Неповторимый стиль. Как французы придумали высокую моду - Джоан Дежан

В Париже XVII века, если кому-то совершенно необходимо было помыться, он отдавал себя в руки les baigneurs, банщиков, то есть цирюльников-банщиков, которые содержали бани. Некоторые из этих заведений обладали дурной репутацией мест, где можно было удовлетворить свои сексуальные предпочтения, естественно, в полной секретности. В лучших банях, однако, предлагались различные услуги, похожие на сегодняшние спа-процедуры; там, например, были душистые ванны и даже депиляторные ванны.

Для французов XVII века, и женщин, и мужчин, абсолютно гладкое, лишенное волос тело являлось критерием чистоты скорее, чем частые омовения. В словаре 1691 года Антуан Фюретьер в неожиданно морализаторском ключе отмечает, что les gens propres vont chez les baigneurs pour se faire dépiler (чистоплотные люди ходят к банщикам, чтобы удалить на теле волосы). «Cours de médecine» («Курс медицины») доктора Луи Гийона, впервые опубликованный в 1664 году и много раз переиздававшийся до конца столетия, подробно объясняет, почему так важно удалять волосы и в каких местах их абсолютно не должно быть.

Первая глава его медицинского пособия для непрофессиональной аудитории посвящена болезням головы. Но еще до того, как обсудить мигрени, до вопросов зубных болей, доктор Гийон разражается длительной лекцией о предмете, который в его времена, видимо, имел большую важность: «Как избавиться от волос в местах, где их неприлично иметь». Некоторые такие места легко предсказать — волосы на женском лице, например. Но кто бы мог подумать, что ни женщины, ни мужчины не должны иметь волос на руках или груди, что это «противоречит законам природы», что это «уродство», которое «портит красоту и нарушает здоровье человека». Сегодня к услугам тех, кто хочет обладать шелковисто-гладкой кожей, имеются высокотехнологичные процедуры вроде лазерной или ультразвуковой эпиляции. Но люди XVII века не были такими неженками: они использовали пластыри, покрытые воском полоски и депиляторные кремы и притирания, в состав которых входили такие ингредиенты, как кровь черепах, моча собак женского пола или… негашеная известь.

Самое знаменитое банное и депиляторное заведение в Париже времен Людовика XIV содержал Франсуа Квентен, известный всем под именем Ла Вьенн. Король так любил его, что сделал первым камердинером. Ла Вьенн жил в Версале на момент своей смерти в 1710 году. В своих откровенных мемуарах главный сплетник XVII века герцог де Сен-Симон дал, как обычно, нескромное объяснение подобной королевской привязанности к своему банщику. Du temps de ses amours (то есть в периоды до и после его женитьбы, когда «король-солнце» сменил неимоверное количество любовниц) король часто посещал бани Ла Вьенна, чтобы «искупаться». И вот главная сплетня: король, «который не обладал способностью одарить своей благосклонностью все объекты своего желания, находил в заведении Ла Вьенна подкрепляющие средства, позволявшие ему быть более довольным собой». Если верить Сен-Симону, «король-солнце», обладавший сексуальными аппетитами не менее легендарными, чем его аппетит в еде, пользовался специфической спа-услугой, посещая les baigneurs, некими афродизиаками, прототипами сегодняшней виагры, необходимыми ему, чтобы укрепить самооценку и репутацию. (Ни один из трудов парфюмеров того времени не содержит рецепта средства, которое Сен-Симон эвфемистично называет comfortatifs, или «утешителями».)

Неприличный маленький анекдот Сен-Симона ясно дает понять, что для Людовика XIV купание было интимным образом связано с женщинами. Он мылся, чтобы возбудиться для новой женщины; никто не стал бы беспокоиться и проходить через все эти утомительные процедуры ради жены. После купания, чистый и гладкий, говорит Сен-Симон, он велел банщикам опрыскивать себя сладкими духами, «ибо ни один человек не любил духи так, как он». Юный король, возможно, так любил духи потому, что привык к ним. В мире, где купание почти не практиковалось, а люди ограничивались мытьем лица и рук, с естественными запахами тела либо ничего не делали, позволяя им витать в воздухе, либо заглушали их немалыми дозами тяжелых ароматов. В таком контексте торговцы, естественно, развивали новые способы использования ароматных товаров.

До середины XVI века слово «парфюм» относилось только к дыму (необязательно ароматному) от горения какой-либо субстанции. Именно в этот период французы начали обозначать словом «парфюм» любое сладко пахнущее вещество, от мыла до пудры, которое использовалось для того, чтобы замаскировать запахи тела. На рубеже XVII века те, кто изготовлял эти ароматные товары, наконец получили название parfumeurs, парфюмеры. В 1624 году производители надушенных перчаток получили право называться gantiers-parfumeurs, парфюмеры-перчаточники. Это было первое официальное признание французских профессиональных парфюмеров.

В марте 1656 года Людовик XIV подписал патент, который жаловал легальный статус первой гильдии, производящей сладкие ароматы, и таким образом родилась французская парфюмерная индустрия. Королевское желание узаконить статус парфюмеров имело разумные экономические основания, поскольку в первой половине XVII века французы стали самыми главными потребителями ароматных субстанций, используя (и часто в чрезмерных дозах) их, как никогда раньше.

Как обычно, и Кольберу, и королю не нравилась утечка денег из страны, поэтому они вознамерились поставить Францию во главе торговли парфюмерными товарами.

Под управлением французской Ост-Индской компании на французских островах в Индийском океане, Иль-де-Франс и острове Бурбон (ныне Маврикий и Реюньон), началась высадка ароматных растений. Профессиональные парфюмеры до сих пор считают бурбонские пачули и бурбонский ветивер одними из лучших. В 1673 году постановлением Кольбера гильдия парфюмеров-перчаточников была сделана одним из шести наиболее мощных деловых сообществ, что гарантировало им безналоговый доступ к иностранным продуктам, таким, как эти новые ароматные травы с Индийского океана. В конце концов Кольбер избрал город Грас, что в Провансе, своего рода столицей для производства ароматных веществ. В середине XVI века Грас получил известность как центр производства надушенных перчаток, которые долгое время оставались самым главным и самым продаваемым продуктом этой области. Со спонсорской помощью Кольбера к концу XVII века регион Граса стал играть ту роль, что играет и сегодня: там производились драгоценные эфирные масла таких цветов, как жасмин (который впервые начали выращивать в Грасе в XVI веке), фиалка, померанцевое дерево и цветы туберозы, которые имели очень сильный запах и были незадолго до этого (в 1670 году) ввезены в Европу из Мексики.

Под официальным патронажем благоухание Франции вскоре изменилось. В начале XVII века среди ароматов, изготовляемых во Франции, как и везде в Европе, доминировали запахи, которые производились экзотическими животными: цибетин (пахучий секрет, вырабатываемый железами виверры, или циветты, похожего на кошку животного, обитающего в Африке и Азии), серая амбра (субстанция, которая образовывается в семенных железах кита) и мускус, секрет мускусного оленя или кабарги, населяющих горы Центральной и Северо-Восточной Азии. К концу века французские парфюмеры куда больше склонялись к местным ароматическим веществам вроде лаванды