Киевская и Суздальская земли XII-XIII веков - Пётр Николаевич Полевой

23

В 1149 г. Изяслав Мстиславович, услышав о приходе Юрия с войском и половцами, воскликнул в гневе: «Если бы он пришел только с детьми, то которая ему волость любе, ту бы и взял; но если он на меня привел половцев и врагов моих Ольговичей, то буду с ним биться». Точно так же в 1174 г., когда Андрей Боголюбский послал Михна мечника с грозными речами к Ростиславичам, то Мстислав сказал послу Андрееву: «Иди к своему князю и скажи ему от нас – до этого времени мы тебя отцом своим почитали по любви: но ежели ты с такими речами прислал ко вне, не как к князю, но как к подручному своему и как к простому человеку – то уж так и действуй, как ты задумал, а Бог пусть нас рассудит».

24

Так поступил Олег в 1096 году. Заметим здесь, кстати, что битва и самое решение распри битвою были вообще известны в Древней Руси под названием суда Божия. Примеров, подтверждающих значение этого выражения, летопись представляет очень много. Вот один из них на выдержку: «Если встречусь прежде с Владимиром и его войском, – говорил Изяслав своей дружине (1150 г.), – то с теми суд Божий вижу; встречусь ли прежде с Юрием, то с тем суд Божий вижу: и пусть меня с ними Бог рассудит».

25

В 1100 г., во время съезда в Уветичах для суда над Давидом, Мономах, упрекая Давида, говорит ему: «…се еси пришел и седиши с своею братиею на едином ковре». Так и в Ипатьевской, и в Лаврентьевской летописях.

26

См. Ипатьевск. лет. изд. 1871 г., с. 231 и 238.

27

Так, читаем под 1150 г. в Ипатьевской летописи: «Той же зимой начал засылать Изяслав к Андрею в Пересопницу. говоря: “Брат! Введи меня в любовь к отцу”, – а (между тем) посылал к нему, чтобы высмотреть, все ли у пего в порядке и в каком положении находятся городские укрепления; ибо он тут прежде изгнал (т. е. захватил врасплох) брата его Глеба в Пересопнице; на том же и этого хотел поймать; но не сбылся его замысел, так как (оказалось, что) город был укреплен и дружина (Андреева) вся в сборе» (изд. 1871; с. 281).

28

Значение древнерусского слова «изгой» стало несколько выясняться только с тех пор, когда открыт был «Устав о церковных судах новгородского князя Всеволода-Гавриила». В этом уставе перечисляются некоторые (не все) виды изгойства и приводятся четыре различные причины, по которым известные лица становились изгоями. В уставе указаны четыре главные вида изгойства. К изгоям относятся: 1) «попов сын (который) грамоте не умеет»; 2) холоп из холопства выкупится; 3) купец одолжает; 4) аще князь осиротеет». Всех этих лиц древнерусская церковь, как несчастных, принимала под свое покровительство, считая их «людьми церковными, богадельными». Г. Калачев старается объяснить значение изгойства следующим образом: «…Если кто отрешался от своей родовой общины или становился, по каким-либо причинам, вне родовых отношений, скрепленных единством всех членов каждого отдельного рода не только по их кровным, естественным узам, но и по общему месту жительства, тот, в смысле общественном и даже частном… делался изгоем». (О значении изгоев и состоянии изгойства в Древней Руси. Соч. Н. Калачева в I т. Архива историко-юридических сведений, относящихся к России. М., 1850).

29

«Мужей отца своего (Вячеслава)» – тут Вячеслав назван отцом Ростислава Мстиславича в том же смысле, в каком многократно называл его отцом и Изяслав Мстиславич, признавая его старшинство и призывая его разделить с собою стол киевский «в отца место».

30

Милостник упоминается в Ипатьевской летописи дважды, под 1180 (с. 416) и под 1175 (с. 400). Первое место, не объясняя нам значения милостника, только противополагает Кочкаря, милостника Святославова, лучшим мужам Святославовой дружины, ставя князю в укор именно то, что он решился напасть на Давида Ростиславича, «не повидав о том лучшим мужам своей дружины, а посоветовавшись только с княгинею своею и с Кочкарем, своим милостником».

Второе место гораздо более важно для объяснения значения милостника. Из него мы узнаем, что убийцы Андрея Боголюбского убивают «Прокопья, его милостника, и затем уже захватывают всю казну княжескую. Ограбленные богатства Андреевы убийцы навьючивают на милостных коней, а сами вооружаются милостным оружием и тогда уже начинают собирать около себя дружину. Ясно, что милостник здесь является в значении хранителя княжеской казны и движимого имущества, а к казне княжеской, как мы уже знаем, принадлежали и оружие, и кони, которыми князь снабжал воев. Такое оружие и кони, принадлежавшие к казне княжеской, быть может, в отличие от оружия и коней, принадлежавших дружине, получали названия милостного оружия и милостных коней.

С другой стороны, из того же места узнаем достоверно, что Прокопий, милостник князя Андрея, не принадлежал к дружине княжеской, а к числу слуг княжеских. Князь Андрей, окликая его, называет его «поробком»; это обстоятельство отчасти и объясняет нам убиение Прокопия вместе с князем Андреем, так как все убийцы принадлежали к дружинной среде. Ввиду всего этого мы положительно не можем допустить того объяснения, которое на 18 с. указателя имен личных к Ипатьевской летописи (изд. 1871), допущено было ее издателем: Кочкарь, очевидно, не был «боярином черниговским» (то же объяснение находим и в Строевском «Ключе к истории государства Российского» на с. 134 в указателе имен личных), а только одним из приближенных слуг Святослава Всеволодовича.

После всего вышеуказанного само собою падает объяснение «милостника» словом «любимец» (Соловьев, т. II, изд. 1862; с. 277) или «главный из любимцев» (Карамзин, т. III, гл. И, с. 36 по изд. Эйперлинга). Такое объяснение этого слова встречаем и у Иловайского «История России», II, 215 и 216.

31

Таких описаний пиров и даров, розданных хозяевами во время пиршества, находим в летописи много. Таковы, напр., описания, помещенные под 1150 г., под 1195 и др. Особенно любопытное упоминание о пире и пиршественных дарах находим под 1148 г. в Ипатьевской летописи при описании съезде Изяслава и Ростислава в Смоленске: «Пришел Изяслав к брату Ростиславу и похвалили братья Бога и Святую Богородицу и силу животворящего креста, увидевшись в (добром) здоровье, и пребыли в великой любви и веселье с мужами своими и с смольнянами; и тут стали они дарить (друг друга) дарами многими: Изяслав дал