Охотник на маньяков. Том 2 - Петр Алмазный

— А если тебя завтра машина собьёт? — спросил он с кривой усмешкой. — Или кирпич с крыши упадет?

— Тогда тебе не повезёт, — ответил я.

Аббат задумчиво прищурился. Вообще он вёл себя как-то странно. Он как будто к чему-то прислушивался, чего-то выжидал. Затем его рука поползла в карман плаща. Я приготовился, готовый запустить свой главный для него сюрприз — как только на свет появится пистолет.

Но Абатуров вытащил не оружие, а деньги, пачку советских казначейских билетов, перетянутую аптекарской резинкой. Он всё-таки принёс их — чтобы усыпить мою бдительность, заставить поверить, что всё идёт как надо. А может, на случай милицейской засады, чтобы предстать жертвой вымогательства. В любом случае, деньги были здесь, и это было правильно.

Впрочем, отдавать их мне он не торопился и ближе не подходил.

Он снова коротко бросил взгляд по сторонам, вслушиваясь в гулкую тишину каменоломен. И, видимо, окончательно решил, что никакой милиции я сюда не притащил, поддержки у меня нет — я действительно пришёл один. На его лице проступила глумливая усмешка.

— Ну, с тобой всё понятно, журналист, — проговорил он.

Сказано это было чуть громче, чем он говорил до этого. И эта его фраза показалась мне похожей на условный сигнал. Я заметил, как у него дернулся подбородок: Аббат явно хотел повернуть голову в сторону дальнего завала из ракушечника, но с трудом заставил себя этого не делать.

В ту же секунду я всё понял. Этот урод всё-таки пришёл не один. Он притащил с собой киллера, и застрелить меня из засады должен был исполнитель. Его Аббат потом, разумеется, зачистит прямо здесь же, в каменоломнях, как лишнего свидетеля. Но мне от этого было ничуть не легче.

Такого поворота я не ожидал. Но шансы осуществить свой план у меня всё ещё оставались.

— Эй! Кто там в кустах? — выкрикнул я, глядя на завал из серых камней. — Череп, это ты?

В густом кустарнике за каменными блоками громко треснула сухая ветка. Там точно кто-то был.

— Не спеши стрелять! — продолжал я, повысив голос так, чтобы шуршание ветра не заглушило ни одного слова. — Выходи, не бойся, я без оружия! Послушай, что я скажу, а потом думай, стоит ли оно того. Тебя используют втёмную. И сегодня для тебя это закончится очень плохо! Тот, кого ты считаешь честным вором, твой главарь Аббат — на самом деле ментовский стукач! Да-да, не удивляйся, причём давным-давно. У меня есть доказательства.

Я ненадолго замолчал, прислушался. В кустах за камнями внимательно молчали. Присмотревшись, я увидел отблеск солнца на лысом черепе Черепа.

— Подумай сам, — продолжал я, — стал бы он тащиться в эти каменоломни на встречу со мной, если бы мои слова не были для него смертельно опасны? Он притащил тебя с собой, чтобы ты сделал за него грязную работу. И ещё на случай, если здесь милицейская засада — чтобы со стволом приняли тебя, а он остался чистеньким! А когда ты меня завалишь, ты отправишься следом за мной, это как пить дать. Потому что ты теперь слишком много знаешь, Череп. Давай, выходи!

Завал осыпался с сухим шорохом. Кусты затрещали, и на расчищенный пятачок вывалился Череп. Его лицо было злым и растерянным. В правой своей руке он сжимал уже знакомый мне пистолет.

— Давай, Череп! — рявкнул Аббат, делая шаг назад и нервно водя глазами по сторонам. — Не слушай ты этого балабола, делай дело!

Абатуров всё-таки решил играть по-своему. Рассказ о письмах-гарантиях его не впечатлил, он его проигнорировал. Какой у него расчёт, было непонятно. Возможно, он отдал Черепу приказ только ранить меня, чтобы потом пытками выбить, где лежат письма. А может, он просто решил, что вся моя «страховка» — пустой блеф. Или рассчитывал сегодня же вскрыть мою квартиру и найти то, что нужно. Разницы для меня не было никакой. Главной задачей прямо сейчас было — убедить Черепа не нажимать на спуск.

— Нет, ты лучше послушай меня, Череп, — заговорил я, не сводя глаз с его туповатого лица. — Послушай, чтобы потом не жалеть всю жизнь, которая у тебя может получиться очень короткой. Абатуров спелся с оперчастью ещё по молодости, на своём первом сроке. На этом он и поднялся. По мелочи он вас, конечно, не сдаёт, ему нужна своя свора. Но когда вопрос встаёт серьёзно, он сливает всех без колебаний. Ты сам подумай, вспомни: где сейчас все те, кто работал с ним пять лет назад? А? Все сидят! И сидеть будут ещё долго! А сам он — на свободе. Почему? Потому он ментам план делает. И одновременно конкурентов убирает, когда кто-то в вашей среде начинает набирать силу. Понял теперь?

Череп дико вращал глазами, тыкал в меня пистолетом и хватал ртом воздух. Было видно, как в его голове со скрипом и хрустом проворачиваются непривычные штуки — мысли.

Я понял: с него хватит, ещё немного, и у него от такого напряжения просто лопнет голова. Пришло время переходить ко второй части плана.

Я вытянул вперёд ногу и незаметно прижал подошвой ботинка плоскую кнопку, спрятанную в сухом бурьяне. От этой кнопки в траве тянулся тонкий двухжильный провод. Он уходил в заброшенный штрек, где на плоском камне стоял магнитофон на батарейках — добротный, с мощными выносными колонками. Технику я взял у Вадика из соседнего дома, своего товарища-студента. Вадик же по моей просьбе и спаял этот длинный кабель. Я приврал ему, что хочу устроить розыгрыш для приятеля на дне рождения, который мы якобы собирались отмечать во дворе в частном секторе.

Моя схема сработала безукоризненно.

В глубине тёмного раскопа неслышно включилась советская музыкальная техника. И над каменоломнями на максимальной громкости раскатился гулкий и грозный милицейский бас: «Стоять! Вы окружены! Бросай оружие!» Звучало это действительно впечатляюще. И, главное — правдоподобно.

Любой нормальный советский человек мгновенно узнал бы характерный голос из популярных телевизионных детективов. Но бандиты — народ специфический, фильмы про советскую милицию они не смотрели принципиально. Поэтому для них этот рёв в вечерней тишине прозвучал как настоящая работа группы захвата уголовного розыска.

— Бросай ствол, я сказал! — снова загремели из невидимого пространства колонки.

Череп вздрогнул, тихо выматерился — и швырнул пистолет в густую траву перед собой. И он, и Аббат втянули головы в плечи, дико озираясь по сторонам и ожидая, что сейчас из-за каждого камня выскочат оперативники с автоматами.

Я же уверенно шагнул вперёд и махнул рукой куда-то в сторону тёмного