Мусульманское открытие Европы - Бернард Льюис

герцогов. Каждому из них доверено определённое дело. Никто из них не вмешивается в дела другого, и каждый независим в той службе, которая ему поручена. Вышеназванный [архиепископ Камбре] ведал иностранными делами и обладал властью решать такие вопросы, как заключение мира и объявление войны, надзор за всеми торговыми делами, сношения с послами, прибывавшими из других краёв, а также назначение и отзыв французских послов при Пороге Счастья [Стамбуле].[275]

Лишь во второй половине восемнадцатого столетия мусульманские послы и прочие визитёры в Европу начинают обращать внимание на само устройство власти и на чиновников ниже высшего уровня. Безусловно, наиболее интересным из них является Азми-эфенди, османский посол в Берлине с 1790 по 1792 год. Подобно другим турецким путешественникам и писателям этого периода, он отражает ощутимую перемену в отношении к европейцам, коих теперь рассматривают не как невежественных неверных, достойных упоминания — да и то лишь в силу их забавных странностей, — а как сильных и наступающих соперников, чьи порядки необходимо изучать для защиты от них и, быть может, даже подражания им с той же целью. Отчёт Азми начинается довольно стандартным описанием его путешествия и деятельности. Гораздо больший интерес представляет вторая часть его донесения, где он излагает сведения о королевстве Пруссия по различным рубрикам: управление страной, её население, высшие государственные должности, состояние казны, народонаселение, правительственные продовольственные склады, армия, арсенал и артиллерийские магазины. Азми-эфенди был явно глубоко впечатлён организацией прусского правительства и, в особенности, эффективностью государственного аппарата, компетентностью его чиновников, отсутствием неквалифицированных и лишних служащих, а также системой жалований и продвижения по службе. Он говорит о прусских усилиях по насаждению промышленности и распространяется о внутреннем спокойствии и безопасности прусского королевства. Особой похвалы он удостаивает финансовый порядок и государственное казначейство. Его описание прусской армии и системы её подготовки стало важным источником для османских сановников, ратовавших за лучшую военную организацию. Азми-эфенди не довольствуется одними лишь косвенными намёками, но завершает свой отчёт рядом рекомендаций по улучшению Османского государства, навеянных его прусским опытом. Рекомендации эти таковы:

1) Искоренить совершенно коррупцию — причину тирании и разорения в османских владениях.

2) Сократить государственный аппарат и принимать на службу лишь людей компетентных.

3) Обеспечить всякому чиновнику постоянное жалованье, сообразное его работе.

4) Не увольнять чиновников с их постов, покуда они не совершают проступков, вредящих порядку и устоям державы.

5) Не дозволять некомпетентным лицам занимать должности, для коих они непригодны.

6) Низшие классы, ныне тщетно пытающиеся подражать знати, необходимо просвещать.

7) Вооружённые силы, и в особенности артиллерия и флот, должны быть надлежащим образом обучены и готовы ко всем неожиданностям как летом, так и зимой. Если это будет обеспечено, сила и усердие союзников Османского государства возрастут, а его противники будут разбиты. Таким образом станет возможно одолеть врагов Османского государства.[276]

Время от времени мусульманские авторы, пишущие о Западной Европе, отмечают отклонения от обычного, присущего человеку образа правления. Одно из них — правление королевы. В обществе, где полигамия и наложничество были нормой и особенно широко практиковались монархами, институт женского суверенитета едва ли мог возникнуть. И действительно, несколько весьма примечательных женщин сумели достичь высшей власти даже в этом неблагоприятном контексте, но их правление было недолгим. Впрочем, королевы не были совершенно неизвестны мусульманскому миру. Они видели королев в соседней Византии и, по-видимому, понимали принцип престолонаследия. Один из мусульманских историков того времени, говоря о византийской императрице Ирине, правившей с 797 по 822 год, замечает: «Женщина стала править ромеями, потому что на тот момент она была единственной, кто осталась из их царского дома».[277]

Мусульманский историк сообщает о прибытии в Багдад в 906 году посольства от ломбардского монарха в Италии по имени Берта, дочери Лотаря, но не даёт никаких сведений ни о ней самой, ни о её стране. Аль-Калькашанди в своём руководстве по делопроизводству упоминает среди обсуждаемых им монархов «женщину-правительницу Неаполя». Цитируя более ранний источник, он сообщает, что её звали Джованна и что ей было отправлено письмо ближе к концу 773 [1371] года со следующими титулами: «Возвышенной, почтенной, уважаемой, чтимой, величественной, славной государыне, учёной в своей религии, справедливой в своём царстве, великой представительнице назорейской веры, помощнице христианской общины, хранительнице границы, подруге королей и султанов». Аль-Калькашанди далее замечает: «Если же ей наследует в её царстве мужчина, то уместно будет обращаться к нему с теми же титулами в мужском роде или с более высокими титулами, принимая во внимание превосходство мужчин над женщинами».[278]

Османы были хорошо знакомы с европейскими царствующими королевами — от Елизаветы Английской до Марии Терезии Австрийской. Любопытно, что хотя мусульманские путешественники часто и неодобрительно высказываются о высоком положении, отводимом женщинам в христианском обществе, женские суверены, похоже, не вызывают у них беспокойства.

Несколько мусульманских авторов обсуждают светскую власть пап, и один из них, персидский историк Рашид ад-Дин, в своей всеобщей истории, написанной в первые годы XIV века, даже пытается дать определение отношений между папой, императором и другими королями христианского мира:

Порядок государей франков таков: Первый в ряду — Пап, что значит отец отцов, и они почитают его как халифа Христова. За ним следует император (Хасар], которого на языке франков называют Амперур, что означает султан султанов. За ним следует Реда Франс, что значит король королей. Император сохраняет свою власть с того дня, как стал императором, и до самой смерти. Его избирают за благочестие и достоинство из числа многих достойных мужей и возводят на престол. Реда Франс царствует по наследству, от отца к сыну, и в настоящее время он весьма могуществен и уважаем. Под его началом состоят двенадцать государей, и каждому из этих государей подчиняются три короля. Затем идёт Ре, что значит король или государь.

Сан папы весьма высок и велик. Всякий раз, когда они желают назначить нового императора, семеро их великих мужей, в чью обязанность это входит, собираются и держат совет — три маркиза, три великих князя и один государь. Они рассматривают всех знатных людей франков и выбирают из них десятерых, а затем из этих десятерых, после тщательного рассмотрения, избирают одного, обладающего благочестием, властностью, способностями и целомудрием, и отмеченного верой, набожностью, постоянством, достоинством, добрым нравом, благородством и совершенством души. Они возлагают серебряную корону на его голову в Аллемании, которую франки полагают третью мира. Оттуда они отправляются в землю Ломбардию и возлагают стальную корону на его голову, затем оттуда они идут в великий Рим, город папы, и папа, стоя на ногах, поднимает золотую корону и