Стальной прибой - Джек из тени

на полшага назад. И тут же все тени, сопровождавшие Сирену, как один, слаженно и низко поклонились кому-то, кто вырос буквально из ниоткуда. Воздух просто мигнул — и вот она уже стоит.

Незнакомка медленно, с каким-то кошачьим изяществом, скинула глубокий капюшон.

Алиэт судорожно сглотнула, мгновенно понимая рвение и почтение хвостатых убийц. Тоже кицунэ, и, судя по осанке и взгляду, способному замораживать воду, а так же пяти пушистым хвостам, лениво покачивающимся за спиной — явно из правящего рода Антивы. Затем взгляд Сирены инстинктивно мазнул ниже. На правой руке лисицы, на безымянном пальце, тускло, но тяжело блеснуло дорогущее обручальное кольцо, испещренное вязью гномьих защитных рун.

Сирена не стала тупить. Она тут же, стараясь не запутаться в полах длинного плаща, ловко (насколько позволяли отбитые ноги) спрыгнула с лошади. Оправила одежду и, напустив на лицо маску абсолютного, непрошибаемого спокойствия, медленно подошла к Лире. Подошла вплотную, так близко, чтобы не слышал больше никто, даже вездесущий Асаи, тактично отступивший еще на шаг.

— Здравствуй, сестра! — широко, почти искренне улыбнувшись, произнесла Алиэт, глядя прямо в мерцающие фиолетовым глаза кицунэ.

Воздух вокруг Лиры мгновенно потяжелел. Волоски на руках Сирены встали дыбом от прошившего пространство статического электричества.

— Не рановато ли для такого обращения, рыбешка? — прищурившись, холоднее айсберга спросила Лира. Тон был такой, что им можно было резать стекло.

— Это лишь вопрос времени, когда на моей руке появится такое же, — Алиэт многозначительно кивнула на кольцо собеседницы. И тут же, не давая лисице вспылить или пустить в ход магию, сменила тон. Игривость улетучилась, оставив лишь сухую прагматику выживания. — Но прямо сейчас могу лишь заверить: я тебе не враг!

— И почему я должна тебе верить? — Лира скрестила руки на груди, словно отгораживаясь. Хвосты за её спиной нервно дернулись, выдавая крайнюю степень раздражения. — Вы, пираты, продаете всё, что не приколочено.

— Всё просто, — голос Сирены упал почти до шепота, превратившись в едва различимый шелест. Она подалась еще чуть вперед, почти касаясь лбом лба кицунэ. — Умрет он — мы все протянем не шибко долго. И я, и ты, и весь твой народ. А раз так… Лучше держаться вместе, чем пытаться решить одну и ту же глобальную проблему каждой по отдельности.

Лира замерла. В её взгляде на долю секунды мелькнула уязвимость — та самая, которую шпионы прячут годами.

— Ты видела?.. — выдохнула лисица, подавшись вперед так резко, что Алиэт ощутила запах свежей крови, исходящий от её одежды.

— Не четко. Как будто через мутное, залитое дождем стекло, — тут же мотнула головой Сирена, морщась от неприятных фантомных болей в висках, которые всегда сопровождали её приходы. — Деталей нет, только образы. Кровь, пепел и пустота.

— И всё же! Что именно⁈ — настаивала Лира, её пальцы мертвой хваткой вцепились в предплечье девушки.

Алиэт воровато, затравленно оглянулась по сторонам. Убедилась, что никто не греет уши, и зашептала быстро, глотая окончания слов:

— Погибнет та, что любит лошадей… И не одна. А вместе с ней тот, кто обладал мощным магическим даром… — Сирена горько усмехнулась. — Судя по тому, как побледнело твое лицо, ты прекрасно в курсе, о ком я говорю.

Лира пошатнулась, пальцы на руке Алиэт разжались. Глаза кицунэ расширились от накатившего ужаса. Она знала. Разумеется она знала Элизабет и про магию плода, которая вытягивала из молодой королевы все соки.

— Что дальше? — с трудом сглотнув вставший поперек горла ком, спросила Лира. Она уже лихорадочно, на огромных скоростях прикидывал варианты: как усилить охрану, как оградить Элизабет, куда перепрятать, какими рунами закрыть детскую.

— От горя он сожжет всё вокруг, вплоть до нового горизонта, что невозможно увидеть с этого берега. И сам сгорит в этом же огне, — тяжело вздохнула девушка, опуская взгляд на носки своих сапог. — Его ярость не оставит камня на камне. Но те, кто правит ушастыми из тени… они выживут. И смогут в итоге взять реванш на пепелище.

— Третья фракция ушастых ублюдков, — выдохнула Лира, прикрывая глаза ладонью, словно у неё внезапно разболелась голова. — Только этого еще не хватало. Драконы, Розы… теперь еще и эти.

Лисица устало, как-то сразу постарев на пару десятков лет, посмотрела на стоящую перед ней Сирену. Обычную девчонку в мешковатой одежде, в голове которой крутились шестеренки судного дня.

— Последний вопрос… — тихо начала Лира.

— Нет, — мягко, но абсолютно непреклонно отказала Алиэт, отступая на шаг. — На этот вопрос ответит только он сам. Я не полезу в ваши семейные тайны глубже, чем того требует этот день.

Лира долго, изучающе смотрела на неё. Затем медленно кивнула.

— Может, ты и права… Иди! Там тебя уже ждет твой папаша с этой несносной, горластой мелочью.

Алиэт улыбнулась. И вдруг, повинуясь какому-то странному, абсолютно нелогичному порыву, подалась чуть вперед и неожиданно, крепко обняла Лиру.

Для кицунэ это был шок, натуральный разрыв шаблона. Хвосты лисицы мгновенно встали торчком, мышцы под кожей напряглись, превратившись в стальные канаты — тело рефлекторно готовилось отразить удар ножом в спину. Но удара не последовало. Было только теплое, человеческое объятие девчонки, которая слишком долго сидела на цепи в каменном мешке.

Спустя секунду Лира с шумом выдохнула. Плечи её расслабились, сбрасывая колоссальное, копившееся неделями напряжение. Она неуверенно, почти робко похлопала Сирену по спине.

— Иди давай, — буркнула Лира, смущенно отворачиваясь и пряча лицо за воротником плаща. — А то Железный ждать не любит.

Алиэт кивнула в ответ. Развернулась и, уже под плотной опекой Асаи и его ребят, зашагала прямо к огромному штабному шатру.

Пока она шла через площадь, атмосфера вокруг ощутимо менялась. Девушка выпрямила спину, развернула плечи. Походка неуловимо поменялась, ушла неуверенность уставшей пленницы, появилась плавная грация дочери Владыки островов. Пиратская принцесса шла на смотрины.

На площади её появления ждали все. Это чувствовалось физически.

Справа, кучкуясь у перевернутых телег, стояли корсары её отца. Увидев свою жрицу, они как один снимали шлемы, низко, с глубочайшим почтением кланяясь. В их глазах читалась почти религиозная надежда.

А вот слева, вдоль всего импровизированного коридора, стояли воины Железного короля. Легионеры с тяжелыми винтовками на плечах. Они провожали Алиэт настороженными, изучающими взглядами. Никакого почтения, только сухая калькуляция: кто такая, чем опасна, и с какого расстояния, если что, в неё удобнее стрелять.

В самом конце этого пропитанного порохом и потом живого тоннеля,