Ники Лауда. Биография - Морис Хэмилтон

спорта в 1985 году, и мы спросили его, так ли это. А Ники сказал: «Мне сделали фантастическое предложение». Кто? «Вы себе и представить не можете». Открыл свой кейс и показал контракт с Renault. Мы прочитали. Все так и было. Невероятно! Он сказал, что мы можем написать об этом, при условии, что не упомянем сумму предложенного ему гонорара.

Однако вскоре Лауде позвонили и предупредили об отмене сделки. Слишком большая зарплата Ники обеспокоила боссов Renault, которые боялись, что цифры, просочившиеся в прессу, вызовут недовольство рабочих завода и профсоюзов.

В результате ход снова перешел к Деннису, но он был непоколебим: либо половина нынешних денег, либо ничего. После вмешательства Philip Morris (с подачи Ники, само собой разумеется) пришлось пойти на некий компромисс. Все же Лауде хорошо платили, и он надеялся продолжать борьбу за звание чемпиона, поэтому, пусть и нехотя, согласился на условия поскромнее. Ни о каких четырех миллионах речь уже не шла, контракт был подписан. Лауда рассказывал:

Послушайте, меня не устраивает сокращение зарплаты вдвое. Это несправедливо. Мне так хорошо платили, потому что от меня ждали высоких результатов и, думаю, я их показывал. Считаю, что было бы разумным сократить мой гонорар на треть, и тогда команда получит дополнительные средства для дальнейшей разработки двигателя и шасси. Это совместная работа, и сотрудничать необходимо, но полагаю, что все должно быть пропорционально. Они согласились, поэтому я не ушел.

В октябре 1984 года Лауда в третий раз стал чемпионом мира, и до начала следующего сезона у него было целых полгода на раздумья. «После того, как ты полностью выматываешься, потом трудно смириться с тем, что для победы в следующем году придется работать еще больше, — говорил Ники. — В начале года сложно снова загнать себя в такие жесткие рамки, в первую очередь психологически. Это не происходит на автомате, потому что сил у тебя нет и ты думаешь: «Черт! А ведь придется напрягаться еще сильнее»».

Начало сезона Лауде осложнил тот факт, что поставщик шин McLaren — компания Michelin — перестала сотрудничать с «Формулой-1», а шины Goodyear, с его точки зрения, не обеспечивали необходимого сцепления. Но все это показалось мелочью на фоне чудовищной полосы неудач: в то время как Прост выиграл три из четырех первых гонок (на одной его дисквалифицировали из-за несоответствия машины техническому регламенту), Лауда заехал в очки всего один раз, став четвертым. По мере развития сезона дела шли все хуже и в середине августа, перед началом домашнего для него Гран-при, в турнирной таблице Ники был 12-м, а Ален уверенно претендовал на титул. Журналисты стали все чаще поговаривать о его уходе из спорта. Джон Барнард рассказывал:

Помню, Ники сказал мне: «Этот чертов французишка постоянно опережает меня на полсекунды, надо что-то придумать». Обычно он просчитывал своих соперников и играл с ними в психологические игры, но Ален просто был быстрее. И Ники буквально с ума сходил по этому поводу, потому что не мог придумать, на чем же отыграть время [круга].

Машина 1984 года в задней части была словно приколочена[86], так что чуть ли не постоянно приходилось разбираться с недостаточной поворачиваемостью. Алена это не смущало, тогда как Ники приходилось прикладывать чуть больше усилий. Я был уверен, что он справится: нужно лишь добиться большего сцепления с передней частью машины.

В начале 1985-го стало очевидно: Ники теряет свой задор и мотивацию. Он сел в свою новую машину и тут же понял, что сцепление с дорожным покрытием у новой машины оказалось хуже, чем у прошлогодней. Он собирался работать еще усерднее, но мне было очевидно, что его начали одолевать сомнения.

Лауда, которому исполнилось 36 лет, не опровергал точку зрения технического директора, когда в июле 1985 года обсуждал свой сезон с Аланом Хенри. Вот что он говорил:

Думаю, в этом году прогресс очевиден: на некоторых гонках я отставал от Алена всего на 0,3 секунды. Нет, это не хорошо. Я не хочу сказать, что счастлив. На самом деле, совсем не счастлив. Но это лучше, чем две секунды, которые я иногда проигрывал ему в прошлом году.

С турбомашиной все происходит так быстро. Нужно привыкнуть к этому, но времени адаптироваться нет. У тебя есть только один шанс на быстрый круг, вот и все. Нет возможности войти в ритм, зато внезапно появляются лишние 300 лошадиных сил. И выбора тоже нет. Все уже началось. Тебе со всей дури дали под зад и надо лететь вперед, а я не могу справиться с этим так же хорошо, как другие. Только и всего.

Но я над этим работаю. Есть трассы, которые подходят мне лучше: более быстрые, с широкими открытыми поворотами, где легче почувствовать ритм, и где приложение мощности более равномерно распределяется на весь круг. Но трассы вроде той в Монреале — «стоп — старт — стоп» — я терпеть не могу. Мне все труднее и труднее. И в какой-то момент я неизбежно скажу: «Ладно, я сделал все, что мог, с меня довольно». Но я не знаю, когда именно он наступит.

В 1979-м я ушел из гонок, отдохнул и вернулся. Но я не думаю, что можно сравнивать… Это была другая эра, и в 1982 году мне пришлось начинать с нуля.

Наступает новый сезон, ты снова берешься за дело, в каком-то смысле все повторяется. Это тяжело. Мотивация меняется в зависимости от конкретной ситуации — это нормально, и я пытаюсь убедить себя, что в этом году должен попробовать снова обойти Проста. Но настоящая мотивация для меня — посмотреть, смогу ли я выбраться из тяжелой ситуации, решить трудную задачу и проверить свои возможности. Я в лучшей команде, у меня лучшая машина. Я счастлив работать с этими людьми. Но не уверен, что в конце сезона они скажут то же самое про меня. И тогда придется принимать решение.

Бороться за чемпионство все равно что подниматься в гору: кислорода мало — чем выше поднимаешься, тем тяжелее дышать, но когда спускаешься, чувствуешь удовлетворение от своего достижения. А потом, перед следующим сезоном, тебе будто говорят: возвращайся на ту же гору, но залезай еще выше. И раз у тебя уже есть опыт, сначала ты относишься к этому слишком спокойно, понимая, что надо экономить кислород для большей высоты. Но риск в том, что пока ты не торопишься, соперники вполне могут обойти тебя и