Экономика городов - Джейн Джекобс

и полностью. Трудно работать, не имея цели. Мучительно сознавать, что ты способен разрешить проблему, но тебе для этого не была предоставлена благоприятная возможность. Весьма вероятно, что многие люди предпочитают работать отнюдь не во имя благих целей и создавать ужасные вещи, лишь бы только избежать бесцельного времяпрепровождения и скуки. Желание работать там, где «вы можете добиться желаемого», особенно если речь идет о принципиально новых и сложных вещах, само по себе не является нездоровым. Или, скажем, оно является не более нездоровым, чем желание работать в ремонтной мастерской, где приходится обманывать клиентов, вместо того чтобы честно делать свое дело; или в безнадежно прогнившей системе социального обеспечения; или в школьной системе, где ничего нельзя добиться. Как указывает Пол Гудман, люди в состоянии понять, что в большинстве случаев деятельность, которой им предлагают заняться, абсурдна.

Почти каждый, кто пытается изобрести или разработать новый продукт или услугу, независимо от их вида и назначения, всецело отдается своей работе, и такое отношение необходимо для новаторов. Но редко видишь такое же уважение к работе со стороны тех, кто вкладывает в дело свой капитал. Такие инвесторы могли бы многому научиться у тех, кто направляет капитал на финансирование «прогресса» в военной сфере, то есть туда, «где есть готовность к прогрессу».

Впрочем, во всех остальных отношениях влияние войны на развитие экономики в современных условиях значительно отличается от того, что было в прошлом. Несмотря на свой разрушительный характер, война не всегда шла вразрез с процессом экономического развития. Война не всегда была несовместима с ростом городов и с концентрацией хозяйственной деятельности в них. В действительности во время войны города являлись, как правило, наиболее безопасным местом для людей, имущества и хозяйственной деятельности; сельская местность и деревни были более уязвимыми. Сегодня дело обстоит иначе. Военное искусство достигло такого уровня, который делает несовместимым существование городов и ведение войны в международном масштабе. Вероятно, это изменение является одной из причин, по которой китайцы так исполнены решимости — хотя и необоснованной — развивать свою экономику, не развивая крупных промышленных городов. Такая политика является защитной мерой. При определенных обстоятельствах это может быть оправданно и разумно, но только в качестве защитной меры.

Что такое «основной» капитал?

Традиционное представление о том, что «основной» капитал страны есть земля и труд, вложенный в землю, по очевидным причинам нельзя признать верным. Если бы это было так, то страны с преимущественно аграрной экономикой экспортировали бы сейчас капитал и другие финансовые услуги в индустриальные и урбанизированные страны, а не наоборот. А внутри последних капитал экспортировался бы из сельской местности в города, возможно посредством налоговых субсидий, которые деревня предоставляла бы городу. Генри Джордж, исходивший из постулата, что земля есть основной капитал и главное богатство, признавал, что вся прибыль, получаемая в городах, берет начало в стоимости городской земли. Конечно, исключительно высокая цена такой земли объясняется не ее особыми качествами, а концентрацией хозяйственной деятельности, которая ведется на городской земле. Главное богатство страны заключается в производительности ее экономики, которая связана с практической возможностью людей дополнять старые виды деятельности новыми. Но когда мы говорим об основном капитале, то, в любом случае, обращаемся к несколько платонической концепции. Это немного похоже на то, как если бы мы сказали: «Да, мне понятно, что эти люди поставляют ткань производителям рубашек, но что является исходным материалом?»

В реальном мире капитал возникает из тех же источников, что и любые другие товары, произведенные городской экономикой, а развитие деревень финансируется за счет экспорта капитала из городов. Все развивающиеся экономики создают капитал. Таким образом, тот, кто утверждает, что слаборазвитые страны должны финансироваться из-за границы, фактически требует развивать эти страны как инертные колонии, а не как экономики, способные к самостоятельному развитию. Если в стране или регионе, получающем помощь извне, действительно развивается экономика, то эта помощь, как правило, требуется лишь на короткое время.

Экономическое развитие страны обеспечивается ее собственным трудом. Существенная помощь, которую высокоразвитая и процветающая страна может оказать слаборазвитой, состоит в приобретении произведенных ею товаров и услуг: это даст ее стагнирующим городам или городам-эмбрионам возможность обслуживать расширяющуюся экспортную деятельность, зарабатывать средства на ввоз товаров из-за границы и замещать импорт. Никакая форма финансирования, какой бы щедрой она ни была, не может помочь экономике развиваться, если сами люди в городах не будут добавлять новые виды деятельности к уже существующим, если не будут созданы организации, способные финансировать этот процесс. Однако то же самое правило применимо и к экономике высокоразвитых стран: если там не будут постоянно создавать организации для притока капитала в новые виды деятельности в городах, они тоже могут закончить стагнацией и их богатство неизбежно, хотя и постепенно, будет истощаться.

Дискриминационное использование капитала

Люди, занимающие нижние ступени общественной иерархии, с трудом могут найти капитал для развития. Если даже они его найдут, им не разрешат этим капиталом воспользоваться. В обществе, которое считается свободным с экономической точки зрения, социальная дискриминация и отсутствие равной защиты людей и их прав со стороны закона (как данность, в отличие от декларируемого равенства людей перед законом) могут стать серьезной преградой на пути создания новых направлений деятельности — независимо от природных способностей людей и их личной пригодности для той или иной деятельности. В социалистическом обществе те, кому удалось пробиться наверх в бюрократической иерархии, имеют больший доступ к капиталу для развития, чем все остальные. Другой вопрос, смогут ли они воспользоваться этой привилегией, а если смогут, будет ли это во благо?

Если посмотреть на эту ситуацию с чисто экономической точки зрения — отдельно от всех ужасных проявлений, связанных с социальной дискриминацией, — можно увидеть, что в сельской местности последствия этой дискриминации не столь серьезны; в деревне экономика может развиваться, несмотря на кастовую систему, как это было в средневековой Европе и во многие другие эпохи в иных местах[36]. Но дискриминация в городах является серьезной экономической проблемой. Она создает значительные экономические препятствия и трудности. Малопрестижная работа часто становилась источником возникновения новых товаров и услуг, и можно ожидать, что так будет продолжаться и дальше. Неслучайно в обществах, где женщины, включая горожанок, сохраняют рабское положение, возможности совершенствовать производство товаров и услуг, связанных с презираемым женским трудом — таким как приготовление пищи, пошив одежды, стирка, — остаются нереализованными. Не случайно и то, что деятельность, основанная на рабском труде, всегда, даже в условиях городской экономики, развивалась крайне слабо. Более того, острые