Лесной Дозор 3 - Александр Вольт

— Долго объяснять, — ответил я уклончиво.

Вот тут я сказал чистую правду, ни на волос не покривив душой. Объяснять и впрямь пришлось бы долго. Про Лешрака, про иномирного карапуза, про ультимативный навык. К утру бы управился, а к обеду за мной приехали бы санитары и отвезли в отделение с мягкими стенами.

— И что еще более парадоксально, так это то, что ты не обращался за подкреплением.

— А зачем? Твари из-за периметра не вырвались, а если бы я трезвонил диспетчеру и докладывал о том, что тут происходит, а затем ждал ударную бригаду, то, скорее всего, пришлось бы бегать за ними уже не в пределах моего квадранта, а по всей тайге.

— Может нам поставить бригаду быстрого реагирования, которая будет сразу выезжать, когда датчики регистрируют значения выше конкретного? — уточнила она.

От этого предложения у меня похолодело под ложечкой. Бригада на моей поляне означала чужие глаза круглосуточно. А у меня в погребе тоннель к остроухим, в соседней комнате Бу, у соседки иномирное дитя. Отказываться следовало быстро и по делу, чтоб отказ прозвучал заботой о службе.

— Не стоит. Пускай они быстро реагируют, если твари выйдут за периметр. Тогда это уже весомый повод для беспокойства, — ответил я. — Как ты вообще узнала про бешенство так быстро?

— Работа у меня такая, Багрицкий. Узнавать все быстро, что касается четвертого дозорного пункта.

Я бесшумно хмыкнул себе под нос. Вот вроде и приятно, что за меня переживает, а вроде и приятного в такой опеке мало. Чуть что, так сразу вопросы.

— Ясно. Тогда, как быстро ко мне смогут приехать ваши ученые головы, которые заберут биологическую угрозу и сделают анализы?

— Мы уже распорядились, и группа перевозчиков должна выехать в ближайшее время, хотя время близится к ночи, а по последним данным, которые у нас имеются, в лесу повышенная активность реликтов, что вызывает определенные опасения. Так что, скорее всего завтра утром.

— Повышенная активность реликтов? — переспросил я.

— Да. Нам доложили, что они шастают по лесу, причем как по нашей, так и по противоположной стороне. В резервациях вообще задрал патруль на дороге.

Я невольно напрягся. Ну и откуда они знают? Выходит, Империя и резервации поддерживают обмен не только товарами, но и информацией? Или имперские соглядатаи тайно шпионят за тем, что происходит у остроухих соседей?

Размышляя над этим, я пришел к простому выводу: наличие таких шпионов совершенно не удивительно. Государство, что ведет долгую войну, затем договаривается о перемирии, в любом случае будет поглядывать за границу, ожидая очередной вспышки бунтов, недовольства и радикализма.

— Задрали патруль? — я постарался вложить в голос максимум искреннего удивления.

— А ты не в курсе? — спросила она.

— Откуда мне знать? — ответил я, глядя на тусклые огоньки приборной панели. — Вот если бы еще один конвой пропал на нашей стороне, то да, был бы в курсе.

— Мир слухами полнится, — отозвалась Ольга.

— А я живу как раз на краю мира, куда эти слухи не долетают. Иронично, не правда ли?

Я позволил в интонации проскользнуть легкому наигранному недовольству. Мне совершенно не хотелось показывать столичной следовательнице, что я тут с местными эльфами контрабанду через тайные тоннели тягаю, распиваю чаи и спасаю иномирных детей.

Врать Ольге дело особое, тонкое. Она мастер масок и такие вещи чует шкурой. Потому я и не отпирался наотрез, а вилял по-стариковски, брюзжа на глухомань и начальство. Так подход в глазах следователя выглядит достовернее, чем молодец, у которого на все имеется гладкий ответ.

— В общем, да, у них там какой-то реликт ни с того ни с сего вывалился на тракт, накинулся на патруль, двоих разодрал на месте, а двоих потаскал сильно, но выжили вроде.

Выжили. Одно это слово стоило всей вчерашней беготни. Стало быть, старый лекарь с саквояжем свое дело знал крепко, а жгут продержался ровно столько, сколько было надобно.

— И что с реликтом? Куда делся? — спросил я, пытаясь понять, какой еще информацией владеет следователь. Она могла запросто недоговаривать, проверяя мою реакцию.

— По имеющейся у нас информации, его убила дозорная с той стороны. Прострелила череп и вызвала подмогу.

Вот оно как. Я едва не усмехнулся вслух. Прострелила череп. Отличная легенда. У эльфийки в руках крупнокалиберная снайперская винтовка, и дыра в голове чудовища вполне могла сойти за результат попадания бронебойной пули, а не моего кулака под ультимативным навыком. Значит, Наира сориентировалась и прикрыла наши следы перед своим начальством, а их начальство слило эту сказку имперцам. Ну или кто-то другой слил. В любом случае меня такой расклад устраивал более чем полностью.

Одна закавыка в этой сказке все же торчала наружу. Пробы с туши брали эльфийские лекари, а пробирки увезли эльфийские алхимики. Стало быть, о том, чем на самом деле раскроили башку реликту, рано или поздно узнает какая-нибудь ученая голова с той стороны. Ну да это забота завтрашнего дня. Нынче у меня своих хватало.

Мое внимание внезапно привлекло нервное мельтешение красных диодов с левой стороны главной консоли. За ними последовал тихий, но настойчивый зуммер системы раннего оповещения.

— Ясно. Так, у меня тут что-то, кажется, назревает. Вынужден заканчивать связь. Есть что-то еще срочное?

— Что назревает?

— Ты же сказала, что у вас датчики тоже регистрируют что у меня тут происходит. Очередной прорыв, конечно же. Ольга Владимировна, что-то срочное еще есть?

— Нет. И я звоню не по официальному каналу. Будь осторожен.

Динамик щелкнул, прервав соединение.

Я скинул гарнитуру, что глухо стукнула о поверхность стола. Не по официальному каналу, значит. Столичная железная леди подняла трубку сама, ночью, ради одного дозорного на краю света. Я отложил эту мысль в сторонку, к прочим, до которых руки покуда не доходили.

Табурет скрипнул по линолеуму, когда я резко поднялся и полностью развернулся к приборам. Красные огоньки сектора наблюдения моргали часто, сливаясь в сплошную тревожную полосу.

Я сделал два длинных шага к бронированному панорамному окну и приник к холодному стеклу. Морозный воздух снаружи выстудил триплекс так, что от него веяло ощутимой стужей прямо мне в лоб.

Черный туман на дне Разлома потерял свою сонливость последних дней. Дымная масса бурлила, перекатываясь огромными волнами, вспучивалась гигантскими пузырями и опадала обратно. Края мглы цеплялись за скалистые выступы и ползли вверх по отвесным склонам.

Эх… кончился мой отдых.

Хотя… когда я вообще последний раз как следует отдыхал? То по лесу за браконьерами бегаю, то «Когтерезов» или как их там останавливаю от раздирания патруля, то на бешеных белок охочусь.

Я развернулся на