сиам, продолжая свою экспансию на восток, захватил северо-западные провинции Камбоджи, включая храмы Ангкора и провинцию Баттамбанг, которые удерживал более века[695]. В 1830-х и 1840-х годах противоборствующие вьетнамские и сиамские вторжения поставили Камбоджу на грань уничтожения.

Джиалонг основал новую столицу в Хюэ, на центральном побережье, и в 1804 году он переименовал свое королевство во Вьетнам («Южный Вьет»). Несмотря на то что изначально он следовал многоэтническому принципу, Джиалонг считал, что «вьетнамцы и варвары должны иметь четкие границы». Он сочетал эту политику с конфуцианским патернализмом и региональным прагматизмом: «Камбоджа – маленькая страна. Мы будем ее матерью, а ее отцом будет Сиам». Камбоджа была «независимой страной, которая является рабой двух господ»[696]. Вьетнамский патернализм и сиамский сюзеренитет были нежелательны в Камбодже, но острота их противостояния давала ей больше возможностей для маневра. Разочаровавшись в сиамской власти, кхмерский король Чан (1806–1835) решил стать вассалом Джиалонга, и кхмерский двор переехал вниз по реке из Удонга в Пномпень. Джиалонг приказал своим чиновникам в дельте «отделить людей китайского происхождения, китайских купцов, камбоджийцев и малайцев»[697].

Соперничество за Камбоджу приближало к колониальным посягательствам. В 1811 году Сиам вторгся в Камбоджу, столкнувшись с войсками Вьетнама. Отступая с поражением, сиамские войска уничтожили обе бывшие столицы, Удонг и цитадель в Пномпене, а также депортировали тысячи камбоджийцев на северо-западные территории, контролируемые Сиамом[698]. В 1813 году, когда Джиалонг восстановил традиционное название своей страны – Дайвьет – 13-тысячное войско установило протекторат над Камбомджей[699]. Джиалонг в 1815 году выселил оттуда вьетнамских жителей, чтобы избежать «неприятностей с камбоджийцами в будущем», а позже приказал своим чиновникам «не позволять моим людям вмешиваться в их жизнь». Дважды в месяц кхмерский король должен был кланяться табличке с именем Джиалонга, а тысяча вьетнамских солдат стояла гарнизоном в столице, но их требования и контроль над Камбоджей еще не были жесткими. Официальная политика Хюэ заключалась в «укреплении суверенитета» Камбоджи. Сиамские войска все еще угрожали ей, вновь в 1814 году заняв северные провинции[700].

Вьетнам ужесточил контроль над Камбоджей. В 1816 году власти Нгуена наняли 5000 кхмерских рабочих из обоих королевств для рытья канала вдоль северного края дельты Меконга. Еще больше рабочих присоединилось к проекту, прежде чем строительство было завершено в 1820 году[701]. В буддийской поэме, написанной 50 лет спустя, размышляя об этой эпохе, кхмерский монах достопочтенный Пич назвал общую цифру в «100 000 кхмерских и вьетнамских рабочих». Пич писал, что во время раскопок «погибли много людей и многие другие были истощены»[702]. Рабочим платили и надзирали за ними в суровых условиях коррумпированные вьетнамские чиновники. Английский дипломат, посетивший Вьетнам, сообщил, что число погибших на проекте рабочих составило 10 000[703].

Правление и сопротивление привели к эскалации насилия. В 1820 году в восточной Камбодже буддийский монах по имени Кай поднял восстание, к которому присоединился камбоджийский генерал Нгуен, пониженный властями в звании[704]. Во главе с Каем повстанцы «уничтожили всех вьетнамских солдат», посланных арестовать его. Вьетнамские командиры осудили Кая за то, что он «посмел истребить их соотечественников». Повстанцы продолжали истреблять этнических вьетнамцев в Восточной и Северной Камбодже. Согласно стихотворению Пича, «число погибших было велико. Земля была залита кровью. Множество брошенных тел лежало на земле. Для вьетнамцев это был всеобщий разгром». Спустив на Меконг флот из 30 лодок, повстанцы направились к Пномпеню, но были разбиты[705]. Перед одним из сражений Кай читает буддийские сутры и благословляет свои войска, чтобы сделать их неуязвимыми. Поначалу это сработало. Вьетнамцы падали, «как банановые стебли», под ударами кхмеров. Последователи Кая объявили: «Нас не постигнет несчастье, потому что на нас нет вины». Но поэт критиковал Кая за его «проступки», такие как вовлечение монахов в насилие, противоречащее буддизму. «После того, что он сделал, заслуги его улетучились, и теперь он не обладал никакой особой силой. Его последователи были не в состоянии стрелять из своего оружия. Поэтому вьетнамцы, чамы и малайцы безжалостно атаковали их со своих лодок, используя топоры, винтовки и мечи». Многие буддийские монахи пали в боях, включая тех, кто, по мнению Пича, потерял религиозные заслуги, когда «убивал вьетнамцев». Вьетнамские войска захватили и убили Кая, судили и казнили дезертировавшего камбоджийского генерала и обезглавили многих других повстанцев[706].

Стихотворение Пича извлекает мрачный урок из этого восстания и его провала: «Руки людей дрожали от холода. Дождь лил весь день и всю ночь, и невозможно было отличить восход от заката. И слабые, и сильные бежали в укрытия, и земля была охвачена скорбью». Джиалонг умер в 1819 году, и новый вьетнамский монарх, его сын Минь Манг, занял иную позицию: «Мир восстановлен, но в Камбодже еще многое предстоит сделать, а сделано мало»[707].

Внутренняя политика и идеология Минь Манга

Вьетнамский император Минь Манг (1820–1841) был более агрессивным и идеологически жестким, чем его отец. Его трагическая интервенция в Камбоджу в 1833–1841 годах вписывается в схему его правления. Репрессивный и надменный, глубоко озабоченный благосостоянием и развитием сельского хозяйства, Минь Манг придерживался конфуцианских взглядов на образцы китайской старины, одновременно навязывая этническую ассимиляцию внутри страны и стремясь к территориальному экспансионизму в ответ на конфликты за рубежом. После жестокого вмешательства сиамцев в дела Лаоса Минь Манг аннексировал часть этой страны в 1827–1831 годах и вскоре после нападения